— Женщина не должна работать, тем более женщина замужняя, — сообщила мне свекровь.
— У нас с Витольдом брачный договор, — просветила я ее, порадовавшись, что настояла до свадьбы на этом ценном документе. — И там указано все вплоть до невмешательства моего мужа в мое собственное дело. За нарушение договора следует штраф. Ну, или же разбирательство перед высшей лигой законников.
— И ты это подписал?! — негодующе уставилась на Витольда Алисия.
Тот тяжело вздохнул.
— Да, мама, и не говори, что тебе ничего об этом неизвестно.
— Но это же…
— Алисия! — не выдержав, осадил свекор супругу.
Она вспыхнула — по лицу пошли красные пятна — и молча уставилась в свою тарелку. Остаток чаепития прошел в тишине.
Оставаться у нас свекры не планировали и быстро откланялись.
— Я не знал, — когда мы остались одни, проговорил Витольд.
— Верю, — ответила я. — И если уже сейчас пошли такие разговоры, что будет, когда я забеременею?
— Все в рамках договора, — хмыкнул Витольд.
О да, я сделала вид, что поверила.
Из обеденного зала мы переместились в гостиную. А уже оттуда я через несколько часов вышла встречать портниху. Пора было готовиться к балу у императора оборотней.
Магия в этом мире помогала сократить усилия и ускорить процесс практически во всех областях жизни. То же платье для бала вполне могли сшить за трое суток.
Портниха появилась с двумя помощницами, несшими баулы — в них лежали образцы тканей. И дальше лично для меня начался персональный ад. Я стояла на табурете, ко мне прикладывали то тот, то иной отрез, параллельно обсуждали со мной фасон, цвет, украшения… В общем, к концу примерки у меня болело все: ноги, руки, тело, голова, язык. Я сама себе казалась сплошным комком боли и натянутых нервов.
Никогда не любила примерки и теперь понимала, что не зря.
До своей комнаты я буквально доползла. Улеглась на кровать, растянулась на ней и, не таясь, со вкусом застонала. В такой позе меня и застал Витольд.
— Я так понимаю, к ужину ты не спустишься? И ночью тебя лучше не беспокоить? — задумчиво поинтересовался он, разглядывая меня.
Ужин? Какой ужин? Зачем мне, еле живой, ужин?
Намек про ночь я вообще предпочла проигнорировать. Только скорбно посмотрела на супруга.
Он покачал головой, повернулся и вышел. Я минуты через три-четыре прибежала Мари, заохала и начала готовить горячую ванну для моего измученного тела.
Процесс мытья я запомнила слабо — была в полусонном состоянии. Проснулась уже утром, когда солнце пробивалось через штору, висевшую на окне.
Вспомнив вчерашние мучения, я поморщилась. Никаких больше примерок в ближайшие полгода точно. На все мероприятия буду надевать те платья, что уже были сшиты на Ингиру.
Вздохнув, я вызвала Мари и начала приводить себя в порядок.
Время до бала, несчастные три-четыре дня, пролетело со скоростью света. Я с нетерпением ждала повторного появления портнихи, чтобы оценить наряд, потребовавший стольких моих мучений.
И надо сказать, платье меня не разочаровало. Персикового цвета, с узким лифом, пышной юбкой и рукавами до локтя, он выглядело изысканно, словно было сшито на принцессу. В комплект к нему шли перчатки, которые должны были закрывать руку как раз до локтя. Так что ни миллиметра кожи не было видно. Заказанные туфли такого же цвета, на невысоком каблуке, отлично подходили к платью.
За сутки до бала нам пришлось совершить путешествие в карете прямо в столицу оборотней. Пока ехали, с вещами и слугами, находившимися в еще одной карете, катившей за нами, я с грустью вспоминала земные фэнтези. Во где был простор для фантазии. Построил портал с помощью магии из одного государства в другое, и уже не надо думать о несчастном теле, которое трясется по не идеальным местным дорогам.
Витольд, привычный к подобным путешествиям, лишь подначивал меня изредка, но старался молчать, видя, что поездка в карете по сельским дорогам не приносит мне большого удовольствия.
— Во дворце отца есть мне удобства, — сообщил он мне, когда половину пути уже проехали. — Тебе там понравится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не сомневаюсь, — проворчала я. — Но потом же придется возвращаться, тем же способом.
Витольд только хмыкнул, но благоразумно промолчал.
Дворец действительно не разочаровал. Впрочем, по-другому и быть не могло. Высшая знать всегда любила окружать себя роскошью и удобством. И во дворце оборотней было то же самое, что и во дворце людей.
Гобелены на стенах, ковры под ногами, лепнина, позолота, фарфор и мрамор — все это не радовало меня так сильно, как удобная мягкая постель, на которую я улеглась сразу же после торжественной встречи.
Бал был назначен на следующий день, так что у нас имелась возможность отдохнуть и привести себя в порядок.
— Ну и как тебе в родных стенах? — придя в себя после тяжелой поездки, иронично поинтересовалась я у Витольда.
Он окинул меня подозрительным взглядом.
— Издеваешься?
— Интересуюсь, — пожала я плечами. — Ты так сюда стремился. Соскучился, наверное.
— Язва.
Удивил. О моей язвительности были прекрасно осведомлены и партнеры по бизнесу, и брат. Да даже кронпринц был в курсе — Лоурелия, несомненно, поделилась с ним хотя бы частью наших с ней бесед.
Ночью мы с Витольдом познавали друг друга на пышной широкой постели. Он показывал мне, на что способен, я особо не протестовала. Постельные игры полезны для здоровья, а когда ими занимаешься с нравящимся тебе мужчиной, так вообще.
В общем, я готова была к скорой беременности…
Следующий день был наполнен такой же суматохой, как и предыдущие. Подготовка к балу велась с самого утра. И когда пришла пора наряжаться, я с облегчением выдохнула. Скоро, совсем скоро вся эта беготня закончится. Бал пройдет. И мы с Витольдом вернемся домой.
Платье село на мне, как вторая кожа. Туфли тоже пришлись в пору.
Золотое колье с бриллиантами, серьги и кольца на пальцах — к балу я подготовилась тщательно и хотя не любила надевать сразу множество украшений, прекрасно понимала, что перед биологическим отцом Витольда на показаться в том же виде, в котором появляются перед ним другие аристократки. То есть продемонстрировать богатство.
Мари уложила волосы в высокую прическу, умело накрасила меня, и можно было выходить навстречу Витольду, ждавшему меня в коридоре.
Мода всегда была снисходительна к мужчинам. Это у женщин имели сотни фасонов и уйма различий между юбками и размерами декольте.
У мужчин же если что и менялось, так это цвет камзола и покрой штанов.
Вот и теперь Витольд встретил меня в расшитом серебряными нитями камзоле синего цвета, черных штанах и такого же цвета туфлях. Серебряные запонки, украшавшие рукава белоснежной рубашки, надетой под камзол, были единственным «богатством». Остальное следовало продемонстрировать супруге.
— Постарайся хотя бы изредка танцевать, — попросил Витольд, предложив мне руку.
— Зависит от того, кого именно из деловых партнеров я встречу на балу, — практично ответила я.
Недовольство во взгляде Витольда я привычно проигнорировала. Он знал, на ком женился.
Глава 25
Зал блистал и переливался всеми огнями радуги. Магические шары под потолком и уйма украшений, от которых отражался свет, на телах аристократов, делали нахождение в помещении невозможным для непривычных лиц. Не сказать, что я была очень уж непривычной, но и то, едва зайдя в зал, подавила желание зажмуриться. Никогда не понимала желания некоторых вырядиться так, будто их близкий родственник — успешный ростовщик, снабжавший их драгоценностями различного типа.
Но в любом случае, вне зависимости от моего отношения к привычкам аристократов, шла я прямо, горделиво, давала понять высшему свету, что являюсь не только бывшей герцогиней, но теперь уже и снохой императора оборотней.
— Какая приятная встреча, — не успели мы с Витольдом встать у одной из нескольких мраморных колонн, как к нам подошел Алауриэль Арантонский, кронпринц эльфов. — Нейра Ингира, вы ослепительно выглядите. Могу я надеяться на танец с вами?
