Но с другой стороны, она уже не робкая ученица, чтобы вот так сидеть истуканом перед ним. Значит, она слегка подыгрывает, но зачем?! Какой смысл во всем этом?!
Азриэль устал за всеми этими мыслями и стал тихонько подремывать, забываться. Сонная поволока приятно дурманила мозг, и разные видения из разных эпох вылезали из своих нор и проносились перед его внутренним взором. Некоторые пугали его, а другие, наоборот, успокаивали, ласкали душу. Пронеслась в своем темно-вишневом платье и Эльжбета, и Крюков подумал, что завтра надо, не откладывая, пойти самому к Маше и переговорить начистоту, ибо ее уже оболванили, а маленькие девочки - самые страшные...
Глава 20
В которой Маша на равных разговаривает с Великим злым Магом
На этот раз дверь открыла сама Маша, а Сидоркина в коридоре не было. Легкий испуг промелькнул на ее лице, и Крюков тотчас огорчился: все-таки она верит во все эти сказки!
- А где наш главный тренер? - весело спросил Азарий Федорович.
- Он в ванной, я сейчас его позову! - с готовностью проговорила Маша, но Крюков ее остановил.
- Не надо, я пришел к тебе, - вкрадчиво и мягко сказал Азарий Федорович. - Ты разрешишь с тобой побеседовать?..
Маша пожала плечами.
- Проходите... - сказала она.
Крюков прошел в ее комнату, и Лавров, увидев его, тотчас поднялся.
- Ну, я пойду? - вдруг заторопился он.
Маше не хотелось, чтоб он уходил, но она почему-то промолчала.
- Я пойду! - решительно сказал Лавров и вышел из комнаты. Хлопнула входная дверь.
"Он струсил, - подумала она. - Боже, как это все противно!"
- Да, я тоже не люблю трусов, - усаживаясь в кресло, вздохнул Азарий Федорович. Он взглянул на Машу и вдруг ахнул: в профиль она как две капли воды была похожа на Эльжбету! Так вот почему выбор пал на нее, у них глаз зорче, чем у него. Впрочем, могли быть еще сотни других причин.
- Не буду скрывать, Машенька, что я не привык выступать в роли просителя, ибо самое страшное для любого Великого злого Мага и Чародея это ущемление достоинства, - заговорил Азарий Федорович.
- А вы действительно злой Маг и Чародей? - спросила она.
- Я - Великий злой Маг и Чародей, - поправил ее Крюков. - Я понимаю, что для тебя сегодня все это звучит так же фантастично, как, к примеру, для средневекового жителя полеты в космос или обыкновенный телефон. Однако для средневекового жителя слова "Маг" и "Чародей" звучали вполне обыденно, и, услышав их, он уважительно снимал шляпу! - вздохнув, проговорил Азарий Федорович и от волнения расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Галстуков он не носил, ибо к любой петле на шее относился крайне неприветливо, но и не любил, когда выставляли напоказ морщинистую шею, а тут у него что-то запершило в горле.
- Время - странная штука!.. Я многое пережил в своей жизни, но вот спроси меня, что самое главное в человеке, и я бы, не задумываясь, ответил: это его великая способность удивлять и удивляться! Человек изобретает стальных птиц и удивляется примитивной букашке, он сметает с земли целые народы и государства и удивительно жалостлив к безродному псу, ибо сохранил в себе способность удивляться, то есть подпадать под власть простейших чувств, заметь, Машенька, простейших!.. Они вот уже не одно тысячелетие владеют нами, и я уважаю эти великие древние чувства. Вот и я, разбив сердца многих красавиц мира, будучи их властелином, до сегодняшнего дня сохранил в своей душе любовь к гордой полупольке-полуеврейке Эльжбете, и ничего не могу с собой поделать, ибо она была первой, кто заставил меня страдать, кто не покорился мне до конца, и это уязвило меня на всю жизнь!.. Поэтому единственная мечта моя - это снова увидеть ее, и вот еще одно удивление: исполнение сие зависит от тебя! Странно, не правда ли?.. он улыбнулся.
- Ничего странного нет, - вдруг серьезным голосом сказала Маша.
- Вот как?! - удивился Азарий Федорович.
- Мне кажется, что всю прошлую свою жизнь я прожила пленницей вашего замка, только покорить вам меня не удалось, и это дало мне право на то, чтобы сделать окончательный выбор в вашей судьбе, - Маша взглянула на Крюкова, и он прочитал легкую усмешку в ее взоре. Он чуть не задохнулся от столь решительной самоуверенности, но сумел совладать со своим гневом.
- Если, уважаемая Мария Елизаровна, вы имеете в виду ту гнусную сказку, которую перечитывали вчера, то все события в ней сплошь выдуманы, - спокойно проговорил Крюков. - Я посчитался с обидчиком, имени его никто никогда не узнает, но злой талант, увы, оказался неподвластен даже моим чарам!..
- Кто же ваш злой гений?! - спросила Маша.
- Вы хотите знать - извольте, я вам скажу! - с готовностью проговорил Крюков. - Это родной племянник барона Генриха Оттенгейма, сын его младшей сестры, вышедшей замуж за графа Эссекского. Его звали граф Томас Эссекский, он думал, что я не узнаю, кто сочинил сей гнусный пасквиль, но я узнал... Он признался во лжи, но книга сделалась столь популярной, что я не мог предотвратить ее распространение. Так мое имя стало нарицательным... Забавно, не правда ли?.. - Крюков горько усмехнулся.
- И там все - ложь и нет ни слова правды?! - в упор спросила Маша.
- В том-то и дело, что там многое правда, - неожиданно сказал Азарий Федорович. - Жизнь Генриха Оттенгейма описана правдиво, у него действительно выкрали двух дочерей, кроме старшей, и он, конечно же, умер от горя. И мой замок действительно стоял рядом, и он действительно грешил на меня - тут все правда... - Крюков на мгновение замолчал, словно раздумывая, стоит дальше говорить или нет.
- А Эльжбета? - спросила Маша.
Азарий Федорович помолчал.
- Да, я действительно любил ее, точнее, не ее... Я любил когда-то баронессу Эльжбету Оттенгейм, и барон Генрих был ее мужем... Но это было еще во времена моей юности, когда я, бедный алхимик, еще только изобрел свой эликсир молодости... Прошло много лет, баронесса погибла, и вдруг я узнаю, что неподалеку от тех мест, где все это происходило, живет еще один барон Генрих Оттенгейм, дальний родственник того Оттенгейма, и его младшую дочь зовут Эльжбета. А рядом с поместьем барона стоит запустелый замок, который продается за бесценок. Я купил его, привел в порядок, обзавелся слугами, хозяйством, стал выезжать, принимать у себя, устраивать балы... И вот тогда-то все и началось...
- Вы ее похитили? - угадала Маша.
Азарий Федорович помедлил, прежде чем ответить. Тонкие губы его дрогнули, в глубине черных зрачков вспыхнуло пламя.
- С ее согласия... - ответил он.
- А Марту? - спросила Маша.
- Нет! - решительно проговорил Азриэль. - Марту я не похищал, она сама прибежала ко мне в одну из ночей и осталась в замке. Я ее хотел выгнать, но она ни за что не хотела уходить... У меня в замке жило много людей, я давал приют всем. Собирал музыкантов, художников, бродячих актеров, поэтов, просто чудаков, изобретателей, и поэтому все тянулись в мой замок... Я был богат, меценатствовал, а вокруг текла такая скучная и пресная жизнь, что тот, кто хоть раз попадал в мой замок, оставался в нем навсегда. И вот так мы прожили почти сорок лет...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
