— Предлагаю устроить двойное первое свидание!
Три пары глаз уставились на него, выгружая на Макса по тонне недоумения. — Столиков свободных все равно нет, а мы с Дашей не жадные, поделимся. Падайте.
Вслух никто не возражал. А кто посмел бы? Но они оба стояли, как истуканы.
— Ну, как хотите, — хмыкнул Моронский, присаживаясь на место. — Говорят, тут всегда свежие устрицы и прекрасный выбор вин!
— Может, рили, подождём здесь, пока столик не освободится? — нетвердо предложил Сонин хахаль.
Девчонка смерила Вадима оценивающим взглядом. Потом перевела его на Макса, посмотрела на безмолвную Дашу, пребывающую в кататоническом ступоре, опустила ресницы и, плохо скрывая раздражение, плюхнулась в свободное кресло. Справа от него.
Кавалер Сонькин даже не попробовал взять ситуацию в свои руки. Устроился в кресле рядом. Где она находит только таких?
— Чем занимаешься по жизни, Алёша? — спросил Моронский, когда официант принял заказ и принёс вино.
— Вадим, — поправил парень, но Макс, казалось, не слушал. Он не сводил косого взгляда с Сони, изучая ямочку на левой щеке, уголок рта и как она кусает нижнюю губу.
— АйТи, — начал понторез, — Возглавляю кластер разработчиков. Крафтим приложение для поиска и отслеживания потенциальных конкурентов в сегменте дропшиппинга.
— Хуйней, короче, — подытожил Макс.
— Ну, почему же? Просто нужно быть в теме или хотя бы иметь профильное образование…
— Я тебе и с тремя классами образования могу сказать, что ты вату катаешь. Потенциальных конкурентов только на нюх определить можно. Не нужно никакого приложения, чтобы понять, что ты мне не конкурент.
— Мм, — хмыкнул парень и скривил губы, — а можно отсюда поподробнее?
— Попробую, но не обещаю, — Макс машинально хлебнул вино. Плохое. Надо будет сказать, чтобы убрали из меню вообще. — Область интересов у нас с тобой может и совпадать, а методы достижения успеха — разные. Твои заведомо проигрышные.
Ухажёр поставил локти на стол и упёрся в ладони подбородком. С таким видом, типа, «давай, дядя, грузи дальше, я послушаю».
— Ты в процессе пытаешься обесценить конечную цель! Представь, что ты на навороченный процессор рокет лейк поставил стремную видуху? — Моронский ещё раз, по привычке, покрутил бокалом с вином, понюхал, сделал микро-глоток, подержал во рту, проглотил. — Даже вино ты выбрал ненамного дешевле действительно хорошего! Это, как если бы ты хотел купить Феррари, и на тестдрайве залил в неё восьмидесятый бензин.
Он посмотрел на Дашу. Та сидела, явно не понимая что происходит, но покидать вечеринку в разгар веселья не собиралась. Соня внешне была абсолютно спокойна. Даже чересчур. Как снежная королева. Но Моронский чувствовал жар, исходивший от неё. Хорошо. Обволакивает.
— Бывает, конечно, и обратная ситуация, — он снова посмотрела на Дашу. — Но в целом, чтобы в этом разбираться высшее профильное образование не требуется.
Макс подозвал официанта.
— Вот эту жидкость, — он показал на вино, — унеси. Девочкам принеси Боллинжер Розе Брют. А нам Джека Дэниэлса, Синатру.
— Соня просто с недавних пор предпочитает благородные напитки — пояснил Макс для отсталых. — Жаль, с мужиками пока так не выходит. Да? — он подмигнул Орловой. — Кстати, ты знаешь, что она — динамо?
У Вадика этого стало такое лицо, будто он на дохлую крысу наступил.
— Упс, — Моронский прикрыл рот ладонью, — я, кажется, сюрприз испортил. Да, ты не волнуйся, я сегодня зарплату получил, алкашку и устрицы оплачу. В минусе не останешься.
Все! Уконтрапупил! Гусиная печень встала моднику поперёк горла.
— Моронский, — о, подала, наконец, признаки жизни Орлова, — я не успеваю следить за твоими романами, а что с предыдущей твоей пассией? Аристархом его, кажется, звали?
Соня выстрелила янтарём в застывшую с бокалом вина Дашу.
Сука! Ну, ладно.
— Аристарх, да… — рассеяно проговорил Макс. — Просил передать тебе привет. Он сейчас в той же клинике, в которой ты себе нос переделывала. — Макс повернулся к побледневшему параболоиду, — У неё раньше такой шнобель был! Как клюв у тукана!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Очень мило. А ты, я смотрю, по-прежнему запрещёнными веществами балуешься? — не сдавалась девчонка и снова зыркнула на Дашу.
— У меня есть, кстати, будешь? — шепнул он громко Соне.
— Нет, спасибо, — дёрнула плечом и губы бордовые надула.
— Скучно с вами, ребята. Сидите, как на поминках! Предлагаю нюхнуть или дунуть, пожрать устриц и всей компанией в отель. Устроим секс-пати? М? — он пихнул Соню локтем в плечо. — Как раньше, что скажешь?
За столиком повисла вязкая тишина. Он глянул на Соню и ему показалось, что она едва сдерживает улыбку. Очень старается. Губы поджала, а глаза смеются.
«Е, бейба, это наш вечер!»
Моронский призвал все свои актерские способности и сладко улыбнувшись Вадику, сказал томно, как бы размышляя вслух:
— А то напомнила мне про Аристарха…
— Так, всё… вы здесь все крейзи! — у Вадика сдали нервы. Он поднялся, бросил салфетку на стол. — Соня, — он повернул голову к девушке, не удостоив ее прямого взгляда — приятно было познакомиться и пообщаться. Всего доброго.
— Мы тебя вычёркиваем? — бросил Моронский вслед удаляющемуся ухажёру. Но тот даже не обернулся. — Минус один!
— Моронский, скажи, ты из психушки сам сбежал или тебя выпустили? Мне кажется, ты слегка не долечился…
— Меня оттуда выгнали за оргию с персоналом! — Макс подмигнул Даше, — надеюсь, ты с нами?
Девушка сглотнула. Сказала:
— Я… мне нужно, я сейчас вернусь, — схватила сумочку, поднялась из-за стола и двинулась к выходу.
— Не задерживайся, Дашенька!
***
Pressure lift
This is only just the start of it
Take it in
There is so much lying underneath
Breaking open when you throw it
Feel it getting slower in time
Well take it over
Off your shoulders if I say so
Then you’ll followТогда
No time to hesitate
Knowing what’s mine
Letting it fall away
I clear my mind
This is all I can take
Getting it through
Keeping a steady pace
Visions of you
I won’t get left behind
So below “Visions”
— На что спорим, не вернётся? — Обратился Макс к Соне, наливая себе виски в стакан со льдом. Соня, однако, заметила, что он совсем не пьёт. Так, может быть, делает вид, мочит губы в алкоголе и облизывается.
Он протянул девушке ее бокал с шампанским.
— Давай за встречу, что ли!
— Я больше с тобой не спорю, — Сказала Соня, поднося бокал к губам.
— Это правильно! Здравое решение. Со мной лучше не спорить.
Соня, пригубила напиток. Вкусный.
Подняла глаза на Моронского и уставилась не моргая. Впервые за весь вечер открыто рискнула посмотреть на него. Она сегодня не боялась его почему-то. Не стеснялась разглядывать. Чёрные густые волосы в художественном беспорядке. Пара прядей упала на лоб. Борода, кажется, чуть гуще стала. Черты как-то заострились. На Моронском рубашка в тон Сониным губам. Бордовая. Невероятно ему шёл этот цвет. В расстёгнутом до груди вороте поблескивала золотая цепочка. Длинная и тонкая. С подвеской какой-то. На безымянном пальце левой руки крупное золотое кольцо: глаз с чёрным бриллиантовым зрачком, в обрамлении острых зубов. На правом запястье часы из желтого и белого металла.
И! В обоих ушах по золотому маленькому колечку.
Ну, почему он такой охренительный?!
Соня сделала крупный глоток шампанского. «Пусть игристое хоть в голову ударит, что ли…» На трезвую смотреть на него невыносимо!
Принесли устрицы на большом плоском блюде, на подушке изо льда с дольками лимона. А Соня даже не заметила, продолжала смотреть на Моронского.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Любишь? — его вопрос застал врасплох и Соня вздрогнула.
— Кого?
— Устрицы! — сказал Макс и усмехнулся.
— Не знаю, — пожала она плечами, — никогда не пробовала.
— Чё, серьезно? Тогда пробуй скорее, пока они живые!
