дверью 2Б. Повернувшись к нему, Лана предупредила:
— Лучше убери оружие. Если ты войдёшь с этим в руке… — Она покачала головой.
— Хорошо, — согласился Блейк и заткнул пушку за пояс.
Лана постучала и через мгновение дверь распахнулась. Они вошли внутрь. Посреди комнаты стоял тощий длинноволосый мужчина с автоматической винтовкой M-16. Дуло было нацелено на Блейка. На мгновение он представил себя отскочившим в сторону, перекатившимся по земле и выхватившим собственный пистолет. Но прежде, чем он успел приступить к действиям, заговорила Лана:
— Всё в порядке, Вилли. Опусти оружие. Встречай Кобру.
Вили был изумлён. Он опустил автомат и прислонил его к стене.
— Кобра? — переспросил он.
Ирма Гетс уставилась на него из-за карточного стола, где играла с крепкого вида бородатым мужчиной.
Дверь захлопнулась за спиной у Блейка. Он обернулся и встретился глазами с Блайтсером Хоганом. Тот сунул пистолет в наплечную кобуру и спросил:
— Так ты Кобра?
Лана ответила за Блейка.
— У него «вальтер» со змеёй. Покажи им.
Возможно, это уловка, чтобы обезоружить его, предположил Блейк, но это не лучшее время, чтобы что-то предпринять в ответ. Они слишком рассредоточены и слишком близки к оружию. Решив подождать более подходящего шанса, он вытащил из-за пояса пистолет и протянул его Блайтсеру.
Пока тот рассматривал змею из слоновой кости, вмонтированную в рукоять, снова заговорила Лана.
— Он спас меня от копов. Так мы и встретились. — Она открыла свою сумку.
— Я собиралась поужинать в «Лучших Бургерах» и… — Неожиданно она вытащила пистолет и нацелила его… Хогану прямо в живот.
— Брось пушку, Блайтсер, — скомандовала она.
— Что за!.. — промямлил тот, повергнутый в шок.
— СЕЙЧАС ЖЕ! — прикрикнула Лана.
«Вальтер» выпал из его рук. Вили бросился к М-16. Лана обернулась и выстрелила. Вили свалился на землю, тогда она снова нацелила оружие на Блайтсера. — Не двигаться! ФБР! Вы арестованы! Вы все арестованы!
Гетс и Леонард, сидя за карточным столом, продолжали смотреть на Лану, не в силах поверить своим глазам. Она повернула оружие к ним.
— Даже не вздумайте шелохнуться!
Вместо них спастись попытался Блайтсер, но Блейк с размаха вогнал ему колено в живот и нагнувшись, подхватил с земли «вальтер».
Оружие Ланы метнулось к нему.
— Не стрелять! — предупредил он. — Дуглас, полиция Сан Франсиско!
Её глаза расширились от удивления.
— Святые угодники. — единственное, что она сумела выговорить.
— По крайней мере четверых мы вывели из игры, — удовлетворённо сказал Блейк, сидя в участке за чашечкой кофе.
Лана покачала головой.
— Я думала, что возьму Кобру, иначе бы ни за что не выдала себя.
— Прости, — извинился Блейк.
— О, это не твоя вина. Между местной полицией и нашим агентством никогда не было хорошей связи. — Она пожала плечами. — В любом случае, приятно осознавать, что всё позади. — Она взглянула на него своими ясными голубыми глазами. — И ещё, я очень рада, что ты не Кобра. Потому, что ты мне нравишься. Сразу понравился. И жаль было осознавать, что ты убийца.
Блейк почувствовал тепло румянца, распространившегося по лицу.
— Эй, — сказал он. — Ты ведь так и не поужинала. Не хочешь перекусить?
— Ты платишь.
— Как на счёт «Лучших Бургеров»? — спросил он.
— Терпеть их не могу, — усмехнулась Лана. — Я ела там только потому, что парень за стойкой был моим контактным лицом.
— Что ж, тогда какие будут предложения? — спросил Блейк, улыбаясь. — В такой компании меня устроит любое место.
Перевод: И. Варивода
Марафон
Richard Laymon. «Marathon», 1985
— Клеймор, — сказал служащий, — ваш номер сорок шесть. — Он сверил имя Рода Клеймора в таблице с номером и дал ему квадратную накладку из ткани с номером «46». — Удачи, Клеймор.
Род кивнул и отошёл в сторону. Он взял четыре булавки со стоящего рядом стола, затем пересёк дорожку к покрытой травой земле. Здесь он приколол номер к передней части беговой футболки.
Он нашёл чистое место, сел на землю и начал делать упражнения на растяжку.
Не считая дрожи в коленях, он чувствовал себя хорошо.
С тех пор, как он два месяца назад записался на марафон, он ждал этот день с тем же страхом, что и в ожидании визита к стоматологу. Но это будет намного хуже любого приёма у стоматолога. Это будет убийственно. Марафоны всегда были такими.
Этот будет седьмым. Он знал, как он будет проходить. Он пробежит 26 миль и 385 ярдов[10] за два часа и пятнадцать минут — возможно, сегодня быстрее — и проведёт следующие два месяца, страдая от этого.
Для тех, кто не бегал на длинные дистанции, это кажется безумием. Иногда это казалось сумасшествием даже для Рода. Почему он должен подвергать себя таким мучениям? У него всегда был один и тот же ответ. Потому что марафон — величайшее испытание для бегуна. Просто финишировать в забеге такой длины уже настоящая победа. Выиграть, разорвать ленту первым в группе из 50 или 100 бегунов — ни с чем не сравнимое ощущение.
Он выиграл два своих последних марафона. Он собирался выиграть ещё один.
Подняв голову, он посмотрел на трибуны стадиона. Вне всякого сомнения, кто-то в толпе слышал о Роде Клейморе. Вероятно, у многих были фавориты из родного города, а Род для большинства из них был просто ещё одним незнакомцем. Однако через два с половиной часа все они будут стоять на ногах и восхищаться им, когда он прибежит на стадион впереди остальных. Голос диктора будет гудеть из громкоговорителей: «Это номер сорок шесть, друзья! Род Клеймор!». Он больше не будет просто ещё одним безымянным незнакомцем. Он будет победителем. И это будет ценой за боль.
Он наклонился вперёд, посмотрел на колени и схватил подошвы своих ботинок. Он чувствовал себя свободно. Он чувствовал себя хорошо. Он знал, что мандраж исчезнет при выстреле стартового пистолета.
— Привет! — сказал кто-то.
Род поднялся и кивнул худому молодому человеку, на вид около семнадцати лет. На футболке у него был приколот номер «32». У него были рыжие волосы.
— Привет, — сказал Род.
— Я Августин, — подойдя поближе, он нагнулся и протянул руку. Род пожал её. — Августин Генри. Обычно меня зовут Тэкс.
— Как дела, Тэкс? Я Род Клеймор. Обычно меня называют коллекционер.
Тэкс рассмеялся, но его взгляд был по-прежнему нервным. Он тоже, видимо, боится забега.
— Ты из этих краёв? — спросил он.
— Орегон. Держу пари, ты из Штата Лонгхорнов[11], — сказал Род, улыбаясь.
— Я такой, — ответил Тэкс.
— Ты далеко от дома.
— Ну, сэр, для меня это большая гонка. Я считаю, эта поездка стоит того, если я
