принадлежащее субъекту), например, тревога, объект которой (Реальное) напрямую, то есть символически, субъектом не познается, но ощущается и переживается. Также «
психосоматические отношения располагаются на уровне Реального»[207]. При этом не стоит понимать Реальное как радикальное отсутствие, негативность, недостачу Символического. Это не так. Как пишет Х.-Д. Назио: «
Реальное — это не пустынная планета, но, наоборот, слишком изобильная, бесконечно изобильная, настолько переполненная как вещами, так и сущностями, что гомогенна пустоте. Реальное — это пустота не в смысле пропасти, но в смысле бесконечной полноты, места в котором возможно Все»[208].
Заключение. Таковы, в максимально общих словах, психоаналитические взгляды Лакана. Для их описания был нарочно выбран именно такой, конспективный стиль повествования, который должен помочь дать хотя бы общее представление о сущности языка, на котором написаны работы Лакана. Конечно же, для всех интересующихся творчеством французского аналитика этот текст не будет исчерпывающим или достаточно полным. Однако, опираясь на него, можно обозначить некий путь, пройдя по которому изучить лакановскую мысль может стать несколько проще. Кроме того, этот очерк посвящен именно теории и оставил вопросы клиники за своими пределами.
Литература
1. Кожев А. Введение в чтения Гегеля. СПб.: Наука. 2003, 791 с.
2. Лакан Ж. «Я» в теории Фрейда и в технике психоанализа (1954/55). М.: Гнозис, Логос, 1999. 520 с.
3. Лакан Ж. Образования бессознательного (Семинары: Кн. V (1957/1958)). М.: Гнозис, Логос, 2002. 608 с.
4. Лакан Ж. Этика психоанализа (Семинары: Кн. VII (1959–1960)). М.: Гнозис, Логос, 2006. 416 с.
5. Миллер Ж.-А. Введение в клинику лакановского психоанализа. Девять испанских лекций. М.: Логос, Гнозис, 2017. 184 с.
6. Назио Х. — Д. Пять уроков по теории Жака Лакана М.: Институт общегуманитарных исследований, 2014. 176 с.
7. Фрейд З. Толкование сновидений. Белгород: Клуб семейного досуга, 2012. 509 с.
8. Фрейд З. Я и Оно [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: https://freudproject.ru/?p=1115 (дата обращения: 27.12.2020).
9. Эванс Д. Вводный словань лакановского психоанализа (рукопись).
Серж Леклер
Серж Леклер (Serge Leclaire) родился в Страсбурге, центре самого восточного региона Франции — Эльзаса, от которого до немецкой границы рукой подать — меньше десяти километров. Исторически сложилось так, что этот живописный город стал пристанищем сразу для двух культур — и французской, и немецкой. Обе страны поочередно боролись за обладание им, а потому, когда в конце Первой мировой войны Эльзас, а вместе с ним и Страсбург снова стали французскими, местное население в основной массе спокойно отнеслось к очередным переменам: для многих главным было, что кончилась изматывающая война.
Начало мирного времени позволило пожениться родителям Сержа: бракосочетание между Анри Либшутцем (Henri Liebschutz) и Марсель Велль (Marcelle Weill) состоялось 22 декабря 1919 года в городе Кольмаре. Спустя время молодая семья переехала в Страсбург, там же 8 июля 1921 года родился их первенец Поль; спустя почти ровно два года, 6 июля 1924 года, на свет появился Серж. В немногочисленных и довольно скудных биографических заметках о Леклере его семья часто называется «либеральной». Этим модным словом, по-видимому, обозначатся весьма умеренная религиозность семейства; Э. Рудинеско называет их «агностиками»[209], однако указывает на почтительность, с которой относились в семье к традициям.
Среднее образование Серж получил в лицее Фюстель де Куланж (Lycée Fustel-de-Coulanges), славившемся своей долгой историей (лицей основан еще в 1685 году) и качеством образования.
Именно во время обучения там Серж познакомился со своим одногодкой — сыном мигрантов из России Владимиром Грановым; Гранов сперва был холоден в отношении к еврейскому юноше, однако в будущем их связала крепкая дружба — им обоим предстояло оказаться участниками драматических событий, связанных с Лаканом и расколом внутри психоаналитического общества.
Где-то между 1936 и 1938 годами семья Либшутц переехала в Париж. Тогда же, по всей видимости, они изменили еврейскую фамилию на более благозвучную для французского уха — Леклер. По поддельным документам семья жила аж до конца войны и только после освобождения Франции юридически правильно оформила новую фамилию.
Когда закончилась Вторая мировая война, Леклер стал серьезно изучать медицину, в частности психиатрию в Париже. Проходя практику в больнице Сальпетриер, Леклер вновь встретился с Грановым, на этот раз между ними завязалось тесное общение. Тогда же, по видимости, началось его увлечение восточной культурой. Он познакомился с одним индуистским монахом, который рассказал Леклеру о Фрейде и даже рекомендовал пройти психоанализ у Франсуазы Дольто. Дольто, «разделявшая интерес Сержа к индуизму, прямо заявила ему, что увлечение индуистской мистикой соответствует анальному типу характера. По-видимому, это заявление стало причиной недоверия, которое Леклер всегда испытывал к психоаналитической терминологии»[210].
Стоит сказать, что интерес к восточным культурам — японской, китайской, индийской — в особенности к так называемым духовным практикам в то время был очень велик, и в среде психоаналитиков также. Через него прошел и Лакан, еще во время войны изучивший китайский язык и посещавший Японию после. Можно вспомнить и очень популярную работу Эриха Фромма «Дзен-буддизм и психоанализ», в которой автор прямо указывает на общие положения и задачи что в психоаналитической, что в буддистской практике.
В 1949 году Леклер, по-видимому, через Дольто узнал о Лакане и спустя время начал свой анализ у него: исключительный учитель нашел исключительного ученика. Леклер уже с первых сеансов проникся духом лакановского учения; как и многие, он сперва мало что понимал в сложных размышлениях Лакана, однако ощущал, что в них есть нечто очень важное. Большой восторг и симпатию вызывала также и фигура самого Лакана.
В 1952 году произошел довольно курьезный случай, характеризующий отношения этой аналитической пары. Катаясь на лыжах, Лакан сломал ногу; вынужденный больничный, впрочем, не помешал принимать аналитику своих анализантов прямо в больнице. Правда, теперь Леклер сидел в кресле у изголовья, а его аналитик лежал на койке за его спиной[211]. Спустя год Леклер окончил анализ, тем самым став одним из первых учеников Лакана[212], одним из первых «лаканистов».
1953 год был вообще выдающимся для Леклера: в частности, он участвовал в расколе внутри ППО. Жак Лакан, Даниэль Лагаш, Франсуаза Дольто и многие другие молодые аналитики выступали против «авторитаризма» Саши Нашта и методов руководства. В отместку они вышли из рядов ППО, однако все это сопровождалось грандиозным скандалом, в ходе которого не обошлось и без «перехода на личности». Серж Лебовичи — ученик и анализант Саши Нашта, конечно же, поддерживал своего наставника, считая, что «либеральная» часть института во главе с Лаканом и Лагашем устраивает бунт и нарушает порядок преподавания и подготовки аналитиков. Оказавшись в самой гуще событий, он заявил, что
