Читаем без скачивания Всполохи настоящего волшебства - Владимир Мясоедов

— Радужная, — пришла на ум мне идея. — Как тот пленник, которого вчера продали и зарезали. Они владеют магией трансформации. Злоумышленник превратился во что-то, способное как минимум свободно ходить по суше, проник в дом, а затем, приняв обличье того самого хищного прилипалы, убил здесь всех.

— Вероятно, несколько иная последовательность действий, — мягко возразил Салаеш. — Вы, я так понимаю, никогда не слышали об этих страшных хищниках?

— Нет, — ответил за обоих Ярослав.

— Нечто вроде крупного осьминога, — пояснил адепт школы темной воды. — С человека размером. Хищный. Щупалец всего шесть, их прикосновение обжигает, не оставляя следов, а на конце каждого — длинный полый коготь или скорее клык, в основании которого располагается ротовое отверстие. Твердую пищу они не потребляют, питаясь лишь жизненными соками добычи. И предпочитают рыбьей теплую кровь наземных созданий. Слава Отцу, стаями не ходят и вблизи берегов появляются редко, а вот морские корабли, бывает, подвергаются атакам подобных охотников, явившихся из глубины.

— Кракен сосущий, карликовый, — вспомнилась мне картинка, где черно-белый рисунок показывал, как подобный кошмар биолога пожирает русалку. Там, кстати, сообщалось, что именно они да еще тюлени, дельфины, моржи и черепахи являются основой его рациона. Про моряков ни слова, но оно и понятно, все же люди для обитателей океана не самая привычная пища. — Есть и более крупная и опасная разновидность. На китов охотится. Отличается от мелкого родича тем, что вместо клыков имеет сотни тысяч игл, как у ежа, которыми и высасывает жертву.

— На мелководье кровожадные гиганты по своей воле не выбираются, к счастью человеческому, — махнул рукой отец Фоул, погрузившийся в мрачные раздумья. — А вот радужные русалки, замаскировавшись под людей, проникнут в город легко. Способность же их принимать облик этих тварей полностью или частично несомненна. Очень они, знаешь ли, любят подобным образом пленников казнить, для устрашения оставшихся. Сам не видел, но по рассказам тех братьев, которым случалось в плену у пиратов побывать, с рыбохвостыми тесно сотрудничающими, знаю.

И настоятель монастыря замолк, о чем-то сосредоточенно размышляя.

— Ну по-научному так, — согласилась со мной полуорка, видимо ненадолго забывавшая о том, что мы с Ярославом ей не нравимся. — Вот только все называют мелких просто хищными прилипалами. Не дотягивают они до настоящих кракенов. Но даже такой хоть одним клыком да в руку вцепится, так легче конечность отрубить, чем от него избавиться. Даже прижигание не помогает. А уж пролезть эта тварь может даже через самую маленькую щель в днище, едва ли с кулак размером.

— Вот и в дом убийца так же попал, наверное, — решил Салаеш. — Проник… да хоть через трубу камина. А может, в фундаменте щель прогрыз. А потом растекся в тонкий блин, они это умеют, и в ночной темноте всех передушил по одному. Эфистоклу, видно, повезло оказаться последней жертвой. Вот только зря он за жезл схватился: магией радужных не взять, любой представитель их племени по сопротивляемости даст фору пятерым гномам, сталь против таких рыбохвостых надежнее. Хорошо хоть мало их. Очень мало.

— Значит, друг дружку должны хорошо знать и весьма ценить, — решил я. — Так почему же, устраивая вчера аукцион, никто не задумался о возможности мести?

— Из воды они показываются очень редко, — покачал головой Салаеш. — Там их просто не догонишь. Да и от них не убежишь. А здесь, на суше… В прямом бою с русалом справится хорошо обученный воин. Или пяток необученных оборванцев, решивших ограбить странную личность, плохо понимающую человеческие обычаи и сорящую жемчугом и золотом. Цену-то деньгам на дне моря знают плохо. Явившись сюда, тварь сильно рискует.

— Значит, так, — хлопнул рукой о кстати подвернувшийся столик отец Фоул, — ищем в городе радужную русалку. Не знаю, правда, как. Внешность они менять могут как перчатки. Будем, конечно, надеяться, что убийца вернулся обратно в море… Но я в это не верю.

В устах заслуженного священнослужителя данный аргумент показался очень весомым.

Ассасин, осматривающий место преступления и допрашивающий свидетельницу, ничего нового в картину происшествия добавить не смог. Слуги мертвого чародея оказались не задушены. Им действительно свернули шеи. Положение тел мы выяснили, но какой в этом смысл? Ни один из нас все-таки не был великим сыщиком, способным по таким незначительным уликам вычислить параметры преступника и место его текущего нахождения. К известию, что по городу носится жаждущая крови волшебников, причем в прямом смысле, русалка, он отнесся с изрядной долей оптимизма.

— Предлагаю ее, как и всякую рыбу, ловить на живца, — решил он. — В роли последнего готов поработать лично. Особенно если хорошо заплатят.

— Именно, — поддержал его Ярослав, мгновенно свернувший линию своего мышления с детективного в коммерческое русло. — Разобраться в произошедшем мы помогли. А ловля убийцы — это уже следующий контракт. И одним «спасибо» вы не отделаетесь.

— Будет русалка — будет и оплата, — махнул рукой Салаеш. — За этим дело не станет. Магистрат издаст указ о ее поимке уже сегодня.

— Для того чтобы мы втроем вообще решили бегать за этой вашей жительницей моря, имея лишь незначительные шансы на успех, нужна предоплата, — быстро сказал я, поскольку на ум внезапно пришла заслуживающая внимания идея.

— Чего ты хочешь, стяжатель? — скрипнув зубами, правда, как мне показалось, больше на публику, спросил Фоул. Священник с нами уже общался достаточно долго, чтобы понять одну простую истину: нагло его обманывать или ставить служителю Отца Времен заведомо невыполнимые условия никто из трех А не собирается. Во всяком случае пока. Настоятель монастыря показал себя далеко не самым худшим представителем власти и работать с ним было можно.

— Ответите на несколько не слишком приятных вам лично, но отнюдь не секретных вопросов, касающихся веры, — опередил Алколита я. — Сегодня или завтра. В крайнем случае дня через три. Наедине. У нас в особняке. Довеском обещаю обед за наш счет, заодно мастерство кухарки оцените, и бутылочку хорошего вина.

Лукреция, с недавних пор готовившая не только на мужа и дочь, но и на три молодых растущих черномагических организма, действительно справлялась неплохо. Или просто после нескольких месяцев питания стряпней, приготовленной собственными руками, настоящая домашняя еда казалась пищей богов. Причем хорошие продукты она умудрялась приносить с рынка за деньги, в обмен на которые даже нам, имеющим ту еще репутацию в окрестностях, подсовывали чуть ли не дрянь. А мне раньше всегда казалось, что так только моя мама умеет. Наверное, это какая-то особенная женская магия, понять которую неженатым парням физически не дано.