никогда меня не любил. Поэтому расстаться нам совсем не сложно. Кстати, у тебя нет недостатка женщин. Как только твое эго угомонится, ты переключишься на любую девушку, которая примет твои ухаживания.
— Ты не ответила на мой вопрос. У тебя кто-то появился?
— Это уже не важно. Артем, мне нужно работать. Покинь, пожалуйста, кабинет.
— Ты меня выгоняешь?
— Артем, не будь мальчишкой. Просто уходи.
Мужчина резко повернулся и пулей выскочил из кабинета. Он не взглянул на удивленную Ларису, которая хотела что-то спросить, но не успела. Артем хлопнул дверью и направился на рабочее место. «Ничего, мы еще посмотрим, — со злостью думал он. — Ты вытерла об меня ноги. Я этого не забуду. Поистине, эта женщина — дьявольская загадка, которую я не мог разгадать. Пожалуй, я действительно не люблю, а… презираю ее».
Молодой человек понял, что жестоко просчитался. Он достиг того возраста, когда, по его мнению, уже можно перестать работать самому и заставить других работать на себя. Ему недавно исполнилось двадцать девять лет, у него была привлекательная внешность — правильные черты лица, широкие плечи, узкие бедра. Мужчине необыкновенно шли эффектные удлиненные черные пальто, которыми он восхищался, листая журналы мод. Он носил модные обтягивающие джинсы, которые подчеркивали его упругие ягодицы, любил облегающие широкую грудь водолазки. А в офисе находился в строгом элегантном пиджаке, застегнутом на одну пуговицу. Холеные руки Артема годились лишь для легкой работы, такой как подписывание бумаг. Он давно понял, что жить на чужие деньги гораздо проще и приятнее, чем зарабатывать их своим трудом. Поэтому искал, как бы получше устроиться, например, используя поддержку богатого отца невесты. Или почему бы не воспользоваться своей внешностью, не осчастливить какую-нибудь богатенькую дурнушку? Но ему не повезло, он встретил умную, красивую, практичную девушку, которая оказалась ему не по зубам.
Артем постарался успокоиться, взял со стола документы и поспешил на совещание к директору, которое должно было начаться через пять минут.
Плановое совещание, которое проводил Александр Петрович с начальниками отделов, началось в девять часов. Директор удобно устроился в кресле и, как обычно, спросил у коммерческого директора Зуева о реализации продукции, у главного бухгалтера — о поступлении денежных средств за неделю и дебиторской задолженности. Когда все отчитались о проделанной работе, он обратился к Артему:
— Артем, какие результаты по сделке, которую я подготовил, преподнес вам, так сказать, на блюдечке?
— Она не состоялась, клиент предпочел нового поставщика.
— Да что вы говорите? И об этом мне сообщает специалист высшей категории. Вы даже не смогли продвинуть то, что оставалось лишь подтолкнуть мизинцем. Я вам доверил эту сделку, а вы завалили ее на корню. Почему не доложили, что у вас не получается? Анастасия Петровна, подготовьте приказ о лишении премии Минина Артема Викторовича на сто процентов. Если наши сотрудники не заинтересованы в доходах, то нужно задуматься об их соответствии занимаемой должности. Тем более, когда не нужно было искать покупателя, а лишь подписать уже готовый договор.
— Но этот контракт был заведомо не наш, — пытался возмутиться Артем. — Вы же знали, что есть конкуренты, которые идут с нами нога в ногу. Не знаю, что они предложили клиенту, но тот меня и слушать не стал.
— Я ошибся в вас. Сожалею.
Артем встал из-за стола, бросил злой взгляд на Зорину, затем на директора и стремительно вышел из кабинета.
— Такое поведение сотрудников неприемлемо, — спокойно продолжил шеф. — Вы все знаете: если вопрос не решается, его нужно довести до сведения руководства, а не тянуть до провала. Мы потеряли миллионы. И только из-за непрофессионализма нашего сотрудника. Прошу всех подготовить бизнес-планы к следующему совещанию. Если есть вопросы, слушаю, если нет — совещание закончено. Зорина Дмитриевна, задержитесь, пожалуйста.
Когда все вышли, Александр Петрович с грустью посмотрел на нее.
— Зорина, пора мне передавать тебе дела.
— Почему? Я еще не готова.
— Готова, готова. Я это вижу. А мне нужно подлечиться.
— Вы больны?
— Не знаю, насколько серьезно я болен, но обследование показало, что не здоров. Пока не чувствую перемен в своем организме, но, врачи говорят, когда почувствую, будет поздно.
— Александр Петрович, почему вы никогда мне не говорили об этом? Ведь я не чужой вам человек.
— Прости. Не хотел тебя беспокоить и расстраивать.
— Когда вы планируете лечь в клинику?
— Думаю, через месяц.
— Папа знает?
— Знает. Но ты не переживай, я останусь на старой должности. Юрист ведь тебе нужен?
— Конечно. Зачем спрашиваете? Главное, что мне нужны вы.
— Спасибо.
— Хорошо, я буду готовиться принять у вас дела.
— Вот и умница, — с облегчением произнес шеф.
— Александр Петрович, а зачем вам понадобилось устраивать такой разнос Минину?
— Я давно заметил, что он скользкий человек, работает на два фронта. У него какие-то контакты с нашим конкурентом. Есть предположение, что он информирует их о наших планах, за что, разумеется, получает мзду. Однако не пойман — не вор. Думаю, скоро все узнаем. Я уже дал распоряжение службе безопасности.
— Понятно. А я даже не предполагала…
— Ты просто была увлечена этим. Мне показалось или я ошибаюсь… У вас отношения?
— Не ошибаетесь. Были, но они уже в прошлом. Собственно, это даже не отношения, мы просто проводили время вдвоем. Я поняла, что ошиблась в этом человеке. Внешность обманчива, — засмеялась Зорина.
— Ты умница. Ты чувствуешь людей, которые тебя окружают. Это такая редкость. А для руководителя — необходимость. Если к этим качествам добавить опыт, цены тебе не будет.
— Я действительно могу иногда прочесть мысли человека, но не у всех, — улыбнулась Зорина.
— О, ты опасный человек, — дружелюбно сказал Александр Петрович и рассмеялся. — Дай Бог, дай Бог применить твой дар на благо…
— Не беспокойтесь. У вас все будет хорошо.
Зорина встала и направилась к выходу.
А Александр Петрович посмотрел ей вслед и подумал: «Надо же, а я и не знал».
— Спасибо вам за все, Александр Петрович, — остановилась у двери Зорина и с нежностью посмотрела на него.
В конце рабочего дня Артем сидел в машине, локтями облокотившись на руль, и смотрел на выходящих из офиса людей. Он ждал, когда появится Зорина. Ее холодность и отказ от продолжения отношений волновали его больше, чем конфликт на совещании. Мужчина не любил, когда его планы рушились. Будущее, которое он нарисовал себе в воображении и представлял почти наяву, оказалось разрушено. Его самолюбие было задето и растоптано.
Человеку, считавшему себя неотразимым во всех отношениях, трудно было перенести такое унижение. «Все кончено… Все позади, и никаких надежд…» Его душа металась, истерила, на глаза наворачивались горячие слезы. Он стиснул зубы
