вдруг что не по ней — и может магазин поджечь. Честное слово, я не вру!
— Я тебе верю, — поспешила успокоить её Рада она сама с содроганием вспоминала, как эти синие магики решали вопросы. А Ева определенно была из тех, кого хоть с головы до ног золотом обсыпь, а золотой не станет. Хотя вся эта цветная мишура уже давно мучила женщину. Что она значила кроме самоназвания семейства магиков.
Не то, чтобы это был самый подходящий момент, вокруг было много посторонних людей и, кто знает, может спрашивать о таком неприлично, но она рискнула и шепотом обратилась с вопросом к Патрысе.
— О, тут вы по адресу, госпожа Радослава, — хмыкнул Венек, проходивший мимо с ворохом тупоносых тяжелых сапог, которые они подбирали для жениха. Венек быстро самоустранился от женских штучек, а вот идея помочь одеть Мейнгрима пришлась ему по вкусу.
Радка просто видела, как парень рассчитывает заинтересовать синего магика своим вкусом и знанием церемоний настолько, чтобы тот дал ему пару уроков боевой магии. Разочаровывать парня тем, что Мейнгрим вряд ли заметит, в чем будет участвовать на ненавистной ему церемонии, она не стала. Зачем? Да и открыть глаза состоявшемуся мужу будет проще, так что может Венек и не зря строит свои планы.
— Он просто в курсе, что я без ума от истории кланов нашего яблочного королевства, — густо потемнела щеками Патрыся. — Сами ведь знаете, в наших деревнях староста если есть — самый главный человек, вот и всё. А в городах всё куда сложнее.
— Подожди, — остановила её Рада. — Хочешь сказать, что у нас больше, чем один город?
Вот тут пришла очередь удивляться Патрысе. Хорошо еще, что все магессы этого магазина как раз разбежались в поисках туфелек, которые бы подходили к «необычному цвету волос госпожи». Что до Радки, она его не считала каким-то особенным. Почти белые, быстро выгоравшие на солнце, они всё также оставались жесткими и непослушными, как и в детстве. Да, она достаточно выросла, чтобы не завидовать золотистым локонам пропавшей Янки или рыжим кудряшкам той же Патрыси, но собственные белесые патлы её никогда не радовали.
— Конечно, больше! — наконец справилась со своим удивлением девушка. — Яблочное королевство самое большое в мире, оно занимает целый материк!
— Подожди, не так быстро, — Радка схватилась за виски. Голова неожиданно разболелась. Патрысе легко удивляться, она с малолетства училась у мастеров, а Рада получала от Янки лишь украшения и сладости, как и от Манфреда. И пусть она с малолетства умела читать, а у Мейнгрима была в доме библиотека, ей доставалось пока в основном чтение книг по этикету. Проклятый синий магик больше всего беспокоился о том, чтобы она не опозорила его, чем её знаниями. Хороша бы она была, ляпни что-то подобное на свадебном приеме! Да это куда хуже, чем попутать вилку с ложкой! — А сколько всего королевств?
Неожиданно она обнаружила, что теперь смутилась Патрыся.
— Не знаю, — призналась она. — Дело в том, что за морем с одной стороны у нас цветочные, но вы это знаете, верно?
Радке не оставалось ничего другого, как кивнуть. Она о море-то имела весьма смутное представление, но цветочные должны были откуда-то браться, так? И когда она представлялась Цветкой, Манфред вполне обходился уклончивыми ответами, что она «издалека». В конце концов, они встречались не затем, чтобы разговаривать.
— Вот, — обрадовалась Патрыся. — Материк цветочных меньше нашего, но на нем проживает еще один народ. Цветочные называют их видящими, но я ничего про них не нашла в нашей библиотеке в академии.
В голосе девушки слышалось возмущение. И Радка поспешила согласиться, что это настоящий беспредел. Чтобы в библиотеке магиков не было чего-то важного!
— Когда-то у нас с цветочниками была война, — успокоившись, продолжила Патрыся. — Странно, но несмотря на то, что их материк — настоящий цветочный рай, как рассказывают те, кто его видел, они первые напали на нас. Но потом отступили. С тех пор отношения у наших королевств ровные, многие цветочные дамы влюбляются в наших мужчин и остаются тут.
— Да, я в курсе, — буркнула Радка. Некстати проснувшаяся совесть напомнила ей о Розе, занявшей место Янки. Если бы она сама заняла место Евы, она бы не считала, что это одна лишь любовь, с которой ей до сих пор толком не удавалось столкнуться. Самозабвенно она любила лишь Фабуся. Нет, она бы считала, что победила соперницу и завоевала магика. Кто знает, были ли у Розы в предках те самые неудачливые завоеватели?
— Соседи цветочных — морские магики, они живут на островах, раскиданных по морю. Говорят, они могут найти любой путь, чем и пользуются. Они торговцы и путешественники. Может, за их архипелагом есть еще земли, но так далеко, чтобы найти их, никто не летал. А если морские магики и знают ответ, то молчат.
Радка прикинула. Видящих никто не видел, а смешно, кстати, и морские торговцы. Негусто.
— Это всё? — на всякий случай уточнила она.
— Нет, — Патрыся понизила голос и оглянулась. Теперь она говорила так тихо, что Радке приходилось всерьез напрячься, чтобы слышать хоть что-то. — За нашим материком есть еще один, о котором яблочники никому не рассказывают. Это неизведанная земля ста королевств. Говорят, в каждой деревушке там свой король, и они постоянно воюют друг с другом. Сколько таких королевств на самом деле, никто не знает. Пусть там ни у кого нет магии, но они и без неё свирепы и могут попытаться подбить дракона. Так что летать там опасно.
— Все без магии? — Радка на мгновение пожалела, что родилась не там. Как знать, ей могло повезти родиться принцессой. Или же стать королевой другой деревни. Уж на это бы сил хватило!
Ей самой стали смешны её глупые мысли, и она разулыбалась. Правда, вскоре улыбка замерла на её губах.
— Патрыся, — негромко спросила она. — Яблочное королевство… это значит, у нас есть король?
— Что вы, — удивилась девушка. — Это просто так говорится, мол, королевство. Мало ли что как называется! А правит совет магиков. Самые могущественные магики самых сильных кланов входят в этот совет.
— Ну и к мнению самых богатых тоже прислушиваются, — спустил её с небес подошедший Венек. — Тот же господин Манфред никак не сильнее своей жены или вашего жениха, Радослава, зато как богат!
