разрывать от ужаса и паники. — Положение пиздец, но могло быть хуже… тебя не убили. Посадили на короткий поводок, но не убили. Ох…
Прорвусь. Конечно, легче думать, что все катилось в пизду, и нет никакого выхода из сложившегося положения, но нет. Надо собраться с силами. Отнесу рукопись в двенадцатый отряд, приду к себе в апартаменты, наревусь вдоволь и пожалею себя, а потом начну думать. Сейчас я жива, дышу, ничего не потеряно.
С трудом наскребя остатки самообладания, я поднялась со скамьи и почувствовала себя выжатым лимоном. Хотелось просто упасть лицом в траву и ничего не делать. Или, наоборот, срочно что-то сделать, пока не поздно.
Серейтей погрузился в угнетающую тишину. Все давно разошлись по домам и казармам, спали, дорабатывали, либо разбредались после веселого вечера в пивных. Уходя с территории отряда, не смогла не отметить, что свет в кабинете капитана погас. От мысли, что Айзен ушел отдыхать, в то время как у меня голова шла кругом от нервного расстройства, вспыхнуло раздражение. Улицы казались вымершими, пока брела по ним, не встретила ни одной души, поэтому время от времени позволяла себе нервно выдохнуть и, схватившись за сердце, постоять.
Никак не могу отделаться от чувства, что все потеряно… также ощущала себя в первый день, как очнулась здесь. Но тогда у меня были возможности, а теперь?..
Ладно, не важно. Пока не померла. Изводить себя можно бесконечно.
Спешить некуда, до назначенной встречи оставалось минут двадцать, поэтому, потупив взгляд, я пыталась сбить спесь хандры. Завернув за угол, продолжила медленно передвигать ноги, пока на сердце вновь не стало тяжело. На плечи словно запрыгнул демон прямиком из ада, заставив прочувствовать удушающее чувство опасности. Такими темпами я себя в гроб своими же руками загоню и…
«Хина!»
Встревоженный оклик Тобимару, пробившийся сквозь рой тараканов в голове, заставил меня встрепенуться. Испугаться, наверное, еще сильнее, как минимум вздрогнуть от неожиданности. Но обратиться к занпакто с возмущением я не успела, отвлекшись на окружающую меня обстановку, а точнее фигуру, застывшую в нескольких метрах впереди. Странно, что я никого не заметила, меня словно окружал вакуум, и я в исступлении подняла растерянный взгляд.
— Добрый вечер, лейтенант, — поприветствовал меня с лисьей улыбкой на губах Гин.
За короткий миг вся жизнь пронеслась перед глазами. Понимание того, что я ступила одной ногой в капкан, накрыло подобно разрушительному цунами.
«Беги!»
Истощенное нервным напряжением тело не реагировало в должной степени на угрозу, и едва я бросилась назад, как капитан третьего отряда в мгновение ока возник в считанных сантиметрах напротив и выбросил руку вперед, пронзив мой живот катаной до самой рукояти.
Комментарий к Глава 8. «Театр для одного» Ну… как бы… ну бывает
Суть басни такова: никогда не расслабляйся, никогда!
Глава 9. «Охота на охотника»
Комментарий к Глава 9. «Охота на охотника»
Глава получилась не очень большой. Так что, может, завтра или в пн выложу еще одну часть.
Чертова рукопись моментально выскользнула из рук, которыми я только и смогла, что схватиться за хаори убийцы. Один миг. Быстрое, молниеносное движение. Я даже не поняла, что произошло, почувствовала только давление в области под грудной клеткой. Опустив взгляд, даже не поверила увиденному: рукоять меча выступала из живота, а ткань кимоно медленно начала пропитываться кровью.
Отказываясь воспринимать действительность, я думала, что просто очнусь от кошмарного сна, но как только парень резко вырвал лезвие, о дреме не шло и речи. Жуткая боль во внутренностях скрутила меня пополам, из горла вырвался стон. Свалившись на землю обездвиженной куклой, я оцепенела от боли и страха, рефлекторно пытаясь зажать рану. Кровь быстро пропитывала ткань, я чувствовала, как горячие струи стекали по коже и моментально холодели от гуляющего по проулку ветра.
— Ну и ну, лейтенант, я ожидал большего, — разочаровано вздохнул Гин, смахнув кровь с катаны и убрав оружие в ножны. — Капитан Айзен сказал, чтобы я был осторожен, но, видимо, он переоценил вас.
— Он…
Даже говорить было больно, малейшее напряжение в мышцах вызывало дикую боль, от которой слезились глаза. Силы покидали меня чересчур быстро, я попыталась сконцентрировать реацу в ране, но кровотечение не остановилось.
— Как жаль, что тайный вор застал врасплох лейтенанта, которая даже меч не успела обнажить, — подобрав запечатанную рукопись, с досадой отметил капитан третьего отряда. — Вы можете попытаться остановить кровотечение реацу, но, боюсь, что с такой раной до утра вы не протяните. Вам не хватит сил. Был рад нашему недолгому общению, лейтенант. Прощайте.
Не стал добивать… как опрометчиво. Эта мысль, к сожалению, ненадолго меня обрадовала, поскольку силы уходили катастрофически быстро, темная тяжелая пелена опускалась на глаза по мере того, как кровь покидала тело.
«Хина, сосредоточься! Используй кидо, чтобы остановить кровь, не отключайся!»
В твоем голосе столько отчаяния и ужаса…
Облизнув пересохшие губы, я представила, как реацу стекается к ране, и от этого жгучая боль усилилась. Нервные окончания буквально горели, отчего я заскулила, до крови прикусив щеку. Базовой медицинской техники, и уж тем более моих навыков, не хватит, чтобы остановить кровотечение и уж тем более добраться до четвертого отряда, банально позвать на помощь.
Гин прав, я сдохну раньше, чем кто-то меня найдет, но перед этим помучаюсь напоследок.
«…ать! Слыш… печать!»
Не хочу умирать. Только не опять. Что будет дальше? Это все? Конец? Нет… нет-нет-нет-нет. НЕТ! Я не хочу, не могу! Нет! Сука!
От нахлынувшей паники, что пробрала до костей ледяной волной, я чаще задышала, отчего и боль усилилась. Кровотечение возобновилось.
Соберись. Сука, я так не умру, ни за что! Придется перенаправить поток реацу, чтобы активировать печать, но я не знаю, насколько хватит накопленной энергии. Будет больно, тело… тело не привыкло к такому количеству за раз, но другого выхода нет. Руки дрожали от страха, но лучше уж так, чем никак. Я пересилю это, вытерплю. Это продлится миг, потом все уйдет в прошлое, верно? Просто пережить.
Перенаправив поток духовной энергии для снятия печати, я почувствовала, как спину на месте нанесенной метки обожгло такой болью, что ножевое ранение показалось детским садом. Из горла вырвался сдавленный хрип, перед глазами запрыгали яркие пятна от жуткой боли, разлившейся по мышцам, словно их свело в один миг. Все горело, это невозможно вынести! Почему так больно?!
Мне казалось, что я умру только от одного болевого шока. Почему никто не писал, что это настолько болезненно? Пытка длилась несколько секунд, но они растянулись вечностью, за которой последовало желанное освобождение.
