— Честно говоря, совсем не спал. Но это не имеет никакого значения. Куинн, я виноват…
— Гейб, я, право…
Он не дал ей договорить:
— Я вел себя как мальчишка. Это чертово нетерпение! Прости меня ради всех святых!
Гейбриел сжал ее руку. Куинн вздрогнула, словно электрическая искра пробежала по всему телу. Сердце застучало, отбивая дикий, бешеный ритм.
— Ничего… Я… я сама была слишком… агрессивной, — тихо ответила она.
Хантер нагнулся и поцеловал ее ладонь… Потом локоть… Его рука легла на оголенное плечо девушки. Все поплыло перед глазами Куинн. Нестерпимое желание охватило ее. Гейбриел привлек ее к себе, коснулся губами шеи и спрятал лицо в густых огненно-рыжих волосах девушки.
— Куинн, я постараюсь больше не причинять тебе страданий. Обещаю. Поверь мне!
Он шептал ей на ухо нежные слова, гладил ее плечи, покрывал поцелуями лицо. Куинн обвила руками шею Гейбриела и прижала его голову к своей груди.
Но Гейб мягко освободился из ее объятий.
— Нет, Куинн, нет… Я не могу… Я обещал не быть настойчивым… И должен… должен держать слово!
Голос его звучал почти умоляюще. Стараясь не смотреть на девушку, Гейбриел отступил на шаг и опустился на стул.
— Ох, лучше поговорим о деле. О том, как сделать наш магазин процветающим…
— Гейб, но ты же совсем забросил собственную работу!
— Не знаю, как насчет работы, но я вовсе не испытываю желания возвращаться в каменные городские джунгли с их суетой, пылью, шумом. И машину там поставить негде… И везде очереди, толпы на тротуарах… Черт знает что!
Куинн не смогла сдержать улыбки.
— Ты прав, Гейб! Но тебе было бы неплохо и в твоем маленьком жилище на берегу океана. Ни машин, ни светофоров, ни автомобильных гудков! Мог бы жить в свое удовольствие и ни о чем не думать!
— Да уж! Кроме того, там нет ни воров, ни бандитов. Никаких волнений и тревог… Такое блаженство, что даже… даже скучно!
Оба рассмеялись и почувствовали, как в дом возвращается тепло и радость.
Прошло еще несколько дней. Гейбриел больше не заговаривал о магазине, не донимал Куинн своими советами. Куинн решила, что он, вероятно, согласился с ее возражениями. Это тешило ее самолюбие, и она немного успокоилась… Тем более что имя Маделейн Паркер в их разговорах больше ни разу не упоминалось. Вряд ли Гейбриел мог встречаться с ней тайно. Все его время поглощали либо магазин, либо работа на компьютере, либо заботы о доме. Немало внимания ему приходилось уделять воспитанию и ублажению Маклейша.
Куинн больше не нуждалась в инвалидной коляске и ходила самостоятельно, чуть прихрамывая на больную ногу. Но Гейбриел все же настоял на повторном визите к доктору Джонсону. Куинн долго сопротивлялась, однако в доводах Хантера был несомненный резон. И однажды утром они отправились в клинику. Для большей уверенности Куинн взяла с собой костыли.
Доктор Джонсон внимательно осмотрел ногу и тремя пальцами прощупал лодыжку.
— Больно?
— Нет. То есть чуть-чуть.
— Это ничего. Так и должно быть. А в общем выздоровление идет полным ходом. Просто удивительно, как вам удалось столь быстро сменить инвалидную коляску на костыли. Наверное, все это время за вами кто-то очень хорошо ухаживал.
Куинн искоса взглянула на Гейбриела, который внимательно рассматривал висевшие на стене таблицы.
— Да, доктор, мистер Хантер был очень ко мне внимателен.
— Прекрасно. А вы, мистер Хантер, как себя чувствуете?
— Я! Великолепно!
— Что ж, тогда нам надлежит продолжить курс лечения, мисс Розетти. С сегодняшнего дня надо будет делать физические упражнения. Понемногу, но ежедневно. Необходимо постепенно укреплять мышцы ног. Я вам дам описание комплекса. И с завтрашнего дня начинайте заниматься. В первый день — пять минут утром и пять — вечером. На следующий — десять минут утром и десять — вечером. И так прибавляйте по пять минут каждый день. Пока не достигнете уровня полной нагрузки. Он составляет сорок минут. Понятно?
— Понятно.
— Не беспокойтесь, доктор, — вмешался в разговор Гейбриел. — Я прослежу, чтобы она строго придерживалась расписания.
Куинн уже собиралась вспылить, но сдержалась.
— Очень хорошо. Итак, через десять дней я надеюсь увидеть вас в полном здравии.
Десять дней? Так мало? — с ужасом подумала Куинн. Значит, через какие-то полторы недели Гейбриел сможет уйти из ее дома. Он окунется в свою обычную жизнь. Будет встречаться с разными людьми, с женщинами. Наверное, и с Маделейн Паркер… Почему бы и нет? А у нее не останется ничего, кроме редких деловых свиданий с мистером Гейбриелом Хантером по вопросам опеки над котом Маклейшем.
Всю обратную дорогу они молчали. Небо затянули свинцовые тучи. И когда Гейбриел остановил машину перед домом, на землю упали первые капли дождя.
— Гейб, — обернулась Куинн к Хантеру, когда они вошли в прихожую, — тебе нетрудно принести еще немного дров? Надвигается гроза. А в таких случаях здесь часто отключают электричество. Мы можем остаться на ночь без света и тепла.
Гейбриел насмешливо выгнул дугой левую бровь.
— Что касается меня, то я обойдусь. Без света даже лучше. А согреться можно…
— Опять изволишь шутить? — поспешила прервать его Куинн. — Смотри, дождь уже начался!
— Сейчас. Только доведу тебя до гостиной.
Усадив девушку в глубокое кресло у камина, Гейбриел побежал за дровами. А на улице уже бушевала буря…
Огонь весело разгорался в камине. Куинн уставилась на него невидящими глазами и задумалась. Мысли ее были невеселы. Как только ей пришло в голову заподозрить Гейбриела в нечестности? Разве он хоть раз солгал ей? Нет… А вот она лжет ему, лжет все это время. Она не представляла себе, как ей поступить. Гейбриел никогда не простит ее, даже если она решится рассказать ему всю правду. Не простит… Почему она в этом так уверена? Что, если… если он уже обо всем догадался? Ведь все ее постоянные увертки и отговорки выглядели так подозрительно. А Гейбриел слишком проницателен, чтобы над этим не задуматься. Может быть, отгадав правду, он ждет ее признания… Ждет, чтобы простить и… Нет, это все несбыточные мечты!
Миссис Фидерстоун, Хантер, она, кот, завещание — все переплелось так сложно и необычно, что ни о чем нельзя догадаться. Но как же ей быть?
Хлопнула входная дверь, и Гейбриел вошел в гостиную с охапкой дров. На его волосах блестели капли дождя.
— Все! — воскликнул он, сваливая поленья в кучу около камина. — А ты, как я вижу, прекрасно провела время без меня. Берегись, Куинн! Я такого не потерплю! Это против правил!
Гейбриел улыбнулся одними уголками губ. Глаза его светились глубоким ясным огнем, какого Куинн в них никогда раньше не видела. Внутренний голос предупреждал ее об опасности. Но Куинн уже была не в силах противиться буре страсти, более сильной, чем та, что бушевала за окном. Всепоглощающее чувство рвалось наружу. Его, только его она ждала всю свою жизнь. Пока он здесь, в ее доме, она уже не может отступить…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
