Читаем без скачивания Подснежник - Джейк Арнотт

Откладываю газету. Пытаюсь подыскать для Гарри подходящую кандидатуру, но ни одной путной мысли мне в голову не приходит. Нужен человек, которого никто не знает, а где его взять? Внезапно я вспоминаю о Бердсли. Гнусный, мелкий уголовник с претензиями, которому к тому же понадобилась «пушка»… Нет, не пойдет. Впрочем… Конечно, он еще щенок, но негодяй и бандит из него получится. Ничего выдающегося, конечно, но держать себя в руках он способен. К тому же его действительно никто не знает, кроме, разумеется, его друзей-стиляг. Да и в колонии для несовершеннолетних преступников он наверняка побывал, так что если его немного помуштровать… Бердсли мог бы стать моим учеником или чем-то вроде этого.

Чувствую, что нужно поесть. Достаю мясной пирог «Фрей Бентос», растворимое картофельное пюре и банку консервированного горошка. После еды меня начинает клонить в сон, поэтому я заправляюсь парочкой «бомбовозов». О чем бишь я думал? Ах да, Бердсли. Мелкий хулиган Бердсли. Меня он боится, хотя изо всех сил старается этого не показывать. Неплохо было бы, впрочем, иметь еще одного человечка… Завести свою маленькую «фирму» и… Встаю и начинаю расхаживать по квартире. «Бомбовозы» действуют. Сейчас Бердсли, наверное, во «Фламинго». Можно съездить туда и потолковать с ним, узнать, что у него на уме. И незачем откладывать дело в долгий ящик, все равно самое лучшее время – настоящее.

Сажусь в «зодиак» и еду в Сохо. Сую швейцару мелкую банкноту и вхожу. В зале завывают гитары, цветомузыка отбрасывает на стены разноцветные, яркие, как молнии, пятна света. Одежда на посетителях кажется мне еще вульгарнее, волосы – еще длиннее. Вот суки! Можно подумать – они специально выдумали эту моду в пику старине Джеку! Бердсли нигде не видно. Замечаю подходящего моднявого парнишку с зачесанными на морду волосами. На нем – некое подобие сари а-ля Джавахарлал Неру и солнечные очки в толстой черепаховой оправе. На пестром пакистанском пиджаке нет лацканов, чтобы за них взяться, поэтому я просто хватаю его за ткань спереди и подтягиваю к себе.

– Где Бердсли?

– Он здесь больше не бывает.

– А где он бывает? В «Ла дискотек»?

– Не-е… Это тоже не его компания. Думаю, ты застанешь его в «Двух дырках», чувак.

– Где это?

– В Брикстоне.

Я записываю адрес и возвращаюсь к машине. Ехать нужно в Южный Лондон. Никогда не любил эту часть города. На нашей, восточной окраине эту часть всегда называли «Индейской территорией». Для меня она и вправду была как далекая, дикая страна за океаном (в данном случае – за Темзой). Брикстон? Тоже, наверное, какие-нибудь джунгли. Но делать нечего. Закидываюсь еще парой «черненьких» и еду на юг.

«Две дырки» оказываются древним танцзалом на Колдхарбор. Черномазый портье оглядывает меня с ног до головы, прежде чем впустить. Улыбаюсь ему самой добродушной джекшляповской улыбкой и сую десятифунтовую бумажку. Вход открыт – улыбка никогда меня не подводила.

Внутри – облупленные стены и безумная, ритмичная музыка. Чика-чика-чика. Десятки цветных подростков ритмично дергаются в такт ударным. В наличии и несколько белых, но они как-то сгрудились в одном углу. В общем, до полной расовой гармонии далеко, хотя две-три белых девахи танцуют в центре зала с наиболее приличными черномазиками.

Пробираюсь в «белый уголок». Тем временем начинается новая песня. Не «чика-чика-чика», а «чанга-чанга-чанга», и мне кажется, я скольжу, лечу куда-то со склона вместе с ней. Джонни ходит по дороге с пистолетом наготове, ты слишком плохой парень, Джонни, оу-у! Замечаю в толпе Бердсли, отталкиваюсь ногами от пола, раскачиваюсь вместе с музыкой. Чанга-чанга-чанга. Бердсли видит меня. Удивленно ухмыляется, потом слегка кивает в мою сторону. Однажды ты услышишь их голоса, да, голоса, они позовут тебя. Куда ты убежишь, Джонни, оу-у!

– Доктор Ливингстон, я полагаю? – ору я Бердсли прямо в ухо. Он хмурится – то ли не слышит, то ли не понимает юмора, а может – и то и другое.

– Что ты здесь делаешь, Джек?

– А ты как думаешь? Борюсь за нравственность? Опять не угадал… Мне нужно было срочно повидаться с тобой. Есть разговор.

Бердсли кивает. Он упакован по последней моде, но выглядит как плебей. Ботинки со стальными мысками, тесные джинсы на подтяжках, рубашка на пуговицах, но без галстука, невнятная куртешка, а кроме того, – хотите верьте, хотите нет, – шляпа! Такая же, как у меня, шляпа фасона «трильби» с узкими полями – не больше и не меньше. Шляп больше не носят, Джек. А вот этот баран – носит! То ли старая мода вернулась, то ли старина Бердсли вздумал подражать старине Джеку – в смысле стиля, конечно.

Я киваю в сторону дверей, и Бердсли выходит из кабака следом за мной.

На улице я еще раз оглядываю его с ног до головы. Бердсли похож на сутенера, причем на черномазого сутенера. С островов Карибского моря, или откуда они обычно берутся.

– В чем дело? – спрашиваю я. – Почему ты здесь, с чернозадыми? Ты что, решил сменить цвет кожи?

Бердсли широко улыбается и трясет головой.

– Не-а. Просто мне не нравится эта мода… Не люди, а образины волосатые! У черных, по крайней мере, есть чувство стиля!

– А это что такое?

И я рывком срываю с Бердсли его долбаный капор. Шляпа остается у меня в руке. Бердсли стоит передо мной простоволосый… То есть нет. Не простоволосый. Потому что никаких волос у него нет. Череп Бердсли чисто выбрит и блестит. Совсем как у старины Джека.

– Ты что же это, издеваться надо мной вздумал?

Бердсли усмехается. Верный раб моды, мать-перемать! В длинном плаще, с выбритой головой он действительно выглядит крутым. Для полноты картины не хватает только пистолета за поясом. Джонни ходит по дороге с пистолетом наготове. Вопрос только в том, будет ли от Джонни какой-нибудь прок?

– Итак… – начинаю я.

– Я просил достать мне «пушку», – перебивает Бердсли. – Ты принес «пушку»?

– Не спеши. Для начала тебе придется доказать, что ты умеешь с ней обращаться. Короче, если ты считаешь себя достаточно крутым, я готов сделать тебе одно предложеньице…

– Какое?

– Нужны крепкие ребята для одной работенки.

Бердсли снова улыбается. Маленький злобный щенок.

– Но дело в том, – продолжаю я, – что мне пока неизвестно, не струсишь ли ты. Это тебе не в выходные на пляже стенка на стенку ходить!

Бердсли презрительно усмехается. Как раз в этот момент к нам подходит крупный молодой негр.

– Что надо, ребята? Травку? «Колеса»? Гаш?

Я отмахиваюсь от него. Ниггер причмокивает губами:

– Что такое, дружище? Ты ничего не покупаешь? Тогда сваливай отсюда, я здесь торгую!

И тут меня осеняет. Бердсли может доказать свою дееспособность прямо сейчас. Улыбнувшись черномазому, я отступаю на шаг назад и подталкиваю Бердсли чуть вперед.

– Проводи-ка этого придурка, сынок, – говорю я.

От моего толчка Бердсли чуть не падает, но тут же выпрямляется во весь рост, расправляет плечи и делает зверское лицо. Словом, все как полагается. Я вовсе не уверен, что ему по силам разобраться с этим наглым черномазым, но, как говорится, попытка не пытка. В крайнем случае, если Бердсли струсит, я всегда могу вмешаться.

Бердсли и черномазый начинают кружить по тротуару, окидывая один другого свирепыми взглядами.

– Пижон чертов! – шипит ниггер, пытаясь завести Бердсли.

Но заводить его нет нужды. Бердсли действует быстро. На удивление быстро. И на разговоры времени он не тратит. Рука его, вынырнув из кармана плаща, делает неуловимо быстрое движение вперед. Сверкает сталь появившегося как по волшебству ножа. Рука дергается назад, и клинок разваливает черную харю чуть не напополам.

Омерзительное зрелище.

Чернокожий стоит на четвереньках в водосточной канаве, зажимая рукой располосованную щеку. Юшка капает на асфальт. Бердсли пускает в ход ботинки. Стальными мысками он бьет парня по ребрам – раз, другой, третий. Черномазый вопит. Швейцар «Двух дырок», услышав шум, делает несколько шагов в нашу сторону, и я оттаскиваю Бердсли за полу плаща.

– Достаточно, сынок, – говорю я.

С меня действительно хватит.

Мы мчимся прочь, преследуемые целой толпой чернозадых обезьян. Мой «зодиак» стоит на углу Электрик-авеню и Атлантик-роуд. Мы запрыгиваем в салон и рвем с места.

Мы едем на север. Пересекаем Темзу по мосту Альберта. Мост ярко освещен китайскими фонариками. Хорошо все-таки покинуть «Индейскую территорию» и снова оказаться по эту сторону Большой Воды. Еду по Виктория-роуд в Уэст-Энд.

Но Гарри в «Звездной пыли» нет. Он обещал быть, но я его не вижу. Оглядываюсь по сторонам и замечаю в уголке Тревора. Судя по всему, он тоже ждет Гарри. Беру в баре пару бокалов и подхожу к нему вместе с Бердсли.