— Боже мой! — пробормотал Роу.
— Монокль? — Максуэлл недоуменно заморгал. — Это странно, сэр. Доктор Алес не носил монокль, и я, конечно, тоже. Никогда не видел в доме такую штуку…
— Доктор Седлар, — мрачно промолвила Пейшнс.
Глава 23
ПРОБЛЕМА СИМВОЛИЗМА
На месте преступления больше делать было нечего. Максуэллу посоветовали забыть о своем хозяине, вернуться в Тэрритаун и возобновить столь печально прерванную мирную жизнь. Боллинг оставил двух своих людей наблюдать за домом спереди и сзади, хотя сзади подобраться к нему было практически невозможно из-за густого кустарника. Поскольку Максуэлл уверял, что прошлой ночью, как всегда, запер все окна и двери, молодой Роу, ставший заметно молчаливее после находки тайника в кабинете, лично обошел дом и убедился, что, за исключением парадного входа, все окна и двери запираются изнутри. Что касается подвала, то его было незачем обследовать, так как спуститься туда можно было только по лестнице внутри дома возле кухни… Колокольчик над входной дверью насмешливо звякнул, когда они покинули дом.
По приглашению старого джентльмена — Боллинг отвез Максуэлла в Тэрритаун в полицейской машине — Пейшнс и Роу последовали за ведомым Дромио лимузином в «Гамлет». Молодые люди с благодарностью удалились в отведенные им маленьким мажордомом по прозвищу Фальстаф комнаты, привели себя в порядок и спустились к позднему ленчу, освежившись телом, если не духом. Ленч проходил в интимной атмосфере личных апартаментов Лейна. За трапезой говорили мало — Пейшнс и Роу казались задумчивыми, а если Лейн и заговаривал о чем-то, то только не об утренних событиях. После ленча он передал их в руки Куоси, извинился и направился в кабинет.
Пейшнс и Роу праздно бродили по поместью. Зайдя в маленький сад, они растянулись на траве. Куоси понимающе посмотрел на них и удалился.
Птицы пели, трава была теплой и душистой. Никто не произносил ни слова. Роу повернулся, глядя на лицо своей спутницы, слегка раскрасневшееся на солнце. Она казалась ему соблазнительной и в то же время отчужденной, так как ее глаза были закрыты, а морщинка между бровями не располагала ни к шуткам, ни к ухаживаниям.
— Ради бога, не хмурьтесь, Пэт! — заговорил наконец Роу. — Мне нравятся веселые девушки.
— Разве я хмурилась? — пробормотала Пейшнс, открыв глаза и улыбнувшись. — Вы совсем ребенок, Гордон. Я просто думала…
— Полагаю, мне придется примириться с умной женой, — вздохнул молодой человек. — Хотя двое умников в семье — это чересчур.
— Женой? Это уже не смешно! А думала я о том, что прошлой ночью дом доктора Алеса посетил не один человек, а двое.
— Наконец-то. — Роу снова лег на спину и сорвал травинку.
Пейшнс села:
— Так вы тоже заметили это, Гордон? Одним был рубильщик. Состояние дома ясно свидетельствует, что он отчаянно что-то искал, для чего и разрубал мебель и другие вещи топором. Важно то, что этим человеком не был доктор Алес.
Роу зевнул.
— Естественно. Будь он Алесом, то знал бы точно, где искать то, что спрятал сам — поскольку именно Алес оборудовал тайник в стене. А кто второй? — И он снова зевнул.
— Не притворяйтесь равнодушным, — засмеялась Пейшнс. — Я ведь знаю, что ваш мозг бешено функционирует… Кто второй, мне неизвестно. Вы правы, доктор Алес не мог быть рубильщиком, так как знал бы, где найти вещь, которую тот искал. Но с другой стороны, эту вещь нашли, о чем говорит пустой тайник с открытой дверцей.
— И это заставляет вас думать, что прошлой ночью в доме побывали двое? Почему не мог рубильщик — черт бы побрал этот неуклюжий термин! — найти тайник после того, как он поработал топором?
— Прежде всего потому, что тайник, как вы сами видели, был очень ловко замаскирован. Только предварительно открытая дверца помогла Боллингу найти эту розочку. При закрытой дверце был бы один шанс на миллион, что искавший найдет нужную панель и нужную розочку. Иными словами, тайник не могли обнаружить случайно. Если бы рубильщик знал секрет тайника и розочки, ему незачем было бы орудовать топором. Поэтому я утверждаю, что не он повернул розочку, открыл дверцу, взял то, что лежало в тайнике, и оставил дверцу открытой. Значит, это был кто-то другой, а один плюс один равняется двум. Q. Е. D.[65]
— Истинная леди-сыщик, — усмехнулся Роу. — Пэт, вы чудо. Какая безупречная логика! Но возникает другой вопрос: когда второй посетитель добрался до тайника — до визита рубильщика или после?
— В этом нужно разобраться, учитель. Если бы человек, открывший тайник, пришел первым, то рубильщик, придя вторым, увидел бы открытую дверцу, понял бы сразу, где находится тайник, и не стал бы разваливать на куски весь дом в его поисках… Значит, Гордон, рубильщик пришел первым, и это он оставил Максуэлла связанным в гараже. А потом пришел второй посетитель, но что произошло тогда, знает один Бог.
Последовала долгая пауза. Они лежали на траве, глядя на усеянное белыми облачками небо. Смуглая рука Роу шевельнулась и легла на руку Пейшнс, которую она не убрала.
После раннею обеда все трое собрались в кабинете Лейна — комнате в староанглийском стиле, пахнущей кожей, книгами и деревом. Пейшнс села в кресло старого джентльмена и, взяв лист бумаги, стала рассеянно что-то на нем писать. Лейн и Роу поместились перед столом, на котором горела лампа.
— Знаете, — внезапно заговорила Пейшнс, — перед обедом я записала несколько вопросов, которые не дают мне покоя.
— В самом деле? — пробормотал Лейн. — Дитя мое, вы обладаете удивительным для женщины упорством.
— Это моя основная добродетель, сэр. Могу я зачитать мое маленькое эссе? — Она достала из сумочки длинный лист бумаги, развернула его и начала читать вслух:
«1. Доктор Алес оставил нам запечатанный конверт с символом внутри. Доказательства — борода и очки, найденные в его шкафу. Доктор Алес поручил Вилле украсть из дома Сэксонов Джеггарда 1599 года. Доктор Алес присоединился к группе экскурсантов в автобусе и разбил витрину Джеггарда в Британском музее. Это подтверждают признание Виллы и находка синей шляпы и фальшивых седых усов в спальне Алеса. Но кто такой доктор Алес? Хэмнет Седлар, как утверждают Крэбб и Вилла, или кто-то другой?
2. Кто такой человек, известный как Хэмнет Седлар? Нам известно, что некий Хэмнет Седлар существует, благодаря сведениям из Скотленд-Ярда, и мы знаем, что человек с таким именем нанят новым хранителем Британского музея. Но является ли человек, представившийся в музее как Хэмнет Седлар, настоящим Хэмнетом Седларом, или же он только выдает себя за него, как думает отец? Он, безусловно, вызывает подозрения, так как солгал о дате своего прибытия. Мертв ли настоящий Хэмнет Седлар? Занял ли этот человек его место и присвоил ли его имя? Каков мотив его лжи о дате прибытия? Что он делал в промежутке между подлинной и мнимой датой?»
— Фу! — прервал ее молодой мистер Роу. — Что за извилистое мышление!
Пейшнс бросила на него сердитый взгляд и продолжила:
«3. Если Хэмнет Седлар — не доктор Алес, что произошло с доктором Алесом? Почему он исчез?
4. Что в действительности произошло с Донохью?
5. Кто напал на Гордона и меня, похитив конверт?
6. Кто такой рубильщик, если он — не доктор Алес?
7. Кто пришел следом за рубильщиком и опустошил тайник? Это мог быть сам доктор Алес — естественно, он знал секрет своего тайника».
— Минутку, Пейшнс, — сказал Лейн. — Откуда вы знаете, что рубильщик не был доктором Алесом и что в дом Алеса прошлой ночью приходили двое?
Пейшнс начала объяснять. Лейн смотрел на ее губы и кивнул, когда девушка умолкла.
— Великолепно, не так ли, Гордон? Это все?
— Нет. Есть еще один вопрос. — Пейшнс нахмурилась. — Самый важный и самый озадачивающий.
«8. Вокруг чего вращаются все эти загадки? Несомненно, вокруг «тайны, стоящей миллионы», о которой упоминал доктор Алес. Но эта тайна связана с символом, оставленным Алесом отцу на хранение. Поэтому все зависит от последнего вопроса: что означает этот символ?»
Отложив список, она снова принялась делать наброски. Некоторое время мужчины молчали. Потом Роу, рассеянно наблюдавший за движениями карандаша Пейшнс, напрягся и приподнялся со стула. Пейшнс и Лейн с любопытством посмотрели на него.
— Что вы там пишете? — резко осведомился молодой человек.
— Что? — Пейшнс моргнула. — Этот чертов, символ — «зHS wM».
— Эврика! — вскричал Роу и вскочил на ноги, сверкая глазами. — Я все понял! Как же это по-детски просто!
Друри Лейн встал и подошел к столу.
— Значит, вы наконец догадались, — сказал он. — Я понял это в тот день, когда мы сидели в кабинете вашего отца, Пейшнс, и он развернул бланк библиотеки Сэксона, продемонстрировав то, что на нем написано. Объясните ей, Гордон.
