– Но ведь вы же с Еленой соседки, – предприняла Кира последнюю попытку штурма.
– И чего?
– Ты не могла не видеть, кто к ней приходил.
– Сказано же вам, я в чужие дела нос не сую!
– Но тут особый случай! Елена пропала. Человек, посадивший в тюрьму ее мужа, мертв. На месте преступления найдена сумочка с документами на имя Елены.
Деваха вытаращила глаза.
– Чего? Ленка? Убила этого прощелыгу черномазого? Что? Серьезно? Господи, а я и не врубилась, когда менты к ней с обыском пришли!
– Ты это о ком?
– А вы? Разве не Алекса убили?
– Его. А ты…
– Знала ли я этого урода?! – воскликнула деваха. – Конечно, знала! Он с сестрой Ленкиного мужа любовь крутил. И попутно ни одной чужой юбки не пропускал. Да про него по Питеру легенды ходили. Столько баб, сколько имел Алекс, ни у кого не было и не будет никогда!
– Ты его хорошо знала.
– Не лично, – возразила деваха. – Мне такие кадры без надобности. Алекс на своих баб денег никогда ни копейки не тратил. Мне с таким не по пути.
– Не тратил?
– Ну, разве что для пользы дела, – снизошла девица, – если надеялся с них потом вдесятеро больше получить. Тогда да, тогда он – сама щедрость! И цветы роскошные дарил. И в ресторан водил. Развлекал. На большее, правда, на подарки там дорогие, его все равно не хватало. Но ухаживать красиво – ухаживал, умел. Врать не буду. Лично, можно сказать, наблюдала.
– Где это?
– А когда он за Ленкой приударить вздумал. Тут и наблюдала.
– Алекс влюбился в Лену?
– Скажете тоже! Влюбился! Да он и слов таких не знал.
– Но ты же сказала…
– Волочился он за Ленкой – это да! А любовью тут никакой и не пахло. Разве что с ее стороны.
– Лена влюбилась в Алекса?
– Вот именно. Как последняя лохушка! А ведь я ее предупреждала! Много раз говорила: «Смотри, Ленка, не по себе платье меряешь. Ничего у тебя с Алексом не выйдет. И ни у кого с ним не выйдет. Потому что Алекс всегда только о себе печется, о своих интересах. И ты ему за каким-то фигом сейчас нужна стала. А как это время пройдет, он тебя и бортанет. Да еще хорошо, если просто кинет. А то и подставит по полной программе».
– Как это?
– А так. У Алекса такая сволочная привычка имелась. Он всех своих баб считал вроде бы полной своей собственностью. А раз так, то они должны были приносить ему дивиденды.
– Поясни подробней.
– Я знаю, по крайней мере, двоих, кого он сначала подсадил на наркоту, а потом отправил на панель. Деньги для него зарабатывать.
– Не может быть!
Возмущение подруг выплеснулось через край. Если правда то, что рассказывает эта деваха, то Алекс был подлецом, каких еще свет не видывал. И правильно, что его убили. С такими типами только так и нужно поступать. Ах, если бы в его убийстве не подозревали Лесю! Тогда подруги и пальцем бы не пошевелили, чтобы найти виновного.
Конечно, убийство – тяжкий грех, и убийца должен быть наказан, но… Но лучше бы уж все оставалось на своих местах. Подлец Алекс – в морге, а его убийца – на свободе.
– Уверена, что Алекс вполне заработал такой конец, – кивнула головой деваха. – Про него рассказывали такие жуткие вещи, даже матерые бандиты остерегались иметь с этим типом дело.
– Какие?
– Не знаю. Но жуткие.
Дальнейшая беседа с соседкой Лены прояснила следующее. Алекс стал ухаживать за Леной уже после того, как помог засадить ее мужа за решетку. Во всяком случае, до этого он в квартире и не появлялся. Первый раз нарисовался, когда заехал за Ланой. Да и Вовина сестра приехала лишь потому, что Лена собирала для мужа посылку, а она хотела поучаствовать в этом. Алекс зашел в дом, увидел Лену и через пару дней появился вновь. Уже с цветами. И Ланы с ним в этот раз не было.
Лена благосклонно встретила ухаживания нового кавалера.
– А чего мне терять? – хмыкнула она в ответ на предостережение соседки. – Муж у меня в тюрьме. Я – соломенная вдова. Куда уж хуже?
Но оказалось, что хуже всегда возможно. Вот и Лена резко изменилась с тех пор, как встретила Алекса. Она стала нервной, раздражительной, то впадала в депрессию, то веселилась без причины. Стала пропадать из дома по ночам. А потом и вовсе исчезла.
– Ничего хорошего тут быть не может! – покачала головой соседка. – А раз документы Ленки, как вы говорите, оказались в руках у Алекса, то и вовсе быть беде.
Под впечатлением этих мрачных слов подруги отправились восвояси. За целый день они здорово устали.
– Пойду к себе, покормлю кошек, – сказала Кира.
Фатима встретила ее в прихожей. А Фантик даже не вышел к Кире. Это Фантик, который всегда первым мчался на любой шорох. А появление своей хозяйки предчувствовал, когда Кира только подходила к дому. Определенно, с котом что-то происходило. И явно неладное.
Кира уже носила Фантика к ветеринару, и тот первым делом спросил, как у кота аппетит. Но на аппетит Фантик как раз и не жаловался. С тех пор как прекратилась его сексуальная жизнь с Фатимой, кот заметно округлился и поправился. Но вот от его былой живости не осталось и следа. У кота появилось заметное брюшко, и зад стал таким тяжелым, что Фантик не всегда с первой попытки мог запрыгнуть на диван.
– Ты стал жирным лентяем, – попеняла коту Кира.
Но тот ее не слушал. Он стоял у своей миски и требовательно мяукал.
– Тебе нужна диета, – задумчиво сказала Кира. – Вот что! Положу тебе половину твоей обычной порции.
Фантику такое новшество совсем не понравилось. Он недоуменно уставился на свою миску, а потом перевел выразительный взгляд на мисочку Фатимы. Почему ей так много, говорил кошачий взгляд, а мне так мало?
– Ты и так толстый! Попробуй похудеть.
Но Фантик не согласился. Одним махом он слопал свой урезанный паек, а потом, отодвинув Фатиму от ее мисочки, принялся подъедать за ней.
– Ах ты, негодяй! – вспылила Кира.
Отнять еду у Фантика она не успела. Кот смел все остатки в мгновение ока. И явно не отказался бы и от добавки.
– Обойдешься! – сердито сказала ему Кира. – С сегодняшнего дня ты на диете! Глядишь, через пару месяцев снова войдешь в форму и сможешь исполнять свои супружеские обязанности.
Фатима довольно замурлыкала. Фантик насупился. А Кира, чтобы не видеть его недовольной мордахи и не слышать приставаний насчет дополнительной порции еды, пошла к Лесе. Вообще-то лучше бы лечь спать. Но разве уснешь, когда под боком орет голодный котяра.
Оказавшись у Леси, она встряхнулась. Получилось это само собой. Сразу же после звонка следователя, который вел дело об убийстве Алекса. Тот позвонил Лесе и каким-то подозрительно тихим, мягким и ласковым голосом сказал:
– Зайдите завтра ко мне.
– Зачем? – затрепыхалась Леся.
– Часиков в двенадцать вас устроит? – вместо ответа спросил следователь.
– Но зачем? Вы ведь уже нашли убийцу! Лана оставила предсмертное письмо, в котором покаялась. Что вам еще от меня надо?!
– У нас появились сомнения на этот счет. Надо задать вам несколько вопросов.
– Почему мне?
– А кому же еще? – снова вопросом на вопрос ответил следователь и прибавил: – Так я вас жду! Не забудьте, ровно в полдень.
Леся повесила трубку и незамедлительно впала в панику.
– Что? Зачем? Почему? Меня арестуют!
– Если бы хотели арестовать, то уже давно бы сюда приехал наряд и тебя бы забрали.
Но Леся считала иначе.
– Зачем им тратить собственное время и жечь бензин, когда они знают, что я все равно от них никуда не денусь? Говорю тебе, меня завтра арестуют! Это точняк!
– Не смогут. У них нет веских доказательств.
– Еще как смогут! Вот если бы у нас был убийца, тогда все было бы иначе!
– Но ведь Лана призналась.
– Они говорят, что это не то!
– Не то?
– Да! Что у них сомнения. Наверное, они не верят, что это она написала свое предсмертное письмо.
– А кто же тогда?
– Наверное, думают, что это сделала я.
– И Лану тоже ты убила?
– А как же иначе? Ведь мы были последними, кто был у нее дома.
– Звони Висюлькину, – решила Кира. – Он ведет дело Ланы. Так что должен знать подробности.
Увы, Висюлькин ничем не порадовал подруг.
– Дело у меня забрали, – заявил он. – Убийство Алекса и его компаньона – Никиты Сорокина, а также и самоубийство Ланы объединили в одно дело. И занимается им тот следователь, который вам звонил.
– А ты не мог бы узнать, что он от меня хочет?
– Ну…
– Висюлькин! – взмолилась Леся. – Миленький! Пожалуйста! Так не хочется в тюрьму, ты бы только знал!
И она начала вполне натурально всхлипывать в трубку. Против женских слез не сумел устоять еще ни один мужчина, если только у него в груди не камень. Висюлькин, несмотря на свою профессию, сумел сохранить в себе каплю жалости к слабым и беспомощным. А Леся в данный момент умело использовала эту его жалость себе на пользу. Так что следователь не выдержал и пообещал узнать все, что сможет.
– Как только узнаю, сразу же позвоню или заеду.
– Я буду ждать. Очень!
