Читаем без скачивания Сила веры - Анастасия Владимировна Лик

проходили в царскую ложу, но молчал, чему девушка была несказанно рада. Слушать очередные причитания, про то, что эти места не для них, она не хотела.

   Лина радостно уселась посередине между Алкменой и Юлианом, подхватив их за локти, и начала ждать начала представления. Да, на этих местах они действительно были как на ладони, и на них не смотрел разве что ленивый, но как только прозвучали первые аккорды музыки и запел хор, все тут же повернули головы в сторону сцены.

   Сегодня яркие маски рассказывали зрителям странную историю про греческого философа и солдата, и про то, как они спорили о смысле жизни. Лина не поняла из этой постановки ровным счётом ничего, уж больно мудрёный был сюжет, но эстетическое удовольствие всё равно получила огромное. Всё действие сопровождали удивительно красивый хор и танцоры в удивительных пышных костюмах.

   Когда пьеса закончилась, и зрители потянулись к выходу, совершенно неожиданно на сцену вышел человек без маски и прямиком направился к царской ложе. Лина сразу поняла, что он идёт к ней, нахмурилась и не сводила глаз за приближающимся. Ей даже стало интересно, что ему было нужно. Мужчина средних лет, с чёрными волосами, щедро посеребрённых сединой, и одет он был в как-то хитро задрапированный вокруг голого тела кусок ткани.

   Из краткой лекции Дианты про греческие традиционные одежды Лина помнила, что это называлось гиматием, но это было вроде как верхней одеждой... или всё же нет?

   Мужчина подошёл к Лине совсем близко и низко поклонился.

   - Госпожа, вам понравилась моя пьеса? - тихо спросил он, и девушка внутренне скривилась. Это видимо был драматург. Обижать его совсем не хотелось, но и врать она тоже не желала.

   - Вам ответить честно?

   Мужчина заметно напрягся, но кивнул.

   - Нет, мне не понравилось. Смысл этой пьесы для меня остался непонятным.

   - Спасибо госпожа, ваше мнение очень важно для меня, - произнёс он, опять поклонился и ушёл.

   - И что это было? - повернулась Лина к своим сопровождающим. Они смотрели на неё с явным упрёком, а Дианта так вообще рот открыла от возмущения.

   - Похоже, что ты только что погубила карьеру этого господина, - недовольно скривила носик Алкмена. - Ты действительно ничего не поняла? Это была очень хорошая постановка. И этот драматург весьма талантлив.

   - Да? - удивилась Лина, и, судя по лицам Дианты и Юлиана, они были полностью согласны с принцессой. И ей стало ужасно грустно... из-за своей безграмотности, она фактически погубила человека. И что его дёрнуло спросить её мнения?

   Глубоко вздохнув, она поднялась с мягкой подушки, решив исправить ситуацию.

   - Юлиан, пошли со мной, найдём этого господина.

   Они спустились вниз на сцену, и, пройдя площадку, направились к зданию за ней, в котором и скрылся драматург. Зашли в маленькую дверку, и Лина поняла, что они пришли вовремя. Господин, которого она чуть было, не погубила, стоял в окружении большой группы мужчин, низко опустив голову, и смерено слушал их оскорбления.

   - Прекратить! - громко сказала Лина и все тут же подпрыгнули от неожиданности, и через секунду уже опустились на колени.

   - Как тебя зовут? - спросила она, подходя к драматургу, ужасно бледному и грустному.

   - Диокл госпожа, - тихо сказал он, не поднимая головы.

   - Встань Диокл.

   Лина старалась говорить спокойно, но то, что она тут увидела, странным образом взволновало её. Даже если эта постановка действительно была неудачна, такое отношение к человеку было недопустимым.

   - И вы все тоже встаньте, - махнула она рукой на остальных, и мужчины поднялись, но испуганно сжались, боясь даже взглянуть на жену царя. - Диокл, вы зря спросили моего мнения, к сожалению, я только недавно познакомилась с греческим театром и не могу по достоинству оценить вашу работу. Я незаслуженно обидела вас, но мои друзья со мной не согласились, сказав, что ваша пьеса прекрасна.

   Мужчина поднял полные надежды глаза. Он уже успел распрощаться не только с карьерой, но и с жизнью, так как без театра он не видел смысла продолжать оставаться на этом свете.

   - А это я так понимаю ваши судьи?

   - Да.

   - Господа, если честно, вам понравилась постановка Диокла? - строго спросила Лина и посмотрела на оробевших мужчин.

   - Мне она показалась неплохой, - немного помолчав, сказал один из них.

   - Да, весьма недурна, - сказал другой и все оставшиеся судьи начали соглашаться с тем, что пьеса в целом была хорошей и им понравилась.

   - Вот и замечательно, - улыбнулась она драматургу. - И Диокл, в следующий раз, когда я приду на вашу постановку, не стоит спрашивать моего мнения, в отношении театра оно непостоянно, и очень зависит от настроения. Удачи вам.

   - Спасибо госпожа, - засветился мужчина и низко поклонился.

   Лина с Юлианом вышли обратно на сцену, и она с облегчением вздохнула. Театр уже был пуст, и только в царской ложе сидели две женских фигуры, ожидающие их.

   - Юлиан, а почему вообще этого драматурга судили?

   - Лина, сейчас же проходит праздник "Дионисий", и это что-то вроде театральных состязаний.

   - Да? Как интересно, - удивлённо округлила глаза она. - И как это проходит?

   - В состязании принимают участие три автора, они ранее прошли серьёзный конкурс, и их выбрали как самых талантливых. Сейчас проходят трагические постановки, от каждого участника по три пьесы. Следующим будут комедийные состязания, там требуется только одна пьеса.

   - И их судят? Как на спортивных соревнованиях? А по каким критериям?

   - На спортивные соревнования это совсем не похоже, - скривился Юлиан, но продолжил терпеливо рассказывать. - Ведь поэт составляет не только текст, но и музыкальную и балетную части драмы, он же и режиссер и может быть даже актером, если захочет, конечно. Поэтому оценивается всё это в целом. Но я не большой специалист в этом вопросе.

   - Лина, вы где там пропали? - закричала Алкмена со своего места, и всем своим видом показывала, что она