Миссис Левенинг с ней согласилась, но поскольку в этот момент подошел ее муж, мистер Левенинг, то Селина не стала жаловаться дальше, что взамен театра Эбби пригласила мистера Каверли на обед к себе в гости…
А этим поступком Эбби Селина была просто поражена – как сестра могла, не справившись у нее, приглашать мистера Каверли в общество ее давних, глубоко уважаемых, замшелых подруг – миссис Грейшотт, леди Виверхэм, миссис Энкрам?..
Эбби заметила, что эту пьесу Шекспира она еще не видела, но Селина прямо затряслась от мысли, что ее незамужняя, чистая как хрусталь сестра пойдет в театр наедине с мужчиной… И тогда Эбби в качестве последнего средства сообщила, что мистеру Каверли она предложила присутствовать у них на ужине взамен похода в театр…
– Нет! Ничто на свете не заставит меня принять единственного мужчину на нашей женской вечеринке! – взвизгнула Селина, теряя логику, которая, впрочем, отсутствовала в ее словах и ранее.
– Конечно, я и не собиралась заставлять тебя принимать его, – озорно заметила Эбби. – Его я буду принимать сама…
– Как, Эбби?! – бледнея как полотно, пролепетала Селина. – Мужчина будет у нас за ужином один ? И ты одна будешь с ним беседовать? Никогда еще мы так не поступали! Ну разве что могли принять нашего Джеймса, но ведь это совсем другое дело!
– Другое, это верно! – кивнула Эбби. – Пусть мистер Каверли имеет свои причуды, зато от него хоть не так смертельно скучно!
– Ты не могла меня больнее задеть! – простонала Селина. – Ты же помнишь, помнишь, дорогой папа всегда предупреждал нас именно против этих странностей, всегда хотел, чтобы мы общались с достойными людьми… Нет, меня просто в дрожь бросает. Что бы он сказал, если бы был жив? Меня утешает лишь то, что он этого уже не узнает…
Потребовалось битых полчаса, чтобы убедить Селину согласиться на такой расклад; но и в этом случае она согласилась лишь потому, что боялась слухов, которые неминуемо пойдут по всему городу, если ее младшая сестра встретится за ужином один на один с мистером Каверли… После этого Селина потратила большую часть дня на составление формального приглашения, исполненного по всем правилам куртуазного письмосложения. Мистер Каверли, однако, не оценил титанических усилий Селины и ответил весьма краткой запиской, из которой у Селины сложилось впечатление, что он пригласил ее сестру на спектакль из чисто филантропического чувства соболезнования сирым и убогим. Так что Селина по крайней мере успокоилась насчет интрижки между ним и Эбби, и, когда они встретились в Зале Источников, приближение Каверли к Эбби не вызвало у Селины тревоги. Множество джентльменов кружилось вокруг Эбби; та любила легкий флирт, но Селина начала уже склоняться к мысли, что ничего дальше этого с ее младшей сестрой не произойдет, – Эбби не воспринимала никого из своих поклонников в качестве подходящего жениха. И уж конечно таковым нельзя было даже в страшном сне представить мистера Каверли, с его ужасной язвительностью, пугающими манерами и сомнительным материальным положением.
В свою очередь, и Эбби, завязывая с Каверли все более тесное знакомство, вовсе не ждала никаких сердечных дел. Он был забавен, конечно, и в компании с ним было весело; но уж слишком часто ее приводили в бешенство его манеры, не говоря уж о его полном презрении к некоторым добродетелям, неотделимым от понятия «джентльмен»… Каверли действительно похож был на «паршивую овцу», и совершенно очевидно ей не подходил, так что в голове Эбби даже краешком не мелькнула мысль, будто в его лице она могла встретить свою судьбу. Эбби не отдавала себе отчета, что, флиртуя с Каверли, она на самом-то деле преследует совсем иные цели, чем просто склонить его на свою сторону в борьбе с его ненавистным племянником Стэси. И хотя Майлз недвусмысленно отказался вмешиваться, Эбби почему-то продолжала убаюкивать себя надеждой, что переубедит его… Она думала, что в этом состоит ее высокий долг тетки; и если бы кто-нибудь сказал ей, что она незаметно влюбляется в эту «паршивую овечку» и «темную лошадку», она расхохоталась бы тому человеку в лицо.
Так что в Зале Источников Эбби приветствовала его просто со спокойным дружелюбием. А когда он увлек ее подальше от окруживших ее знакомых, со свойственной ему бесцеремонностью предложив «пошляться тут вокруг», словно такие прогулки были их давно заведенным ежедневным ритуалом, Эбби охотно последовала за ним.
– Я тут получил от вашей сестрицы приглашение, – сказал Каверли. – Она выражает надежду, что я поужинаю в Сидни-Плейс с вами двумя в субботу, но меня не обманешь: на самом деле она надеется, что до субботы я сломаю себе ногу или слягу с желудочными коликами. Так как мне поступить – хворать или не хворать?
Эбби рассмеялась:
– Ну что вы, нет, конечно! Ее доверие к вам вынесет даже такое испытание, если я пойду с вами на спектакль, тем более я давно уже хотела посмотреть именно эту пьесу… Так что все в порядке. – Тут она лукаво стрельнула в него глазами. – Но было бы лучше, если бы у вас хватило здравого смысла объявить себя вдовцом – моя сестра испытывает к вдовцам особую нежность и доверие. Во всяком случае, она не видела ничего плохого в том, чтобы я пошла на скачки с генералом Эксфордом, потому что он вдовец. По ее мнению, одинокие джентльмены распространяют вокруг себя моральное разложение!
– Как, даже тот сладкоголосый индюк, который пытался делать вам такие пошлые комплименты?
– Если вы о мистере Дунстоне, – с некоторым сомнением отвечала Эбби, – то его Селина считает настолько порядочным джентльменом, что он просто по соображениям чести до сих пор не решился задеть своим предложением девичье сердце…
– Ага, так у него котелок не варит, чувствуется? Бедняжка. Он и на вид похож на кретина.
– Он, возможно, не слишком остроумен, но это лучше, чем быть голодранцем! – с намеком вставила Эбби.
– Эге! Это в чей же огород камешек – в мой или, быть может, моего племяша Стэси?
– Сказать прямо, в ваш! – призналась Эбби. – Я вовсе не считаю Стэси голодранцем, скорее горлодером! Если бы вы знали о его делишках, вам стало бы противно, мистер Каверли!
– Возможно. Однако Фанни о его делишках знает, но особого отвращения к Стэси в ней не чувствуется…
– Она слишком молода и раньше никогда не знакомилась с новыми мужчинами – ее окружали наши друзья, или родственники, или братья ее подруг. Она только сейчас стала появляться в свете, да и то чуть-чуть. Зимой сюда наезжают целые стаи визитеров из Лондона, но она ни с кем из них не знакомилась… Я уж за этим проследила!
