Читаем без скачивания Чего не хочет женщина - Андрей Дышев

– А это подпишите лично мне. Лично. Перламутровой Елизавете…

– А чьи это книги? – спросил Клим, проглатывая икру.

– Как чьи? – удивилась Перламутрова Елизавета. – Ваши, конечно.

Клим воткнул ложку в розочку с икрой и схватил самую верхнюю книжку. Это было что-то новенькое. «1001 поза от Клима Нелипова». Клим крутил книжку в руках и хлопал глазами. Потом полистал ее. Бесстыдные картинки с комментариями. Взглянул на тыльную сторону обложки. Вместо его портрета там была размещена большая фотография пегого коня, и лишь с большим трудом можно было различить вцепившегося в его круп, подобно клещу, ездока. Но лицо ездока было так смазано, что невозможно было сказать с уверенностью, Клим это или же Мартин Лютер Кинг.

– О-о-о… – протянул Клим, не в силах произнести что-нибудь более вразумительное, и потянулся за следующей книгой. Это было «Толкование снов от Клима Нелипова». Клим схватил третью книгу: «Атлетическая гимнастика от Клима Нелипова». От четвертой книги он едва не упал со стула. Битком набитый портретами незнакомых девушек и юношей том назывался «Полный каталог невест Клима Нелипова».

– Что же вы растерялись? – томно произнесла Перламутрова Елизавета, подсовывая для автографа «1001 позу».

– А вы можете мне их подарить? – с жаром воскликнул Клим, сгребая книги со стола. – Мне еще не выдали авторские… Я их сам первый раз вижу…

С этими словами он вскочил со стола и попятился к дверям.

– Клим! – капризно и обиженно произнесла Перламутрова Елизавета. – А как же ваш автограф?

Но Клим уже бегом спускался по лестнице, крепко прижимая книги к груди. «Это уже слишком! – лихорадочно думал он. – Какой-то негодяй шлепает книги под моим именем… Подлец! Он крадет мою славу, мой талант! Надо немедленно сообщить об этом Артаусову! Привлечь телевидение, прессу, устроить грандиозный показательный суд! Какой обман! Какая чудовищная ложь!»

Но дозвониться Артаусову ему снова не удалось, и директор не отвечал на его вызов. Только тогда Клим обратил внимание, что уже вечер и рабочий день в издательстве давно закончился. Ему ничего не оставалось, как поехать домой.

По обыкновению на лестничной площадке его дожидались корреспонденты.

– Как долго нам пришлось вас ждать! – посетовали они, и Клим подумал, что в последнее время журналисты начали наглеть и придется взять с них больше денег за интервью. Но журналисты оказались не только наглыми, но и какими-то странными. Молодая женщина в брючном костюме, едва зайдя в квартиру, принялась ходить по комнатам и рисовать пальцем на стенах какие-то замысловатые узоры.

– Здесь мы пробьем арку, – говорила она, – а вот этот вход закроем кирпичной кладкой, в результате получится большой зал, где вы сможете поставить свой рояль.

– А зачем мне рояль? – не понял Клим.

– Да я не к вам обращаюсь! – отмахнулась от него женщина и посмотрела на пожилую пару, которая, держась за руки, ходила за ней молча и бесшумно. – Так вас устроит?

– Устроит, – ответил седой, чуть сгорбившийся мужчина. – Но еще мне надо поставить здесь пальму и фикус.

– Здесь поместятся три фикуса! – убежденно произнесла женщина и покосилась на Клима: – А у вас, молодой человек, осталось полчаса… Что это вы так на меня смотрите?

– До чего осталось полчаса? – переспросил Клим, ощущая, как от странного предчувствия у него немеет язык.

– До вашего выселения. Вас разве не предупредили?

– О чем?

– Срок аренды этой квартиры истек. Договор вы не пролонгировали, и квартиру продали. Вот они, новые хозяева.

– Это безобразие! – сказал Клим. – Вы знаете, кто я такой?

Оказывается, женщина не знала писателя Клима Нелипова, потому как уже давно не читала ничего, кроме законодательных актов по недвижимости и риэлторской деятельности. Но тем не менее она согласилась оставить эту квартиру за Климом до утра, если тот заплатит неустойку в размере пятидесяти долларов. Клим похлопал себя по карманам, но нащупал только кредитную карточку. Опасаясь, как бы банкомат не закрылся на ночь, он поспешил на улицу. «Завтра я устрою выволочку Артаусову! – мстительно думал он. – Я ему такой нагоняй сделаю! Я заставлю его публично извиниться передо мной! И директора заставлю извиниться. Они будут хором извиняться! Присосались ко мне и думают, что можно безнаказанно пить мою кровушку!»

Банкомат, который прежде безотказно выдавал Климу деньги, на сей раз начал упрямиться и утверждать, что требуемая сумма не соответствует остатку. Клим проверил остаток. На нем оказалось всего десять рублей. Что-то подобное уже как-то было, и потому Клим не очень испугался. «Наверное, банкомат испорчен. Я хорошо помню, что еще вчера у меня было на счету то ли двести, то ли триста тысяч рублей».

Он решил поехать к другому банкомату и выгреб из карманов все деньги, которые у него остались. На такси не хватало, и Климу пришлось довольствоваться метро. В душном вагоне на него вдруг напал какой-то необъяснимый страх. Клим покрылся холодным потом, и за неимением платка он вытирал лицо рукавом. Предчувствие какого-то жуткого катаклизма давило ему на сердце. Он не пытался распознать признаков этой беды, он гнал прочь дурные мысли, но настроение с каждой минутой становилось все хуже и хуже.

У другого банкомата история повторилась. «Может, мошенники сняли деньги с моей кредитки? – попытался успокоить себя Клим, нервно шлепая кредиткой по ладони. – И за это я тоже устрою выволочку Артаусову!»

Он стоял посреди шумного города и не знал, что ему делать дальше. Вернуться домой и уговорить риэлторшу впустить его переночевать бесплатно? А если она ему откажет? А ведь наверняка откажет. По ее виду можно сказать, что стерва. Бесплатно пальцем не пошевелит… Клим хотел для верности еще раз позвонить Артаусову и директору, но едва он набрал номер, как голос электронного диспетчера сообщил ему, что его телефон заблокирован.

Климу стало совсем нехорошо. Он машинально сунул мобильник в карман и побрел по многолюдной улице навстречу людскому потоку. Его толкали, ругали вдогон, наступали на ноги, но никто его не узнал, не воскликнул с восторгом: «Да это же сам великий Клим Нелипов!» «Ну, я им завтра… ну, я им завтра…» – повторял в уме Клим, но уже без злости, а с какой-то вялой обреченностью. Он не заметил, как стемнело и улицы города наполнились переливчатым светом реклам, витрин и вывесок.

И вдруг его осенило. Он вспомнил место, где его наверняка примут, обласкают и накормят черной икрой. Конечно же, в книжном магазине, где сегодня днем он показывал себя читателям! Там, где он должен подписать очаровательной Перламутровой Елизавете «1001 позу»… Клим так обрадовался, что сошел на проезжую часть и до станции метро бежал наравне с автомобилями.

Когда он подошел к магазину, свет внутри уже не горел, а дверь была заперта изнутри металлической скобой. Клим принялся неистово дергать за дверь и стучать по ней кулаком. Это продолжалось до тех пор, пока за стеклянной дверью не выросла могучая фигура охранника.

– Открой! – приказал ему Клим. – Меня Перламутрова ждет!

– Проваливай, – односложно ответил охранник, поправил скобу и повернулся, чтобы уйти в глубь торгового зала.

Клим ударил по двери еще раз.

– Ты что, ополоумел?! – закричал он. – Не видишь, что я Клим Нелипов!

– Пошел в зад, ублюдок, – посоветовал охранник. – Не то милицию вызову.

«Обнаглел! – подумал Клим, обливаясь потом и отступая от двери. – Весь мир обнаглел! А я, дурак, старался, торопился на встречи, придумывал самые хорошие слова… Ну, теперь они у меня попляшут! Ух, как они у меня попляшут!»

Он и сам не знал, кто именно попляшет, и потому мысли о мести быстро вытеснило чувство голода. И еще Климу было холодно. Клим стал вспоминать адрес кафе, названного его именем. «Вот там меня точно примут по-царски, – мечтательно думал он. – Там меня накормят, напоят и в мою честь весь вечер тосты произносить будут!»

Кафе он нашел, когда у него уже отваливались ноги от усталости. Полюбовавшись яркими неоновыми завитушками, коими был исполнен его великий псевдоним, Клим вошел внутрь и сел за свободный столик у самой сцены. Скрипач, терзая скрипку, был слишком увлечен нотами, чтобы узнать дорогого гостя, а посетители жадно управлялись с блюдами и тоже не замечали его.

– Официант! – громко крикнул Клим и щелкнул пальцами. – Ко мне! Живо!

«А здесь славно», – думал он, откинувшись на спинку антикварного стула и любуясь книжками, которые висели на стенах в золоченых рамках, подобно музейным реликвиям. Тут и «Глиста в желе», и «Шило в заднице», и все семь томов «Харри Фоттера»…

На стол перед Климом легло меню. Официант хотел было уйти, чтобы не мешать клиенту дуреть от цен, но Клим схватил его за руку. Улыбаясь, спросил:

– Ну, скажи-ка мне, браток, как это кафе называется?

– «Клим Нелипов», – с достоинством ответил официант, не делая попытки высвободить руку.