Читаем без скачивания Место Снов - Эдуард Веркин

Перец пристально посмотрел на Ляжку. И Зимин тоже посмотрел на Ляжку с интересом – такой кровожадности он от Ляжки не ожидал.

– Вы чего? – спросил Ляжка. – Вы чего так смотрите?

– Интересная позиция, – ухмыльнулся Зимин. – Не думал, что ты такой Ваня Грозный…

– Пожрал бы ты каждый день макароны, не таким бы Ваней стал! – огрызнулся Ляжка. – Правильно этот тринадцатый задумал, я бы в его банду записался!

Перец ткнул Ляжку в шею.

– Как смеешь ты, жалкий холоп, иметь свое мнение в присутствии рыцаря, пускай даже временно находящегося в плену у неприятеля? Как только приедем в Светлозерье, отправлю тебя на конюшню! Отведаешь у меня шпицрутенов, отведаешь у меня кошек! У меня там есть один умелец, зовут Яша Автохтон, так он кнутом может орехи колоть.

Ляжка надулся и, гремя веригами, отправился к лачуге.

– Пагубный воздух свободы, – заметил Перец. – Что с людьми происходит, даже самые верные… А ты? Ты что по этому поводу думаешь, Доход? Воин Зла, Эмпайр Стейт Билдинг в руинах…

– Технически это сложнореализуемая задача, – сказал Зимин. – Требует большой подготовительной работы.

– Почему это?

– Тут все просто. Если бы я знал Тайну, способную уничтожить мир, я не стал бы звонить об этом направо и налево. На фиг кому нужен уничтоженный мир? Лучше его поработить. Лучше его завоевать. Для начала бы я начал шантажировать правительство…

– У всех разная стратегия, – сказал Перец. – Это раз. А во-вторых, не стоит забывать, что этот придурок псих. Ему не хочется завоевывать, ему хочется разрушать.

Зимин пожал плечами.

– Даже с его возможностями разрушить мир довольно трудно, – сказал он. – Ну, хорошо, он умеет оказываться в любом месте, где хочет. Это ценное качество. Но оно не убережет его от пуль, от вирусов и ядов.

– А если захватить ядерную базу?

– Бесполезно.

О том, что ядерные базы захватывать совершенно бесполезно, знал любой, кто хотя бы раз смотрел кино про то, как голодные русские военные торгуют списанными ядерными боеголовками.

– Базы захватывать бесполезно, – повторил Зимин. – Все боеголовки активизируются централизованно, ключ у Верховного главнокомандующего. Так что если ты даже захватишь – они не взорвутся. Захватывать базы с химическим оружием тоже бесполезно – сам отравишься, вот и все. Драконы, ребята на метлах с молниями – это все, конечно, здорово, но все они и минуты не выстоят даже против какого-нибудь вшивенького «Еврофайтера». Не говоря уже о «Су-27» [18]. Так что тут думать и думать…

– У тебя интересное мышление, – подмигнул Перец. – Из тебя бы получился отличный командующий легионом «Кондор».

– Я в военных стратегиях фронтом командовал, – похвастался Зимин. – Паулюс [19] у меня в плен не в январе, а еще в ноябре сдавался…

– Хорошее качество. А как же страшная Тайна? – прищурился Перец. – Если он возьмет да и расскажет Тайну? И все вокруг начнут вешаться, как на той базе?

– Ну, не знаю, – зевнул Зимин. – Не знаю, есть ли тайна, обнародование которой будет способно перевернуть цивилизацию. Мне кажется, всем давно плевать на все.

– Такая Тайна есть, – сказал Перец. – Наверное…

– Честно говоря, мне плевать, – сказал Зимин. – Густой зеленой слюной. Как всем. Я лично не буду вешаться.

Зимин вспомнил, как ему в девять лет приснился сон, что мир захватили динозавры. И вспомнил, что во сне ему это очень понравилось.

– Не буду вешаться. – Зимин отправился вслед за Ляжкой.

Он забрался в солому, оттолкнул к стене Ляжку и принялся спать, даже не подозревая, что следующий день будет последним днем его пребывания на болотах.

Глава 12

Последний день

Последний день начался худо. Зимин проснулся и почувствовал, что мир звенит. Мир звенел мерзко и противно, как залетевший в комнату комар. Зимин вспомнил, что так звенит мир перед землетрясениями, и немножко испугался, испугался, что сейчас его будет заваливать скалами. Но потом он вспомнил, что он лежит не в многоэтажном доме, а всего лишь в шалаше из веток засохшей карликовой акации, и бояться обрушения не стоит. Зимин успокоился, и свист сразу же стих.

И тогда Зимин вспомнил, что всю ночь ему снились коридоры и вода.

И анаконды.

Зимин почесался, сказал себе, что анаконды – это к удаче, коридоры и вода – это тоже к удаче. После чего, успокоенный, отправился к гигиенической луже.

За ночь лужа немного подмерзла по краям. Зимин разбил ладонями лед, достал тонкие пластинки и приложил ко лбу. Лед быстро растаял и стек по щекам, это было приятно.

Подошел Перец. Перец был раздет до пояса, он набирал пригоршнями ледяную воду и мылся, громко отфыркиваясь. Зимин искоса посматривал на него, вернее не на него, а на его плечо. Плечо Зимина не было перевязано. Зимин смотрел на это плечо, смотрел на рисунок.

Перец перехватил его взгляд, вытащил белую тряпку и перемотал свой бицепс. Зимин отвернулся.

– Здорово, – сказал Перец. – Мне сегодня особенно здорово. Как тебя зовут?

– Зимин, – ответил Зимин.

– Наверняка Зима? – Перец улыбнулся.

– Да.

– Отлично, – повторил Перец. – Отличнее не бывает. Эй, Ляжка, иди сюда!

– У меня горло болит, – ответил Ляжка и направился к своему колесу.

– Как люди быстро хамеют… – Перец подмигнул. – Горло надо слюной прополоскать…

Зимин был удивлен. Перец вел себя странно, очень странно и необычно. Зимин даже чуть испугался. Он хотел было спросить Перца, здоров ли он, но Перец вернулся в свое обычное настроение и стал рассказывать Зимину, что у него в замке в прекрасном проточном пруду водятся изумительные пиявки: приставишь парочку к вискам – и такое благорастворение…

Прилетели всадники, выдали полведра квашеных бычков, Перец, Зимин и Ляжка позавтракали бычками, хотя Зимина от бычков здорово тошнило. Он хотел даже отказаться, но Перец сказал, что позавтракать надо.

– Ибо бычки чрезвычайно питательны, – сказал Перец. – Один отшельник питался бычками и прожил на них двадцать с небольшим лет. И вообще, сегодня я ощущаю загадочные токи. Мне кажется, сегодня должно что-то произойти…

– Если не будете поспешать со своими отбросами, – крикнул охранник, – то произойдет лишь то, что в обед вы не получите даже этих самых бычков. Камни жрать будете.

Перец не стал спорить. Выплюнул обглоданную рыбью голову, схватил кувалду, схватил штырь и отправился к синеватой, изгрызенной штырями скале. Ляжка поплелся к колесу. Однако, судя по его виду, прежнего энтузиазма он не испытывал – бежать в колесе в веригах было довольно утомительно.

Зимин работал с гирей. Несмотря на отсутствие высококалорийного питания, он окреп еще больше, и ему уже не приходилось впрягаться в веревку всем телом. Иногда он подтягивал гирю даже просто руками. Зимин даже подумывал, не заняться ли ему гиревым спортом, хотя раньше никакой страсти к тяжелому железу не испытывал. Но заняться гиревым спортом ему не удалось.