— И в сюртуках с жилетами?
Пакс улыбнулся и кивнул, глухо стукнув по котелку.
— Некоторые притворялись мужчинами и женщинами, и мы танцевали. Однажды, помню, кто-то принёс настоящую книгу. Коллекционер, любитель классики. Чтобы её потрогать, нужно было надевать специальные белые перчатки. А владелец даже мог её прочитать. Я помню, как мы сидели и слушали. Изумительно было, просто невероятно.
— А не помнишь, как называлась книга?
— Никогда не забуду — «Вторая попытка» Даниэлы Стил[6]. В ваши дни писатели были настоящими мастерами слова. В какое романтичное время ты жил, столько у вас было приключений!
Эллис прикусил язык, догадываясь, что все свои знания о прошлом Пакс наверняка почерпнул из мюзиклов. «Небось, всё ждёт, когда же я запою и начну танцевать».
Пакс потрогал повязку.
— Не тереби, — сказал Эллис. — Пускай спокойно заживает.
— Так странно, что у меня теперь нет чипа. Я не могу даже доказать, кто я такой.
— Вам их при рождении вставляют? Вообще, «рождение» — правильный термин?
Пакс кивнул.
— В каком-то смысле, это он был мной, а не я сам.
— Сомневаюсь. А куда, кстати, я его выбросил?
— В космос, куда-то около Тритона, спутника Нептуна — если я не ошибся с орбитой, но вряд ли: я вызвал координаты планетария на спутнике. Портоколы сами обновляют списки координат.
— На Тритоне есть планетарий? Погоди… в космос? Портал можно открыть прямо в космос? А почему нас туда не засосало?
— Сейчас покажу. — Пакс поднялся с земли и, достав свой айпорт, ввёл координаты. Перед Эллисом в воздухе появился портал. С той стороны он увидел только воду. Она заполняла всё окно портала насыщенной бирюзой, и сквозь этот срез воды плавали рыбы.
— Это океан, около экватора, на глубине сорока футов. Как видишь, вода не выливается наружу, потому что, строго говоря, портал — это не просто отверстие. — Пакс ткнул пальцем в океан и вытащил обратно, уронив на землю несколько капель воды. — Вот так мы и выбрасываем мусор. Его, конечно, не много, и большую часть можно переработать в Дарителях, но остальное отправляют в ядро. Что было бы невозможно, не будь портал изолирован. Только откроешь его в ядро, и тут же сгоришь заживо, правильно? Раньше мы посылали мусор в космос, пока против этого не запротестовало ДПЗ.
— ДПЗ?
— Движение «Полой Земли». Одна из самых старых организаций. Это они всё начали.
Портал, видимо, открылся возле кораллового рифа: мимо проплыл небольшой косяк полосатых рыб-ангелов. Казалось, будто в воздухе повис огромный аквариум.
— Планета была в ужасном состоянии — хотя кому я говорю, ты и так знаешь, верно? Но стало ещё хуже. Люди загрязняли атмосферу, климат менялся, и в итоге природа взялась за уборку — начались штормы. Тогда говорили: «Мы отравили планету, и её стошнило». Вся поверхность была в шрамах: её совсем не берегли. Всюду дороги, всюду бетон. Поэтому слово «бетон» и стало ругательством. Так вот движение «Полой Земли» хотело восстановить поверхность и предлагало для этого переселить всех под землю. Сперва их никто не слушал, но потом они нашли серьёзную поддержку среди старых агрокомпаний, который искали работников для подземных ферм.
Устыдившись, Эллис поднял пустую банку из-под рагу и убрал в рюкзак.
— С этого всё и началось. Правда, ДПЗ стало чересчур фанатично — а может, и всегда таким было. Теперь они хотят, чтобы поверхность вообще не трогали. Некоторые даже против того, чтобы её посещали. Но какой в этом смысл? Я понимаю запрет на строительство дорог и домов, ведь они портят Землю: кому это надо? Хочешь побыть на природе — открой портал наверх. Хочешь вернуться внутрь — пожалуйста, вот тебе Полый мир. Но столько трудиться, чтобы восстановить поверхность, а теперь запрещать ею любоваться? Бред какой-то. Многие любят гулять наверху. Хорошо, что ДПЗ больше не может решать за других.
Пакс бросил в рот ещё одну конфетку, и вдруг мимо портала проплыла акула. Пакс тут же закрыл его, найдя портокол.
— Она могла к нам попасть? — спросил Эллис.
Пакс смущённо кивнул.
— Так а что мы теперь делать будем? — поинтересовался Элис
— Не знаю. Если честно, я бы не прочь тут остаться. В ядро ДПЗ, славно было бы пожить наверху, как в ваши времена. Нам бы только Дарителя и Динамо, чтобы он работал, и можно спрятаться в лесах: жить как первопроходцы, каждый день приключения…
— Сдаётся мне, у Даниеля Буна не было с собой Дарителя, и ты ещё наверняка передумаешь, когда наступит зима. И как же Вин?
— Вин? Они только рады будет наконец от меня избавиться.
Его признание удивило Эллиса и показалось невероятно знакомым. Он не ожидал встретить в будущем человека, с которым у него было бы так много общего. Тем более такого человека, как Пакс.
— Но ты прав, мы не можем здесь оставаться. Нужно выяснить, что происходит, только я даже не представляю как. Все, кто что-нибудь знали, уже мертвы.
— Не все. — Эллис призадумался. — У меня есть идея.
* * *
В доме стояла гробовая тишина. Гнетущая тишина, наступающая после окончания страшной истории. Эллис с Паксом вошли в дом Гео-24 через портал в той же комнате, что и в прошлый раз, но кроме них, как и следовало ожидать, в ней никого не было. Занавесь на дверях приглушала утреннее фальшсолнце, за которой китайский сад снаружи превратился в размытое пятно. На полу не было контура тела, место преступления не окружала жёлтая лента. После разговора с Паксом Эллис не удивился отсутствию таких формальностей. Что его поразило, так это безукоризненная чистота. На ковре и стенах не было ни пятнышка: смог бы, интересно, профессиональный детектив найти здесь какой-нибудь след или всю комнату просто выбросили через портал и соорудили новую?
— Кто здесь? — раздался знакомый баритон Гласa с британским акцентом.
— Абернати, это мы, Пакс-43246018 и Эллис Роджерс.
— Я не могу обнаружить ваш персональный микрочип, Пакс-43246018. Ваш, Эллис Роджерс, тоже.
— У Эллиса Роджерса его нет, а я свой вырезал.
— Как любопытно.
— Нас преследуют те же люди, которые убили Гео-24, и я бы хотел, чтобы нас никто не выследил. Надеюсь, ты никому о нас не сообщал?
— Кому бы я сообщил? И позвольте спросить, кто такой Гео-24?
Пакс, нахмурившись, глянул на Эллиса и прошептал:
— Похоже, стёрли не только кровь.
Эллис прислушивался к шипению и потрескиванию портала, который вёл обратно в Мичиган — путь отступления на случай, если что-то пойдёт не так. Эллис надеялся, что к Гласам относятся как к слугам в девятнадцатом веке, считая их обычными предметами мебели, и потому проглядят во время уборки. Увы, он оказался не прав.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
