Читаем без скачивания Как Запад проиграл Путину - Эдвард Лукас

Нужно как можно быстрее интегрироваться в систему Европейского Союза; посредством парламента утвердить и провести экономические реформы, которые и так уже давно откладывались.

В. Гаценко: Как считаете, каким образом можно остановить кровопролитие на востоке Украины?

Эдвард Лукас: Для прекращения кровопролития нужно и дальше давить на Россию. Именно Кремль начал эту заваруху в Украине, и именно он может ее остановить.

Путин напал на государство, которое меньше его страны, и я не считаю, что Украина может что-то с этим поделать. Только внешняя помощь и силы могут помочь Украине, поскольку пока она слаба и не может себя защитить от этой провокационной информационной и экономической пропаганды со стороны более сильного российского противника.

Каким будет следующий шаг Путина?

О возможных новых выпадах России

(из интервью Э. Лукаса для газеты Lithuania Tribune, 16 октября 2013 г.)

— Как вы считаете, военные учения НАТО Steadfast Jazz 2013 в странах Балтии являются лишь знаком политического символизма, или все же обладают реальной политической ценностью? Отражают ли они какой-либо приоритет безопасности Америки в странах Балтии?

— Военные учения Steadfast Jazz 2013 важны как символически, так и практически. А если говорить об особых планах, то есть о возможной обороне от России и осуществлении определенных планов, предстоит еще много работы с людьми, учениями в нескольких странах. Учения могут быть более масштабными, с другой стороны, это только начало.

Я считаю, что территориальная оборона — направление НАТО, приобретающее все большее значение. Например, миссия НАТО в Афганистане заканчивается, альянс не может этого избежать. Территориальная безопасность стран Балтии и других стран действительно важна, и в определенном смысле, является основой существования НАТО.

— Как с этим связана принятая шведским парламентом Декларация солидарности?

— Это важно, но этого недостаточно. Швеции надо вступить в НАТО. Сейчас надлежит выполнить много практических дел, например, усиливать сотрудничество на взморье, проводить совместные учения. Швеция могла бы стать виртуальным членом, не вступая в НАТО. Это было бы хорошо. Также я считаю, что Швеция должна выделять больше денег на оборону. То же можно сказать о Финляндии, так как эти две страны в каком-то смысле конкурируют, кто из них вероятный защитник региона.

— После прошедшей в августе встречи президентов стран Балтии с президентом США Бараком Обамой Даля Грибаускайте очень оптимистично оценила эту встречу и сказала, что США меняют политику в отношении стран Балтии. Ваш взгляд тоже оптимистичный?

— США не является одной организацией. Пентагон тоже показал внимание к странам Балтии — руководил впечатляющими военными действиями, когда Госдепартамент США направлял в регион слабых дипломатов или хороших дипломатов с другими интересами.

Я считаю, что тенденцией Госдепартамента было считать страны Балтии местом, направляемые в которое люди больше заинтересованы в России и правах человека, чем в сильных двусторонних отношениях.

Это меняется. Договор между США и Эстонией о кибернетической безопасности очень интересен. Мне кажется, это первый двусторонний договор о кибернетической безопасности, который США заключили с европейской страной после Британии. В политике Америки в отношении Европы я усматриваю заботу о союзниках, особенно северных и странах Балтии. Считаю, что сейчас США стремятся восстановить отношения с Европой.

— После последнего введенного Россией эмбарго на литовские молочные продукты и пропагандистской кампании в странах Балтии есть мнение, что такие действия только стимулируют литовское, эстонское и латвийское общество объединиться против России. Как вы считаете, действия России можно назвать серьезными, у них есть цель?

— Россия может попытаться оказать на страны экономическое давление, и так нанести ущерб. Если вы — крупный производитель молока, скорее всего, вы не считаете российский рынок более мелким, чем Эстония или страны программы Восточного партнерства. Россия принимает такие меры, так как они наносят ущерб, а она хочет показать, что может это сделать.

— Как вы считаете, почему Россия выбирает тактики, которые больше подходят для холодной войны, чем для XXI века, как, например, кибернетические выпады против Эстонии в 2007 году?

— Думаю, что кибернетические выпады против Эстонии — часть более масштабной войны. Я не исключаю, что Россия и в будущем может осуществлять кибернетические атаки в отношении других стран.

Что будет после захвата Украины?

Далеко на однообразных равнинных просторах Восточной Украины, весьма вероятно, вырисовываются очертания Третьей мировой войны. Подстегиваемые пропагандистской машиной Кремля и направляемые российской военной разведкой, вооруженные люди сооружают блокпосты, штурмуют милицейские участки и срывают государственный флаг. Они разрушают не только собственную страну — находящуюся на грани банкротства, плохо управляемую и осажденную — но и послевоенный порядок, который в течение десятилетий обеспечивал свободу и безопасность большей части Европы и нас здесь, в Британии.

Перед нами вскоре встанет суровый выбор. Мы сможем выбрать либо отказ от любой ответственности за защиту Украины и государств Балтии от дальнейшего российского вторжения. Либо мы сможем предпринять отчаянную попытку сдержать расширение имперских амбиций России.

Путин знает это. И он считает, что мы решим сдаться. Путин поставил перед руководством Украины нереалистичный выбор. Либо оно соглашается на расчленение своей страны, либо они ведут войну, которую не могут выиграть.

Однако самый большой куш российского президента находится за границей. Он не скрывает своей ненависти к Западу. Он считает, что мы на Западе слишком слабы, чтобы защитить себя, когда перед нами встанет угроза. Пока его мнение кажется обоснованным. Даже НАТО — оплот нашей безопасности с 1949 года — скрипит под напором украинского кризиса.

Наши лидеры тщетно надеются на то, что дипломатия заставит Путина отступить… Но такой подход демонстрирует полнейшее непонимание такого человека, как Путин. Он готов заставить свой народ терпеть экономические невзгоды или рисковать войной ради того, что, как он считает, входит в сферу национальных интересов.

Захватив Украину, он обратит свое внимание на государства Балтии. Используя общественные разногласия и агитацию, он усилит давление — экономическое или политическое — на одно или более из прибалтийских стран, пока оно не станет невыносимым.

НАТО и ЕС будут лишь призывать к диалогу и угрожать санкциями. Но ничего не произойдет. Это означает, что Балтия прогнется под давлением, и Путин заберет назад земли, которые, как он считает, по праву принадлежат России.

Это будет конец НАТО и начало пугающего нового мира, в котором международные правила ничего не значат и сильный доминирует над слабым.

На фоне приближающегося столетия Первой мировой войны в июле историки соперничают в том, чтобы точно выявить цепь событий, с которых начался конфликт. Я, возможно, неправ, но будут ли столетие спустя их потомки обращаться к событиям на Украине, чтобы разобраться, как начинался следующий мировой пожар?..

Польша и Россия: все зашло слишком далеко?

Критики и сторонники сходятся в одном: отношение Польши к России в последнее время изменилось. Остается вопрос: как?

Для кого-то эта перемена, в принципе, приравнивается к капитуляции, ее можно объяснить только наивностью или цинизмом, это почти предательство. Кремль, с точки зрения критиков, с Польшей делает все, что хочет; Польша вешается на крупные европейские страны (Россия, Франция и Германия), как подросток, который безумно хочет быть вместе со взрослыми. Короче говоря, Польша, с этой точки зрения, стала российско-немецкой территорией, где важны только деньги, а голос оппозиции подавляют, если не убивают.

Письма в таком духе я получаю практически каждый день. Как автор книги «Новая холодная война», видимо, я кажусь людям подходящим для того, чтобы публично говорить об этой опасной тенденции. И я бы делал это спокойно, если бы считал, что все так и есть на самом деле. Но с точки зрения человека, пишущего о 20 странах между Балтийским и Черным морями и проводящего время в Вашингтоне и Брюсселе, сегодняшний образ Польши ясен, и он совсем не мрачен.

Шахматная партия

Оценка польской внешней политики страдает из-за неспокойной политической атмосферы внутри страны. Партия «Право и справедливость» пытается дискредитировать правительство, утверждая, что оно враждебно и авторитарно, а правительство, в свою очередь, старается дискредитировать оппозицию, утверждая, что она потеряла разум. Того, кто наблюдает со стороны, все это может запутать и ввести в заблуждение. Польша за всю свою историю еще никогда не была безопаснее, богаче и уважаемее. Правительство сильное, стабильное и относительно популярное. Мне кажется, что разговоры об еще одном «саксонском периоде» сильно преувеличены.