— Думаю, мы с вами могли бы стать хорошими друзьями, леди Арон. Вам не следует избегать встречь со мной. На самом деле, я очень долго пытался узнать, кем была та леди с бала. Но, увы, моя самоуверенность была излишней. Только спустя два дня после того приема, мне закралась мысль о том, что это может быть "таинственная проклятая леди" из дома Бешфорд.
— И вы не боитесь?
— Хах. Я будущий король, леди Арон. Каким я стану монархом, если буду бояться женщины?
— Разумным?
— Ха ха ха. — добродушный мужской смех отразился от стен картинной галереи, разбивая её звенящую тишину. — Вы определенно мне по душе, миледи.
Калия задумалась над тем, смеялся ли когда нибудь так же свободно и Кайзер? Она не могла себе представить грозного супруга, таким же открытым, как принц Ян. Хотя принц тоже не договаривал всего до самого конца, он все же был более откровенен в своих эмоциях.
— Тогда, могу я задать вам вопрос?
— Какой?
— Что связывало моего отца с домом Арон?
Улыбчивое лицо принца сделалось кислым, затем он тяжело вздохнул и провел рукой по светлым волосам.
— Судя по всему, до вас тоже дошли кое какие слухи.
— Некоторое время назад, нас навещала миссис Дэрв, обронившая что-то на подобии "привязанности покойного герцога к вашему отцу", что это значило?
— Ах, эта болтушка миссис Дэрв, чего еще от нее ожидать. Ну что ж, раз вы об этом спросили, тогда полагаю я должен ответить честно. — мужчина поднялся с подоконника и размяв спину пошел к семейной картине, на которой был изображен предыдущий герцог Арон вместе с семьей.
Калия последовала за ним и устемила взгляд на великолепного мужчину, невероятного похожего на Кайзера, но с иным оттенком глаз. В отличии от сына, лицо этого мужчины было открытым и дружелюбным.
— Это Дерек Кинкейд, герцог Арон. Отец Кайзера. В свое время, в свете ходили, да и до сих пор ходят слухи, что он беззаветно был влюблен в вашего отца.
Калия непонимающе посмотрела на принца, словно тот был не в своем уме.
— Простите?
Мужчина понимающе кивнул.
— Да. Такое случается, леди Арон. Мужчины могут любить мужчин, а женщины женщин. В конце концов, любовь прекрасна во всех своих проявлениях, но эта "привязанность" герцога Арона, заставила вас пережить все, что вы сейчас переживаете. Не беспокойтесь. Руфус Бешфорд, ваш отец, не знал об этом. Хах… он единственный кто об этом даже не подозревал, считая Дерека Арона своим лучшим другом. Вскоре, Дереку пришлось жениться, спустя какое-то время ваш отец встретил вашу мать, однако герцог Арон не бросил затеи, хоть как-то породниться с вашим отцом. И все сложилось, ну…как сложилось. Я был еще совсем мальчишкой, когда впервые встретил вашего отца и знаете… — он посмотрел на Калию очень многозначительным взглядом. — Я полностью понимаю, почему герцог Арон был в него влюблен. Хм… ваш отец был невероятно красив и харизматичен, один его вид вызывал зависть у обоих полов. Увы, вы как непорочная дева, еще не знаете о том, что мир аристократии довольно развратен и жесток. С одной стороны, хорошо что вас держат в стороне от всей этой грязи. Такие люди как леди Калия, слишком нежны для нашего общества. Не вините покойного герцога Арона, любовь не подвластна силе разума. Он просто не был в силах побороть себя и свое сердце.
Девушка шокированная этой новостью, обперлась рукой об стену. В голове возник резонанс, затем она почувствовала разочарование? Весь мир закружился перед глазами давая трещину. Что все это значило? А вдруг её отец все знал? Знал и пользовался этим? Вдруг отец, которым она восхищалась, на самом деле не любил её мать, а просто делал вид, на самом деле, испытывая к герцогу Арону те же чувства?
— Калия. — твердо произнес принц, положив руку на ее плечо.
Она подняла на него глаза и посмотрела каким-то растерянным взглядом.
— Не придумывайте себе лишнего. Это дела давно минувших дней, которые уже не имеют значения. Вы тоже должны это понять.
***
Где-то к трем часам дня Кайзер сошел вниз, но лишь для того, чтобы направиться прямо в кабинет, где его ожидали трое мужчин, приехавшие посовещаться по поводу капиталовложений.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
После беседы с принцем, Калия вернулась в свою комнату. Крайне раздосадованная, она устроилась на кресле в гостиной, пытаясь сосредоточиться на какой-то книжке. Мысли каждый раз возвращались к мальчику с картины… Возможно, в погоне за её отцом, герцог Арон никогда не замечал или игнорировал сына, не давая нужного количества любви. Зная Вдовствующую герцогиню, Калия с точностью могла сказать, что она тоже не отличалась особой чувствительностью. Эти двое вырастили не ребенка, а непробиваемый кусок камня, все благодаря равнодушию.
К тому времени, когда Кайзер в конце концов появился в гостиной её комнаты, у Калии были настолько расстроены нервы, что она чуть не подпрыгнула, увидев его.
— Как прошел день? — скучным голосом поинтересовался он, остановившись перед ней и сунув руки в карманы обтягивающих черных брюк.
— Ох… как обычно. — после долгой неловкой паузы сказала она, совершенно забыв, о своих невеселых мыслях.
— Калия, — начал он, и она впервые заметила напряжение на его лице.
Он поколебался, как будто подыскивал нужные слова, а затем произнес:
— Я слышал, вы сегодня провели день в компании Наследного Принца?
— Ах… да.
— Сказал ли он что-то, чего не стоило говорить?
— Хм, нет. Мы просто немного побеседовали.
— Что ж, хорошо. — он прошел и сел на кресло возле потухшего камина, уставившись прямо на девушку. — Ты выглядишь расстроенной. Что-то случилось?
Калия удивилась внимательности герцога и попыталась сменить выражение лица, но получилось это плохо.
— Не берите в голову. В последнее время на меня что-то находит — то я чувствую себя прекрасно, то вдруг начинаю невыносимо тосковать и из-за этого чувствую себя отвратительно и…
— Это нормально. — сказал он настолько мягко, что она невольно почувствовала разливающееся в груди тепло.
Испытывая странное чувство успокоения от его присутствия и низкого мягкого голоса, Калия грустно усмехнулась.
— Я утопаю от жалости к самой себе… Никогда не думала, что могу быть такой ущербной.
Она вгляделась в его суровое, как бы изваянное из камня лицо. И хотя теплый свет свечи смягчал резкие черты, он все равно выглядел в высшей степени неуязвимым.
Калия отвела голову и спросила:
— А вы жалели себя?
Вопрос казался очень глупым, но он невозмутимо ответил:
— Нет.
— Никогда? — настаивала она.
— А это поможет стать сильнее? — ответил мужчина вопросом на вопрос и красивое лицо сделалось абсолютно бесстрастным.
— Безжалостное отношение к самому себе тоже не приведет к хорошему исходу. Золотая середина, вот что лучше всего.
Он сделал резкое движение, собираясь встать, но Калия неожиданно для себя наклонилась и положила руку ему на плечо, пытаясь удержать от этого порыва.
Кайзер покосил глаза на ее длинные пальцы, затем перевел их на милое лицо, словно задавая немой вопрос.
— Ваше Светлость, — начала она, стараясь по возможности продлить их спокойную беседу, — знаю, мы не очень хорошо ладим, но такие тихие беседы с вами, скрашивают мое скучное пребывание здесь, останьтесь — еще хоть на несколько минут.
Она выглядела такой уязвимой, такой юной и нежной, что он не мог удержаться от того, чтобы не проявить заботу. Или, может быть, на него так подействовала ее просьба? Или ее глаза, которые, казалось, вглядывались прямо в его душу? В ней, напрочь отсутствовало стремление к тому, чтобы подлизаться или чего-то добиться. Кайзер хмыкнул про себя, подумав, что такие глаза могут соблазнить и святого, если они посмотрят на него с любовью.
— Я не думал, что вы можете быть заинтересованы в моем присутствии. — опустившись обратно в кресло ответил он.
— Благодарю вас. — её милое лицо выразило такую нежную улыбку, что герцог невольно почувствовал, как что-то в груди защемило от восхищения к этой картине.
