— Знание, которым вы обладаете, связано с разногласиями? — сделал хитрый ход Наследник. Теперь все зависит от честности Терно.
— Нет, не связано, — Лисардо был готов подпрыгнуть от радости, услышав это, — одно из поручений Императора выполнено. Он должен был узнать об этом, — произнес Сюрв и выжидательно склонил голову.
— Необходимо только засвидетельствовать? — поинтересовался Лисардо. Расслабился. Они уже договорились. Без сомнения, иначе Терно не стал бы продолжать разговор, а он подсказывает, что надо сделать.
— Да. Мы поймали Стихийника, — вкусное и главное было оставлено напоследок. Терно не мог удержаться, ужасно хотелось огорошить Наследника. Он добился своего в полной мере — реакция Наследника превзошла все его ожидания: Лисардо окаменел с открытым ртом.
— Я не ослышался? Вы не шутите? — пришел в себя мужчина. Искреннее облегчение и радость отразились на его лице.
— Да. Рожденные и сотворенные могут спать спокойно. Ночь более не угрожает им, — теперь Сюрв торжествовал. Вечером он еще отпразднует победу по-своему. В узком кругу напьется до беспамятства. Можно. Его подчиненные смогли сделать то, что не получилось ни у кого. Следящие сотворенных искусают себе все локти от зависти. Наверняка уже прознали о добыче.
— Он здесь? В подвалах? — заметался по зале Наследник.
— Она, — добил Терно, — пройдемте, я все расскажу по дороге, — мужчина обходительно распахнул дверь перед Лисардо.
Он думал — радость за спокойствие существ, он полагал — нетерпение от любопытства, он считал, что поступает правильно. Зря. Сам предоставил Наследнику оружие, способное изменить судьбу мира. Терно еще пожалеет об этом. Ужаснется.
Подвалы. Место глубоко под землей. Пленные там долго не задерживаются, если уж попали. Восход, от силы два. Их никто не пытает. Не кормит тоже. О них вообще не заботятся. Коридоры освещены факелами вместо магических светильников. По-старинке. Мало ли какими магическими способностями обладают заключенные, нельзя давать им ни одной возможности для побега. Замена факелов прекрасный повод еще раз проверить состояние и наличие всех единиц пойманных на своих местах. Лучшие воины охраняют подземелье, не зная имен и не имея собственных. Разговаривать, покидать пределы резиденции запрещено. Нельзя. Месть и подкуп еще никто не отменял. Фактически, рабы своей должности, но все, что нужно человеку, они получают в двойном объеме и по первому требованию.
Звякнули ключи, открывая камеру. В ней нет ничего. Распятая фигура прикручена к полу скобами из металла, не подчиняющегося магии. Ни клочка одежды, способного прикрыть наготу. Волосы коротко обрезаны. Грудь слабо вздымается, обозначая наличие жизни в изможденном, опустошенном заклинаниями тельце. Вода раз в день — единственное послабление. Ровно столько, чтобы не дать умереть.
— Это она? Стихийник? — как, глядя на эту картину уверовать в жестокость, существа, в ее способность убивать.
— Не обманывайте себя, есть достоверные сведения, считанные из памяти араксов, захвативших ее. Они видели процесс и результат ее магии. Наблюдали, с каким наслаждением она убила шестерых мужчин. За считанные вдохи, — когда девушку только привели, Сюрв сам заколебался. Она больше походила на жертву, чем на преступника. Лисардо опустился на колено и повернул голову пленницы к себе. «Что я хочу увидеть? Душевный недуг? Телесные уродства? Их нет».
— Наследник, вы в полной мере выполнили свои обязанности, — прервал действия мужчины Сардо, — давайте оставим пленницу. Нам надо решить ее судьбу.
— Конечно, уважаемый, — легко согласился Первый, — я хотел бы ознакомиться с доказательствами, — необходимо быть до конца уверенным в своей избраннице. Убедиться, что действительно сможет сыграть свою роль, а не просто покупает свободу. Волнение. Похоже на помолвку с невестой. Тот же вопрос был задан и тот же ответ получен — «да».
— Все еще сомневаетесь? — Терно усмехнулся. — Хорошо, — замок лязгнул, отрезая Высоких от пленницы, оставшейся безучастной к визиту. Внешне. Внутри бушевал ураган.
Освободившись, стоя на мостике, облокотившись на перила, Лисардо думал о том, как вызволить пленницу, а еще об ошибке Терно. Первым приказом он введет правило обыскивать всех, кто входит в подвалы. Будь это сам сын Императора. Наследник усмехнулся и полюбовался на перстни-артефакты на своих руках. Один из них давал возможность читать и передавать мысли.
«За что, Создатель? Что ты хочешь получить в итоге? В кого я превращаюсь твоими стараниями?! Знай же! Я отрекаюсь от тебя! Слышишь? Не [59]! Отныне я буду жить по своим правилам! И если ради моей жизни надо убивать, я буду это делать! Слышишь?!»
Глава 12
Цена
Земли морфов.
Альвы. Существа, стоящие перед эльфами в Списке Творения, считающиеся их основой, скелетом, на который потом лег очередной замысел Создателя. Предшественники, а потому более грубые, угловатые. В них нет эльфийской утонченности, изворотливости. Они не имеют в своем распоряжении несколько десятков масок из искусно переплетенной лжи. Сила альвов в другом. Есть я и все остальные. И вот вы, остальные, даже не грязь под подошвами моих сапог. Вам нет названия, ибо вы никто. А раз никто, то какой смысл обращать на вас внимание?
Нет жалости, нет сочувствия. Альвы не умеют любить. Их язык не имеет ни письменного, ни устного обозначения перечисленных слов. Справедливость? Их трактовка слова великолепна в своей безыскусности — если у тебя есть цель, любые методы ее достижения оправданы. Заранее. Если победишь. Если мешают, кричат о твоей неправоте, неправедности — устрани, обойди, убей. Но есть правило. Всего одно. На первый взгляд незначительное, а скольким подставило подножку… Не перечесть.
Добился, достиг. На последнем издыхании вполз или с легкостью вбежал на вожделеемую вершину. Осторожно коснулся или сжал мертвой хваткой приз… Не оглядывайся за спину. Свою. Никогда. Может так статься, что вершина призрачна, а награда мелочна, и стоишь ты на плоскости, заваленной трупами. Врагов и соратников. Не разобрать в этой свалке. Помни, альв, всегда смотри вперед. В будущее.
Считается, что эта раса — безупречная машина для убийства. Отчасти, так и есть. Это они развязали самую опустошающую войну, выкосившую целые города. Все в их жизни должно быть безупречно, а остальные полны изъянов! Не отделить пороки от существа. Жаль? Нет! Со смертью существ исчезнут и темные пятна с лика мира. Они хотели вычистить весь мир и почти добились своей цели. Ни сплоченность выживших, ни великий герой или чье-то самопожертвование изменили ход истории. Альвы остановились сами. Кто оттенит их ослепительную идеальность, если, кроме них, больше никого не останется? Мда-а, неразрешимая проблема.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
