– …Сегодня утром у западных ворот Заккарии. Это ты подсунул Большого болотного слепня… то насекомое, от которого лошадь взбесилась.
На это заявление Игом лишь злорадно ухмыльнулся.
– Мне незачем что-то отвечать бездомному типу вроде тебя. В любом случае… я всего лишь выпустил безвредное для человека насекомое. Я не нарушил ни Имперский закон, ни Индекс Запретов.
Ученик стража сказал правду. Если бы Большой болотный слепень мог наносить вред людям напрямую… если бы он мог снижать Жизнь человека – тогда приносить его туда, где живут люди, было бы противозаконно. Но принести насекомое, ранящее только лошадей, вовсе не запрещалось.
Однако все не так просто. Даже маленький ребенок понимает, что Большой болотный слепень летает вокруг лошадей, чтобы их кусать… чтобы уменьшать Жизнь лошадей. Вполне очевидно для каждого, что лошадь при этом может взбеситься и поранить оказавшихся рядом людей.
Большинство Человеческих Объектов, осознав такую возможность, отказались бы от идеи выпустить Большого болотного слепня. Потому что в них крепко засел параграф Индекса Запретов «не уменьшать Жизнь другого человека». Однако этот юноша по имени Игом, даже зная, что это может навредить Кирито или Юджио… нет, именно потому что он хотел этого – он выпустил слепня. Для таких людей существовало оправдание «Я просто выпустил насекомое, безвредное для человека. Что будет дальше, я понятия не имею»; оно было сильнее, чем мысль о необходимости следовать Индексу Запретов.
…Дворянская кровь.
В этом юноше чувствовалась «темная сторона дворянства», о которой ходили слухи. Он был полной противоположностью обитателей фермы Вольде; он твердо верил, что «приемлемо все, что не нарушает правил».
– …Зачем?
На короткий вопрос Кирито Игом выплюнул:
– Ты мне не нравишься. Такое отребье, даже без Священного Долга, хочет бросить вызов мне? Мне, Игому Заккалайту-сама? Ты хочешь вступить в нашу стражу? Я тебе не позволю. Я решил раздавить тебя еще месяц назад, когда ты явился в город узнавать правила турнира.
– …Ясно, дворянчик, значит. Но знаешь, хоть у тебя и благородные предки, все равно ты подонок, раз делаешь такое. Прости, давай поторопимся и закончим все побыстрее?
Даже услышав, что его противник – кровный родственник правителя Заккарии, Кирито не выказал признаков страха. Он вложил побольше силы в руку с мечом, по-прежнему сцепленным с мечом противника; похоже, он намеревался заставить Игома потерять равновесие. Однако –
Игом вновь ухмыльнулся, и тут же раздался отчетливый треск. Кирито на мгновение застыл. Если приглядеться – в том месте, где два меча соприкасались, на клинке Кирито появилась маленькая, но явственная трещинка.
Почему лишь один меч разрушается, хотя они оба выданы участникам для турнира? Лихорадочно заглянув в «окна» обоих мечей, оно обнаружило нечто неожиданное.
Меч Кирито был объектом 10 класса, в то время как меч Игома – 15. Приглядевшись, можно было обнаружить, что и блестят клинки чуть по-разному.
– Кк!.. – выдохнул Кирито и отдернул меч. На этот раз уже Игом двинулся вперед. Дзяк, дзяк! Мечи соударялись раз за разом, но лишь у меча Кирито Жизнь потихоньку падала.
– Кстати говоря, это тоже не против правил, – прошипел Игом, глядя победителем. – По условиям турнира все участники должны пользоваться металлическими мечами, выданными судьями. Раз так… ничего такого, даже если среди обычных мечей окажется более острый и он достанется мне.
– …Значит, ты подкупил стража, который выдавал мечи.
– Ничего не знаю. Но сколько ты еще продержишься, бродяга? Можешь стараться сколько хочешь – твой меч только Жизнь теряет.
Говоря все это, Игом продолжал со всей силы размахивать мечом; но тут Кирито сделал нечто неожиданное.
Он не стал встречать очередную атаку противника, а пригнулся и проскочил у него под рукой. Меч Игома с громким «дынн!» врезался в мрамор. Отдача от удара заставила Игома замереть; воспользовавшись этим, Кирито отскочил.
Зрители, напряженно наблюдающие за ходом поединка, начали хлопать. Они никогда еще не видели, как во время схватки на мечах один из участников проскакивает под рукой другого. Не зная, о чем говорили эти двое, они обрушили на сцену лавину аплодисментов.
Оправившись от последствий удара, Игом развернулся к Кирито; лицо его было полно ярости.
Опасность. Наблюдатель почувствовал это интуитивно. Конечно, хоть Игом и дворянин, он все равно не может нарушить Индекс Запретов и ударить мечом Кирито – но в то же время, если Кирито поранится из-за какого-нибудь несчастного случая, это будет для Игома приемлемо. Просто невероятно, как он вообще может о таком думать.
Следующий ход Игома, однако, полностью опрокинул эту гипотезу.
Он поднял свой меч 15 класса, который до сих пор держал обеими руками, одной правой на уровень шеи – как будто хотел положить на плечо. Потом, словно ища что-то, он несколько секунд поправлял стойку. И вдруг меч окутался светло-синим сиянием.
– Секретный прием Заккалайта, «Удар синего ветра»!
Толпа вновь разразилась аплодисментами – включая даже восточный сектор. Рефери на сцене в замешательстве посмотрел на остальных судей, но те тоже были в растерянности. Как и намекает называние, «секретные приемы» – особые удары, имеющиеся в арсенале каждой школы меча; обычно эти удары не используют, но никаких ограничений в правилах нет, так что все зависит от самих участников. Раз Игом так решил, запретить ему никто не сможет.
Проблема, однако, в том, что по мощи «секретные приемы» несравнимы с обычными, а когда мечник начинает такой прием, то уже не может остановиться на полпути. Его тело движется само собой – не волей хозяина, а сверхъестественной силой, подобной Священному искусству. Короче говоря – если Кирито не удастся защититься, он не только проиграет, но и получит серьезную рану. Игом это прекрасно понимал, но тем не менее решил прибегнуть к секретному приему. Скорее всего, он считал, что, даже если прольется кровь, это будет всецело вина противника, который не сумел защититься.
Однако возможность остановить Игома еще была.
Кирито надо всего лишь опустить меч и полностью открыться. Когда он это сделает, решимость Игома испарится – ведь использование секретного приема в такой ситуации будет уже прямым нарушением Индекса Запретов. Какая бы дворянская кровь ни текла в его жилах, он не сможет пересилить Индекс Запретов и Церковь Аксиомы. Это – абсолютное ограничение, въевшееся в сознание любого Человеческого Объекта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
