лордам во время прогулок по парку. Но те поцелуи не шли ни в какое сравнение с этим. Они были мокрыми, осторожными и не особенно приятными. И я точно не ощущала и сотой части того, что чувствовала сейчас.
Уверена, это какая-то особая магия, не иначе. Ведь ничто иное не смогло бы заставить меня наслаждаться поцелуями такого ужасного человека, как Коготь.
Я так увлеклась этим безумно приятным занятием, что почти выпала из реальности. Не просто делала вид, что отвечаю Когтю, а целовала его сама. И с каждым мгновением мне хотелось большего: больше касаний, ласк, объятий. Потому, когда мужчина вдруг отстранился, я испытала самое настоящее разочарование. Даже сама потянулась к его губам, и он ответил… но почти сразу остановился.
— Вот это вы даёте! — рассмеялся Глыба и добавил тише: — Мирт отправился к девкам, явно понял, что тут ему ничего не светит. Уверен, кэп, больше никто не сомневается, это эта красотка твоя.
Я пока с трудом соображала. Поцелуй пирата подействовал на сознание куда сильнее магии Вильямса. На губах всё ещё ощущалась странная щекотка, хотелось продолжить начатое. Снова ощутить столь яркие эмоции. Но вместо того, чтобы вернуться к прерванному занятию, Коготь вдруг поставил меня на ноги, встал сам и, приобняв за талию, повёл к выходу.
Я шла, даже не думая сопротивляться. В теле была странная лёгкость, сознание до сих пор пребывало в сладком тумане, а важным казалось только ощущение тёплой сильной руки на моей талии. Куртка Глыбы куда-то пропала. Возможно, сползла с плеч, когда я сидела на коленях у пирата. Но сейчас меня даже собственный непотребный внешний вид почти не волновал.
Оказавшись на улице, мы спустились по ступенькам и направились вниз по узкой улице, больше похожей на широкую тропинку. Ступать босыми ногами по холодной земле было неприятно, но я терпела, прекрасно понимая, что ни в моём положении привередничать. А когда заведение окончательно скрылось из виду, оба пирата остановились.
— Я буду на «Рассвете», — сказал Глыба.
— Постараюсь не задерживаться, — ответил ему капитан.
Здоровяк кивнул, коснулся браслета-артефакта на левой руке и пропал. Несколько долгих секунд я пялилась на место, где только что стоял Глыба, и только теперь в полной мере осознала, что нахожусь непонятно где, в одной ночной сорочке, да ещё и в обществе Когтя, с которым совсем недавно самозабвенно целовалась. А если он расценил это, как моё согласие на всё? Вдруг прямо сейчас затащит меня в первую же подворотню?
Эта безумная ночь вообще закончится?
Глава 13. Через забор
— Примешь приглашение в гости? — с хитрой усмешкой поинтересовался у меня пират.
После этих слов я вся подобралась. Возникло непреодолимое желание высвободиться из его объятий, отойти. Он даже позволил мне попытаться, но почти сразу пресёк эту попытку.
— А если не приму? — спросила, повернувшись к мужчине.
Вокруг было темно, света луны не хватало, чтобы рассмотреть выражение его глаз, но я видела, что Коготь улыбается.
— Тогда я сильно огорчусь, — сказал он.
— А может, вы просто отправите меня в академию? — спросила, без особой надежды, но не попытаться не могла.
— Хорошо, — неожиданно согласился пират, изрядно меня удивив.
Я просто не поверила собственным ушам. Ведь была уверена, что теперь он меня точно не отпустит. Может, Коготь так изощрённо пошутил?
— Но у меня будет два… Хотя нет, три условия, — с задумчивым видом сообщил он. — Согласишься, и прямо сейчас отправишься в свою академию.
— Какие условия? — ради того, чтобы как можно скорее избавиться от его общества я была готова почти на всё.
Он всё же убрал руку с моей талии, и я сразу сделала два шага назад. Вот только почувствовала себя не свободной, а почему-то брошенной и одинокой. И сразу стало гораздо холоднее, а ветер, до этого казавшийся лёгким и свежим, теперь стал ощущаться ледяным и промозглым.
Видя, как я съёжилась от холода, Коготь обречённо вздохнул и снял с себя пиджак. Хотя, может, это был и не пиджак, а куртка, просто выглядел сей предмет одежды крайне непонятно. Я бы назвала его камзолом, на котором вместо украшений карманы. Вот их у этой вещицы было немало.
— Надевай, — бросил пират и, встав за моей спиной, накинул свою собственность мне на плечи.
Когда я просунула руки в рукава, Коготь застегнул на мне все пуговицы, поднял воротник, а потом вдруг принялся сноровисто освобождать карманы этого одеяния, при этом касаясь и меня. Я наблюдала за его действиями растерянно и просто не понимала, как реагировать на происходящее. С одной стороны, он отдал мне свою вещь, оставшись в одной тонкой чёрной рубашке, то есть, поступил благородно. Но пока пират доставал свои вещи из своей же куртки, я ощущала его прикосновения и на груди, и на бёдрах, и даже на попе. Но предъявить претензии не могла, потому что все эти касания казались будто бы случайными, а выражение лица Когтя оставалось при этом серьёзным и сосредоточенным.
Я была настолько растеряна, что даже не поняла, что именно пират доставал из карманов? Деньги? Запрещённые вещества? Артефакты?
— Итак, мои условия, — проговорил он, снова поправив на мне воротник. — Первое: ты становишься моей должницей. И когда я решу к тебе обратиться, покорно выполнишь всё, что бы я ни сказал.
— Нет, — без сомнения ответила я. — А вдруг вы предложите нарушить закон?
— Ладно, — вздохнул Коготь. — Тогда должницей, но в рамках закона. Согласна?
— Да, — поспешила кивнуть.
Но по улыбке пирата поняла, что ещё обязательно пожалею о своих словах ‒ слишком уж она оказалась довольной.
— Второе, — продолжил он, — ты никому не сообщишь, что была на этом острове и кого видела в таверне. О нашей встрече тоже будешь молчать. Скажешь, что неведомым образом перенеслась сразу к воротам академии. Понятно?
— Клянусь, — решительно заявила я
И попыталась подтвердить слова магией, но плетения не получилось. Тогда-то и пришло понимание, что моя магия до сих пор заблокирована. Вместо объяснений, я просто красноречиво посмотрела на свою ногу, на которой серел злополучный блокиратор. Коготь всё понял без слов.
— Ясно теперь, почему ты такая покладистая и покорная, — с улыбкой проговорил он.
Но заметив, что обуви на мне нет, улыбаться перестал. Сделал несколько пассов пальцами, и мои ступни окружило тепло — будто на них надели два невидимых тапочка с подогревом. Вот уж не ожидала от пирата такой заботы.
—
