осмысление пришлось потратить несколько лет.
1512 год, Гоа
Эта таверна появилась в Гоа за год до прибытия на Малабарский берег кораблей Вашку да Гамы. Открыл ее некий испанский еврей. В год, когда их католические величества. Фердинанд и Изабелла, король и королева Кастилии, Леона и Арагона завершили Реконкисту, изгнав мавров из Испании, начались гонения и на евреев. Многие из них навсегда покинули родину и отправились на восток. Некоторых, подобно хозяину таверны «Палос» занесло аж за тридевять земель, в Индию.
Португальцы довольно долго боролись за Гоа, захватывали город, теряли, и покоряли вновь. Сейчас здесь располагалась столица колонии.
К хозяину таверны христиане относились неплохо, несмотря на то, что он был евреем, да еще и испанским евреем. Нет, веротерпимость тут не ночевала, дело было в другом — просто, когда кругом мечети и индуистские храмы с многорукими клыкастыми изваяниями слуг Дьявола, любая мелочь, напоминающая о доме, слишком мила сердцу, чтобы ей пренебрегать. А «Палос» выглядел, как островок христианского мира в море язычников. Хозяин — еврей? Да наплевать. Это не помешало заведению стать довольно популярным среди португальцев.
В тот день, незадолго до отплытия, Фернан зашел в таверну вместе с приятелем, Дуарте Барбозой.
Барбоза жил в Индии уже одиннадцать лет, выучил местный язык, собрал множество сведений об истории и нравах Малабарского берега. Писал об этом книгу. Он состоял переводчиком в свите вице-короля.
— Сегодня многолюдно, прибыл очередной отряд с родины, — сказал Дуарте.
— Я знаю, — ответил Фернан.
— Хочу тебя познакомить кое с кем. Тут у нас сегодня выдающаяся личность.
«Выдающейся личностью» оказался Перу ди Аленкер, главный навигатор первой экспедиции Вашку да Гамы, участник плаваний Бартоломеу Диаша, «лучший гвинейский лоцман», как говорили о нем в Лиссабоне.
Послушать рассказы опытнейшего морского волка набилось много народу. Моряки и солдаты жадно впитывали новости с родины, которую многие не видели уже четыре-пять лет. Постепенно разговор коснулся событий еще более ранних.
— Перу, правду говорят, будто Кабрал нашел какой-то остров на западе, где живут краснокожие люди?
— Правду, — ответил ди Аленкер, отпив вина.
— Это ведь ты подобрал на острове Святой Елены Альбигу Сумасшедшего?
— Расскажешь об этом, Перу?
— Чего тут рассказывать? Это почти десять лет назад было.
— Да столько небылиц вокруг плетут, а ты Сумасшедшего своими глазами видел.
— Во-во, может при дворе эту историю давно обсосали, переварили, да в нужник справили, а нам-то рассказать забыли.
— Правда, что Кабрал нашел город золота, с каналами, как в Венеции?
— Вранье, — сплюнул на пол ди Аленкер, — нет там никакого золота. Вообще там ничего нет, Да, остров. Может и большой, Кабрал не проверял. Джунгли, как в Африке. Люди живут. Красные. Вроде бы. Я сам-то не видел, но и те, кого Кабрал посылал в Лиссабон, это подтвердили, как и Альбигу Сумасшедший. Совсем дикие. Негры хоть срам прикрывают, а эти совсем голыми ходят. Железа не знают, дома строят на сваях. Да какие дома — хижины. Я же говорю, негры богаче живут. Вот вам и Венеция. Нету там ничего полезного.
— А верно, что Кабрал там двоих наших оставил?
— Говорил что-то такое Альбигу, — кивнул ди Аленкер.
— Так что, выходит, бросили их там?
— Да кому до них есть дело? Это же колодники, бунтовщики. Чай выжили, если Господь смилостивился. А нет, так нет.
После триумфального возвращения из Индии Вашку да Гамы, Мануэл Счастливый немедленно приступил к подготовке второй экспедиции. Король довольно ревниво относился к славе своих подданных, потому не стал ставить во главе новой эскадры да Гаму, столь блестящее справившегося с порученным ему предприятием.
Новым командующим был назначен Педру Алвариш Кабрал. Под его начало было отдано уже не пять, как да Гаме, а тринадцать судов. Одним из них командовал опальный, но от этого не менее знаменитый открыватель мыса Доброй Надежды капитан Бартоломеу Диаш. Экспедиция имела внушительное пушечное вооружение, везла восемь монахов-францисканцев, для обращения язычников в Христову веру. Кабралу были даны письма к султанам и заморинам, содержавшие дружеские предложения вперемешку с плохо скрытыми угрозами.
На тринадцатый день пути эскадра достигла островов Зеленого мыса, где уже давно располагался португальский гарнизон. Здесь Кабрал устроил совет, на котором решалось, каким курсом пойти дальше. Дело в том, что путь да Гаме преградили сильные шторма, и ему пришлось уйти значительно мористее. Так, что берега Африки совсем скрылись из виду. Зато он обогнул ее южную оконечность совершенно безопасно. Кабрал намеревался поступить так же. На совете было решено взять еще сильнее к западу.
Двадцать второго апреля тысяча пятисотого года матросы увидели на горизонте большую гору. Показался берег, покрытый буйной зеленью. Кабрал подошел к острову и нарек его землей Вера-Круш.
Португальцы встретили здесь совершенно голых людей, кожа которых была темна и имела чуть красноватый оттенок. Моряков поразил их обычай прорезать уши, нос и губы и вставлять в них деревянные палочки, за что дикарей прозвали ботокудами, «затычками».
Здесь не обнаружилось даже намека ни на золото, ни на пряности, которые интересовали Кабрала. Дикари жили в страшной нищете. Тем не менее, Педру Алвариш отправил одну из каравелл обратно в Лиссабон. Капитан Гаспар ди Лемуш повез доклад об открытии, состоявший аж из двадцати семи страниц. После чего экспедиция отправилась в дальнейший путь.
И больше о ней никто ничего не слышал.
Прождав два года, король Мануэл снарядил еще одну экспедицию, гораздо более скромную по масштабам. Ее возглавил Жуан да Нова. Он благополучно добрался до Индии, во многом благодаря тому, что главным навигатором при нем состоял Перу ди Аленкер, которого не пустили в плавание с Кабралом. Португальцы загрузились пряностями и двинулись в обратный путь. В кровавые авантюры, которыми «прославил» свое имя да Гама, Жуан да Нова пускаться не стал.
В Мозамбике португальцы совершенно случайно узнали, что полтора года назад здесь видели корабль из Европы. Местные рассказали, что корабль был сильно потрепан и его команду перебили арабы. Да Нова вынужденно задержался для расследования. По ряду косвенных признаков удалось установить, что это был корабль экспедиции Кабрала. Им командовал Диогу Диаш, брат Бартоломеу.
Обогнув Африку, да Нова отклонился к западу и двадцать первого мая, в день Святой Елены, моряки увидели землю. Это был небольшой остров. Португальцы высадились на берег и довольно скоро наткнулись на следы человеческой деятельности. Причем, не дикарской. Через пару дней к ним вышел оборванный изможденный всклокоченный человек. Он протягивал к ним руки и что-то неразборчиво лепетал. С удивлением моряки узнали в нем соотечественника.
Этот человек назвался именем Альбигу, он был единственным уцелевшим матросом
