Камиллой. Не волнуйся, — невольно поджал губы, подумав о предстоящем разговоре.
— Она хорошая девушка. Подумай об этом.
Мама, как обычно, в своём репертуаре. Находясь в таком возрасте, когда свои дети давно выросли, она до безумия хотела понянчить внуков.
Мой старший брат Брайн, был счастливо женат на своей коллеге почти четыре года, но всё ещё не спешил обрадовать родительницу приятными новостями. Их с женой детищем вот уже несколько лет являлся архитекторский проект сети торгово-развлекательных центров, который они успешно реализовывали в обоих Мирах.
Поэтому мама решила сделать ставку на меня, надеясь, что уж от более мягкого младшенького она добьётся желанных внуков быстрее, чем от сурового старшего сына.
— Мама, я разберусь сам! — чётко выговорил, стараясь не сорваться.
— Пойду, распоряжусь насчёт ужина, — она правильно считала моё настроение и не стала спорить.
Убедившись, что мама плотно прикрыла за собой дверь, я повернулся, прошёл к столу и сел в кресло напротив отца.
— Мама в некоторой степени права, — выдал он, задумчиво меня разглядывая. — Ты действительно мог бы позвонить и сообщить, что у тебя происходит. Мы волновались!
Я невольно поморщился. Родителей я любил, но иногда их опека переходила всяческие границы.
— Это не телефонный разговор, пап.
— В таком случае, я слушаю тебя сейчас, сын, — отец откинулся на спинку кресла и сложил руки на животе.
Я повторил его жест и рассказал всё, что нам с Мараном на сегодняшний день удалось выяснить. Рубикон был перейдён.
Отец молча слушал меня, а, когда я замолчал, с минуту ещё сидел неподвижно, устремив взгляд куда-то в сторону. Я не торопил его, информация действительно требовала времени на осмысление.
— Значит, истинные пары на самом деле существуют, — наконец нарушил он тишину.
— Существуют, — эхом повторил за ним.
— И теперь Маран будет вводить тебе кровь девушки примерно каждые две недели? — снова произнёс отец.
— Именно так, — я кивнул и снял с шеи медальон, в котором заключался портал экстренного переноса. — Можешь попросить, чтобы настроили на лабораторию Марана?
Я протянул медальон отцу.
— С этим, думаю, проблем не будет, — убирая украшение в карман, кивнул он. — Завтра позвоню Са́ндру.
Давний друг отца, господин Сандр Данк, работал в Департаменте иномирных отношений, и мог помочь организовать быструю перенастройку портала. Вообще, сфера его обязанностей была довольно широка, но и сам господин Данк был не последним человеком в Департаменте.
— Ещё мне нужна новая мультивиза. Я решу несколько дел в нашем Мире и вернусь на Ту Сторону, — продолжил я, проследив за действиями отца.
— У тебя остались там какие-то дела? — отец сделал упор на последнее слово, и его левая бровь медленно поползла вверх.
— Там осталась девушка, к которой произошла привязка моего зверя.
— Ты же сказал, что Маран решил проблему, и девушка будет обеспечивать тебя нужным количеством крови, чтобы твой волк оставался спокоен, — непонимающе уставился на меня отец.
— Дело не в крови. Дело в самой девушке.
Отец подался вперёд и обеспокоенно всмотрелся в моё лицо:
— На тебя всё ещё действует привязка?
— Нет, — я отрицательно покачал головой, — не действует.
— Что тогда?
— Мне просто нравится Марика.
Плечи отца распрямились, взгляд стал острым и, уперев руки в подлокотники кресла, он зарычал:
— Анадар, ты же понимаешь, что в нашем Мире не приемлема метисация, а уж связи с людьми так и вовсе находятся за гранью дозволенного! А с этой истинностью нам ещё предстоит разобраться. Но, думаю, будет лучше, если ты не станешь морочить голову этой девушке, как её там зовут?
Отец редко повышал на меня голос, но, будучи его сыном, я имел схожий с ним характер, поэтому наклонился вперёд и рыкнул в ответ:
— Марика! Её зовут Марика. И дело не в том, что она моя истинная — дело лично во мне! В моём, а не волка, отношении к ней.
— Значит, тебя беспокоит не её кровь, — отец продолжал гневно сводить брови, — и не то, что она является твоей парой?
— Нет, отец. Прости, но меня беспокоит она сама. А вся эта истинность сейчас не имеет никакого значения, — я подавил гнев и, откинувшись на спинку кресла, продолжил более спокойно. — Пойми, пап, даже если бы она была обыкновенной девушкой, после того, как я узнал её лучше, понял, что она мне не безразлична. Не списывай всё на зов крови — мой волк сейчас спит, а я всё равно хочу быть рядом с ней.
Отец тяжело вздохнул и продолжил меня убеждать:
— Если ваша связь зайдёт слишком далеко, не кажется ли тебе, что будет не честно по отношению к девушке, что ты потом не сможешь предложить ей большего?
— Почему? — я удивлённо вскинул брови.
— Оборотов и так слишком мало, чтобы рисковать их будущим.
— А как же трое детей Саманты Илье и Антуана Петерса?
Отец махнул рукой, призывая меня не говорить глупости:
— Эта история ещё вилами по воде писана. Неизвестно, от кого у неё дети. А даже если предположить, что Маран действительно найдёт под Маасом этого дипломата, то не факт, что их дети не родились людьми.
— Он ещё ни разу не ошибся, — с жаром возразил я.
— Нет, сын, пока я не увижу результат подобной связи, я не приму твои отношения с этой девушкой.
— Я предполагал, что ты меня не поймешь, отец.
Резко навалившаяся усталость давила на виски, и я невольно потёр их. Упрямство отца меня угнетало, а мне просто жизненно необходима была его помощь и поддержка.
— Сын, ты уже в таком возрасте, когда давно пора жениться. Я даже не буду возражать против Камиллы, хотя и считаю её не самой достойной парой для такого, как ты.
Только этого мне сейчас не хватало! Поняв, что проблем со зверем больше быть не должно, отец опять завёл свою любимую шарманку. Во мне начинала закипать злость.
— Я никогда не рассматривал Камиллу в качестве своей невесты, и этого ни от вас, ни от неё не скрывал! — отчеканил, сжимая кулаки и пристально глядя в глаза своему упрямому собеседнику. — Ты поможешь с мультивизой? Если нет, то я обращусь в Департамент сам.
Отец не сводил с меня глаз. Он прекрасно знал, что я такой же упёртый, как и он. Недаром мама уже давно с нами не спорила, предпочитая поступать так, как считала нужным.
«Лучше уж я по факту выслушаю все ваши крики и обвинения, чем буду долго и без толку уговаривать таких упрямых ослов, как вы!» — часто гова́ривала она, пытаясь объяснить, почему что-то сделала, не предупредив нас.
— Хорошо, сын, я тебе помогу, хоть и считаю,
