Читаем без скачивания Разрушенный - Мари Мур

Его рука обхватывает мою грудь и сжимает сосок через блузку, пока вторая рука опускается и проводит по бедру, задирая на мне юбку.

– Боже, как я хочу быть в тебе, – голос Найла не громче шепота.

Кончиками пальцев он прикасается к внутренней стороне бедра и проводит между ног, чувствуя, какая я мокрая. В следующее мгновение Найл сдергивает трусики, и тонкая ткань скользит по бедрам, коленям, а дальше Найл опускается, избавляя меня от белья.

Прохладный воздух касается моей чувствительной кожи. Я глубоко и часто душу, наблюдая, как Найл вынимает из заднего кармана брюк бумажник. Он достает оттуда презерватив, и я решаю не терять времени.

Я расстегиваю пряжку ремня, справляюсь с молнией и проскальзываю рукой в боксеры. Мои пальцы обхватывают его твердый член.

– Господи, Рене, – Найл сдавленно стонет. – Что ты со мной делаешь?

Я крепче обхватываю его, провожу от основания к головке, отчего крепкое тело Найла дергается рядом со мной. Он быстро надевает презерватив, просовывает руки под мои ягодицы и одним движением поднимает меня в воздухе. Я обнимаю ногами его талию, когда он вжимает меня в балку.

Твердая поверхность дерева давит на мою спину, но я не могу думать ни о чем другом, кроме того, чтобы Найл вошел в меня.

– Пожалуйста, Найл, – шепчу я.

Возьми меня… Сделай своей… Сделай так, чтобы в мою голову больше не смог забраться никто, кроме тебя. Я знаю, у тебя все получится.

Головка его члена прижимается ко мне между ног. Я задерживаю дыхание и замираю. Но только на одно ничтожное мгновение. Чтобы подготовиться к тому, что сейчас произойдет.

– Скажешь, если тебе будет больно, хорошо? – спрашивает Найл.

Я киваю, и одним толчком он полностью наполняет меня. Я с силой впиваюсь пальцами в его плечи. У меня перед глазами все плывет, но я их не закрываю. Я разделю этот момент с Найлом. Я никому не позволю его у нас отобрать. 

По-прежнему оставаясь во мне, Найл шумно втягивает воздух. Его тело застывает, мышцы становится каменными. На миг он закрывает глаза, а затем открывает, встретившись со мной взглядом.

Его лицо искажает сладкая мука. Словно ему невыносимо быть во мне и в то же время он не может без этого жить.

– Рене, – выдыхает Найл, овевая своим дыханием кожу. – Ты великолепна.

В этот момент почему-то мне хочется услышать неправильные грязные слова. Что именно я и моя киска делают его член чертовски твердым.

Я тут же зажмуриваюсь, стремясь избавиться от этих мыслей. Нет, это не я. Я не могу быть такой. Я не испорченная.

– Найл, – умоляюще шепчу я. – Не останавливайся.

Найл покачивает бедрами и снова входит в меня. Он сжимает сильнее мои ягодицы и погружается так глубоко, что я прикусываю губу, чтобы подавить крик. Но мне нужно еще.

Хочу чувствовать только его, когда проснусь завтра. Через месяц. Через год. Всегда. Чтобы не оставалось ни одной моей свободной частички для кого-то еще.

Я крепче обнимаю ногами его талию и прижимаю, как можно ближе к себе. Найл накрывает мой рот и запускает руку в мои волосы. Он оттягивает пряди и утыкается лицом в изгиб шеи. Он ласкает мою вспотевшую кожу языком и губами, покусывает ее, пока входит в меня снова и снова.

Я проскальзываю пальцами между влажными прядями Найла. Мой взгляд устремляется за его плечи, и через окно я вижу темную поверхность воды. Ночное небо, на котором облака прячут луну и звезды.

И без всякого предупреждение передо мной возникает воспоминание.

В ночь, когда я отдавала себя Кэшу, небо было усыпано звездами.

«Ты всегда моя, принцесса»

Нет. Ты никогда не получишь меня обратно.

Я не твоя. 

Не твоя. 

Не твоя… 

Я повторяю это мысленно с каждым толчком Найла.

– Скажи, что я твоя, – требую я.

– Рене, ты моя.

Найл громко стонет, его звуки распространяются по всему лодочному домику, когда каждый его толчок становится сильнее, чем предыдущий. Я стону вместе с ним, запрокидываю голову и закрываю глаза.

Пусть он владеет мной. Пусть проникает в меня так глубоко, чтобы я ощущала его везде.

Кончи для меня, как хорошая девочка.

Его голос предательски проносится в голове, и жар вспыхивает под кожей. Он разливается по телу приятными волнами, и я чувствую, что скоро кончу…

Мое тело оцепеневает перед тем, как по нему проносится неконтролируемая дрожь. Найл с рвением проникает в меня, и волна наслаждения накрывает меня. Я уношусь на ней и стремительно возвышаюсь. А затем стремительно падаю, и это падение чистое блаженство.

Я сильнее впиваясь пальцами в кожу Найла. Раскрываю глаза и смотрю на него. Его веки тяжелеют, челюсть напрягается. Он кончает, но не закрывает глаза и смотрит на меня. Я чувствую, как он хочет разделить со мной это мгновение.

– Боже, как я люблю тебя, – Найл глубоко и часто дышит.

В следующую секунду он целует меня. Я отвечаю на его поцелуй, понимая, что я готова отдать ему все, что нужно. Я позволю ему взять у меня все, что нужно, когда для другого этого оказалось недостаточно.

Пять месяцев спустя

Следующие два дня были самые лучшие за последние три года. Это новое невероятное чувство я еще никогда не испытывала. Честно говоря, это не было похоже на то, что у меня порхали бабочки в животе. Или в моей груди горел свет, и мне хотелось сиять.

Мне трудно подобрать слова, но это было нечто похожее на сладкое предвкушение, что совсем скоро я создам семью с Найлом. И наши дни будут наполнены безграничном теплом и счастьем. Найл именно тот, кому я отдам свое сердце. Он именно тот, для кого я стану единственной.

Меня переполняло много эмоций. Смятение, радость, легкость и в то же время ощущение, что я открываю для себя новый мир. И в этом мире, который принадлежал только нам, я обрела новый статус. Теперь я – невеста.

Но все когда-то заканчивается, и нам пришлось вернуться домой. Сюрприза сделать не получилось. Под предлогом делового разговора Найл попросил у Фрэнка благословения и обсудил с ним помолвку. А Фрэнк успел разболтать всем об этом. Киллиан впервые пожал руку Найлу, оставляя позади все сомнения и недопонимания. Ведь совсем скоро мы должны были стать одной семьей.

Спустя несколько дней мы прилетели в Нью-Йорк. Я видела место, где родился и вырос Найл. Это был двухэтажный таунхаус с внутренним двориком, полным зелени на Верхнем Ист-Сайде. Отец Найла – Филлип Морган, входивший в топ-десять успешных