Читаем без скачивания Последний аватар - Александр Зорич

Это был опять Голос Неба. Августину было не до него. Какая опасность?

У какой квартиры, когда через пять минут взорвутся баки с топливом?

На мгновение ему показалось, что он нашел выход. Августин подал предельную мощность на реактивные сопла и, помогая себе толчковыми лапами, понесся на врага тяжеловесной торпедой.

Но он не успел преодолеть и половины разделявшего их расстояния.

Кибер, которому надоело измываться над "антропосом" с помощью сравнительно малоэффективных "швеек", шарахнул сверхвысоковольтным разрядом. Августин превратился в раскаленный болид. Взорвалось реактивное топливо...

Последняя надпись, которая вспыхнула в его ослепшей голове, оторванной взрывом от туловища и кувыркающейся в воздухе посреди зала, гласила:

"ИСХОД В РЕАЛЬНОСТЬ. ОТКЛЮЧЕНИЕ"

14

Трехмерный голографический макет Главного Корпуса компании ВИН приковывал к себе взгляды всех, кому случалось его видеть.

Мак-Интайр, ворэнт-офицер (без двух минут лейтенант) Гиллеспи и капитан Мэрдок смотрели на него, не отрываясь, больше пяти минут, пока Мак-Интайр не нарушил затянувшуюся паузу.

– Головной офис ВИН – не просто точка на карте. Это мощная крепость, кажущаяся невзрачным цивильным зданием только неискушенным туристам.

Голографический макет, повинуясь "волшебной палочке" Мак-Интайра – указке с датчиками ориентации в пространстве – повернулся и одновременно укрупнился, выставив напоказ фасад Главного Корпуса. Восемь этажей, розовые панели. Газон под окнами, клумбы.

– Теперь внутренности, – сказал Мак-Интайр. – Сравнительно подробно нами картографированы примерно шестьдесят процентов надземных помещений. А именно...

Мак-Интайр начал перечисление, длине которого позавидовал бы и гомеровский "Список кораблей". Помещения, упоминавшиеся Мак-Интайром, поочередно увеличивались, демонстрируя исключительно детальные интерьеры, схемы вентиляционных и отопительных коммуникаций, топологическую связность дверных проемов, коридоров, шахт лифтов, пожарных лестниц.

Покончив с демонстрацией, Мак-Интайр заключил:

– Как видите, "Аргус-18" – орудие могучее, но не всесильное. Наша агентура тоже не вся сплошь укомплектована волшебниками из Страны Оз. Мы знаем лишь то, что мы знаем. Внизу, под тем что вы видите, еще двадцать подземных уровней. О них мы почти ничего не можем сказать наверняка. И, наконец, нельзя забывать еще об одном существенном факторе. О защитном куполе.

Гиллеспи согласно кивнул. Капитан Стэнли Мэрдок поморщился, как от сильной мигрени.

От ВИНовского защитного купола, экрана, поля – называть эту штуку можно было как угодно – всех, кто имел какое-либо отношение к подготовке операции "Лоботомия", уже давно и не на шутку тошнило.

"Аргус-18" не видит того и сего – защитный купол.

Разведывательные микрозонды не могут проникнуть на территорию компании – защитный экран.

Сотрудники ВИН, завербованные Интерполом, не в состоянии передать сведения – защитное поле.

Во всем виноват интегрированный защитный периметр, перед которым офицеры-планировщики "Лоботомии" пасуют уже не первый год!

– Но, господа, – голос Мак-Интайра приобрел небывалую торжественность, – как и все, что успешно функционирует, защитный купол имеет свой источник питания. Долгое время мы не могли обнаружить местоположение реактора, который отвечает за энергоснабжение купола. Но теперь мы знаем, где он.

Мак-Интайр не стал дожидаться реакции на свое сенсационное сообщение и продолжил:

– Вчера вечером наш агент Sanya передал нам ценнейшую информацию, которую я поспешил проверить и счел годной. Взгляните сюда.

Голографический макет сделал полный оборот и взгляду присутствующих предстали дальние подступы к Главному Корпусу. Низенькие, лишенные окон двухэтажные строения, мусорные баки, техника, автофургоны "Изюбр". Ничего на первый взгляд примечательного. Какие-то домики, находящиеся вне пределов досягаемости защитного купола.

– Это, казалось бы, гаражи или, как мы полагали раньше, складские помещения. Но на самом деле здесь помещаются выносные генераторы, питающие защитный купол ВИН. На это указывает например то, что несмотря на малую, казалось бы, значимость объекта, он охраняется группой из двадцати четырех охранников. Для сравнения: вход в Главный Корпус охраняется тремя. Кроме того, нам удалось обнаружить пулеметные гнезда здесь, здесь и здесь.

Макет раскрывался словно матрешка, внутри у которой не одна, а добрая сотня сестер, каждая интересней предыдущих.

– Легко видеть, – продолжал Мак-Интайр, – что пулеметы компании ВИН держат под прицелом именно подходы к этим на первый взгляд невзрачным строениям. Итак, мы будем действовать согласно девятнадцатому варианту плана "Лоботомия". Наши вертолеты прибудут в Шереметьево завтра на рассвете. Вы, Мэрдок, будете командовать западной оперативной группой. Ну а вы, Гиллеспи, поведете восточную.

– Будет сделано, сэр, – в один голос ответили Гиллеспи и Мэрдок.

– Начало операции в 10 часов 25 минут по московскому времени. В это время "Аргус" выпустит четыре управляемые плазменные ракеты, которые взорвут выносные генераторы. Защитный купол, таким образом, будет отключен. Дальнейшее предоставим вертолетам, коммандос и господу Богу.

ГЛАВА 9. ВЕРТОЛЕТНЫЙ РОК-Н-РОЛЛ

1

В контрольные цепи Марьинского Координационного Центра в 15.14.547 поступил сигнал медицинской тревоги.

В 15.14.596 пользователь был отключен в целях предотвращения острого сердечного приступа.

В 15.16.234 по его адресу вылетел вертолет скорой помощи

Августин чувствовал себя, как, должно быть, чувствует канарейка, которую выжали в стакан с чаем. Из всего своего кошмарного приключения в Утгарде он помнил только одно: "ОПАСНОСТЬ У ДВЕРЕЙ КВАРТИРЫ" и "ОТКЛЮЧЕНИЕ".

Августин с неимоверным усилием преодолел ломоту, разлившуюся во всем теле, и выкатился из капсулы.

Томас, отключенный вместе с Августином, в полном недоумении рассматривал свое тело. Оно уже не было красным и сделалось, к превеликому сожалению Томаса, значительно меньше тела теленка.

В квартире было тихо. Высота восьмидесятого этажа вкупе с надежными звукоизолирующими покрытиями стен, потолка и окон служили превосходной защитой от шума и гомона дневной Москвы.

Опасность. Опасность? Перед мысленным взором Августина вновь и вновь вставала огненная надпись.

Ему было сейчас совершенно неважно, порождена ли она Голосом Неба или каким-то другим голосом, но сам факт того, что некто смог выбросить его из ВР за полтора часа до планового отключения, говорил о многом. В первую очередь, что к этим словам следует прислушаться.

Августин закрыл за собой капсулу, помедлил полсекунды, извлек свой заветный "форсаж" и, потрепав Томаса за ухом, прошептал: "подымайся".

Стараясь ступать бесшумно, Августин прошел в спальню и запустил руку под подушку.

Страховидный "смит-и-вессон" Хмыря приятно тяжелил руку. Ничто не придает такой уверенности в завтрашнем дне как оружие.

Августин выщелкнул барабан и, прокрутив его, с удовольствием убедился в том, что с прошедшей ночи в нем все осталось по-прежнему. Пять патронов. Шестое гнездо пустовало напоминанием о застреленном бойце Черного Спецназа.

Он щелкнул барабаном, возвращая его на прежнее место, и в этот момент в прихожей глухо хлопнул негромкий взрыв. Со звоном разлетелась хрустальная ваза, которую он оставлял на баррикадирующей двери тумбочке перед входом в ВР.

Вторжение. Вот чего не хватало Августину для полного счастья. После пантеры. После Локи. После схватки с болтливым кибером.

Августин упал на правое колено, целясь в дверной проем.

Там, в коридоре, в неглубоком стенном шкафчике, располагалась маленькая гордость Августина. Коллекция дорогих французских, ирландских и португальских мужских парфумов в ретроупаковке – Августин помнил, что еще лет двадцать назад такие штуки назывались мудреным словом "дезодорант". Насчет этой коллекции у Августина возникли определенные соображения.

Томас молчал. "Испугался, небось", – подумал Августин, безуспешно пытаясь справиться с сильной дрожью во всем теле. Он лихорадочно прикидывал возможные пути отступления.

Шагов из прихожей не было слышно, но это ровным счетом ничего не значило. Взломщики вполне могли использовать спецботинки с активным шумоподавлением.

Потом хлопнула кухонная дверь. Из комнаты, в которой стояла капсула входа, послышались частые глухие хлопки, затрещал полифертил. Пули с утробным чавканьем входили в биомассу его нейрокомпьютера. И снова тишина.

Спустя четверть минуты на пол напротив дверного проема легла бледная тень. Руки Августина, непривычные к оружию по-настоящему жестокой, земной, невиртуальной реальности, сильно устали. Ствол пистолета ходил ходуном, выписывая фигуру в виде сильно уплощенной восьмерки.