Читаем без скачивания Кошки бродят по ночам - Эрл Гарднер

– А это мысль, – сказала Берта.

– Так я теряю около девятнадцати тысяч долларов, а учитывая издержки, сумма может оказаться значительно больше.

– Все это очень плохо. – В голосе Берты не было ни грамма сочувствия. Она открыла ящик стола, не спуская глаз с Эверетта Белдера, достала пресловутый очечник и положила его прямо перед ним.

Белдер не обратил на это никакого внимания.

– Послушайте, миссис Кул, мне нужна ваша помощь, ваша агрессивная, властная натура, огромная компетенция. Сейчас…

Послышался стук в дверь.

– Господи, – проговорила Берта. – Я забыла сказать Элси, чтобы она заперла за собой дверь на ключ. Она ушла домой, а какой-то клиент…

– Скажите ему, что вы заняты и вас нельзя беспокоить. Не поймите меня превратно, миссис Кул. Я хочу нанять вас, и на этот раз у меня есть деньги. Я могу оплатить вам все…

Берта поднялась со своего скрипящего кресла-качалки, прошла по кабинету и сказала через закрытую дверь:

– Я занята. Сегодня я не могу никого принять.

Стук повторился. Дверь открылась.

– Ах, вот в чем дело, – произнес сержант Селлерс.

Берта старалась закрыть дверь.

– Уходите отсюда.

Но сержант Селлерс увидел сквозь образовавшуюся щель испуганное лицо Эверетта Белдера.

– Вы здесь не одна, Берта. И я войду.

– Как бы не так. – И она всем весом налегла на дверь.

Сержант Селлерс стал давить сильнее. Берта медленно отступала.

– Давайте, помогите мне, – тяжело дыша, сказала она Белдеру.

Тот не двинулся с места, парализованный страхом. Сержант Селлерс наконец раскрыл дверь.

– Вы не имеете права врываться в мой личный кабинет подобным образом, – вспыхнула Берта.

– Знаю, – успокаивающе сказал он, – но теперь, когда я здесь, я не уйду, не взяв с собой вашего клиента.

– Убирайтесь ко всем чертям, – рассердилась Берта. – У меня с ним есть дела. Я имею право заключать собственные сделки. Вы можете подождать в коридоре. Вы…

– Прошу прощения, Берта, – сказал Селлерс, – но я не стану ждать. У меня есть ордер на арест Эверетта Белдера, который обвиняется в убийстве.

Белдер попытался встать с кресла, но ноги его не слушались. Он издал слабый звук, чем-то похожий на стон.

Берта сердито сказала:

– Выйдите хотя бы на пять минут. Белдер… хочет нанять меня. Я не собираюсь оставаться ни с чем.

Селлерс не пошевелился.

– Только пять минут, – умоляла его Берта. – Бесспорно, у меня есть право, чтобы мне заплатили за работу.

Селлерс усмехнулся:

– Вы хороший игрок, Берта… – Его взгляд упал на очечник, который лежал на столе. – Что это? – с любопытством спросил он.

Она совершила ошибку, поспешно схватив очечник. Огромная рука сержанта Селлерса стиснула ее запястье. Он вытащил очечник из ее пальцев и открыл его.

На фоне подкладки блестел съемный мост.

– Будь я проклят! – протянул сержант Селлерс.

Белдер, потянувшийся было за очечником, воскликнул:

– Вы не можете это на меня повесить! Я окажусь за решеткой! Я знал, что миссис Голдринг и Карлотта виделись с ней, но я не думал, что она преподнесет мне эту вещь, что меня хотят перехитрить. Говорю вам, я ничего об этом не знаю.

– Откуда это взялось, Берта?

Берта хотела что-то ответить, потом передумала и плотно сжала губы.

– Ну? – сказал Селлерс.

– Дайте мне пять минут, и тогда я скажу.

Усмешка Селлерса была холодной и безрадостной.

– Теперь, Берта, вы не получите пяти минут. Ваше дело закончено.

– Не оставляйте меня с ней ни на минуту! – чуть не крикнул Белдер. – Грязная обманщица. Она готова посадить меня за решетку!

Селлерс подошел к телефону, набрал номер управления полиции.

– Сержант Селлерс. Я в офисе частного сыскного агентства «Кул и Лэм». Здесь Эверетт Белдер. Я его арестовываю. Здесь и Берта Кул. Я ее не арестовываю… пока. Белдера я отвезу в управление. Когда я вернусь, я хотел бы поговорить с Бертой Кул. Пришлите сюда человека, который будет с ней до моего возвращения. Я хочу быть уверенным, что найду ее в офисе, когда вернусь, я хочу задать ей несколько вопросов.

Селлерс опустил трубку. Его рука потянулась к поясу и достала звякающие наручники. Белдер с ужасом в голосе сказал:

– Вы считаете, что вам нужно ими воспользоваться?

Селлерс больше не улыбался.

– Вы правы, – сказал он. – И если вы думаете, что вы лучше остальных убийц, то я придерживаюсь иного мнения.

Глава 21

Телохранитель с бутылкой

Стрелки настенных электрических часов в кабинете Берты не спеша двигались по циферблату. Телохранитель, которого оставил сержант Селлерс, казалось, хотел доказать, что он чрезвычайно молчаливый человек. Он проводил часы, читая газету, подпиливая ногти и молчаливо куря, погруженный в свои проблемы.

Берта пыталась его расшевелить, но каждый раз мужчина произносил что-нибудь невнятное, и это останавливало Берту.

Сначала она настаивала на своем праве проконсультироваться с адвокатом.

– Я хочу позвонить своему адвокату, – сказала Берта.

– Пожалуйста.

– Вы не возражаете?

– Сержант сказал, что если вы хотите действовать официально, то пожалуйста.

– О чем это вы?

– Мы отвезем вас в управление полиции. Согласно фактам, предъявим вам обвинение в соучастии и занесем вас в книгу. Потом вы сможете увидеть адвокатов хоть всего мира.

– Но вы не можете держать меня в собственном офисе?

– Это верно.

– Я хочу выйти отсюда.

– Сержант оставил конкретный приказ. Когда вы перенесете ногу через порог, я арестую вас, отвезу в управление и запишу в книгу.

– Что за дурацкая идея? – в негодовании произнесла Берта.

– Сержант старается защитить вас и ваше будущее. Если он арестует вас, то ваше имя попадет в газеты, и репутация детектива будет запятнана.

– И как долго я должна здесь оставаться?

– Пока сержант Селлерс не даст другого распоряжения.

– А когда это произойдет?

– После того, как он закончит срочную работу.

Дважды Берта свирепо говорила, что она идет в туалет. Ее телохранитель следовал за ней, дежурил в коридоре, занимая место, с которого он мог видеть дверь в женский туалет, и терпеливо ждал появления Берты Кул. После чего он сопровождал ее в кабинет.

Берта занялась делом – нацарапала несколько личных писем, прикладывая все усилия, чтобы не выглядеть испуганной.

Около шести часов офицер позвонил в находящийся по соседству ресторан, объяснил ситуацию, и вскоре оттуда прислали сандвичи и кофе.

– Одна радость – перекусить, – воинственно проворчала Берта, отодвигая пустую тарелку и делая последний глоток еле теплого кофе, который она налила из керамического кофейника.

В семь часов зазвонил телефон.

– Я отвечу, – сказал офицер. Он поднял трубку: – Алло… Да… Хорошо, сержант, я вас понял… Когда?.. До свидания…

Он повесил трубку.

У Берты уже промелькнул было луч надежды, но когда она взглянула на офицера, ее снова охватила паника.

– Кости еще не брошены, – сказал телохранитель. – Этот парень исповедоваться отказался. Сержант приказал мне остаться здесь еще на час. Если к этому времени ничего не произойдет, мы должны будем отвезти вас в управление и зарегистрировать. Жаль, мы пытались вас вытащить.

– Вытащить! – фыркнула Берта.

– Я так и сказал.

– Это я уже слышала.

– Вы слышали слова, но не поняли их смысла.

Еще с полчаса в кабинете Берты все было по-прежнему. Потом офицер стал более общительным.

– Меня сегодня должны были отпустить пораньше, – проговорил он. – Это дежурство не доставляет мне никакой радости. Да к тому же я весь день неважно себя чувствую. Где-то простудился.

– Насколько я понимаю, вы можете идти хоть сию минуту.

Он усмехнулся:

– Этот парень, Белдер, кажется, отхватил жирный кусок.

Берта ничего не ответила.

– Это последнее письмо просто убило сержанта. Я могу поклясться, что с вас свалилось огромное бремя.

Берта взяла карандаш и начала чертить в блокноте ничего не означающие линии, желая найти предлог, чтобы опустить глаза и не показать промелькнувшего в них интереса.

– Вы имеете в виду третье письмо? – спросила она.

– То, в котором говорилось об Имоджен Дирборн.

– Об этой маленькой… достойной леди. Я успела только взглянуть на письмо, а потом сержант Селлерс забрал его.

– И до нее добрались.

– Она предъявила мне иск на сотню тысяч долларов. Маленькая прох… Достойная молодая леди.

Офицер зашелся смехом:

– Какого черта она оказалась такой достойной?

– Так говорит мой адвокат.

– Я вас понимаю.

– Насколько я помню, то последнее письмо было несколько двусмысленным. В нем не было конкретных доказательств.

– Может быть, и так, – произнес офицер. – Не знаю, чего вы хотели… Я скажу прямо: здесь холодно, и меня знобит.

– В субботу вечером отключают отопление.

– Я бы что-нибудь выпил.

Берта быстро начертила в блокноте маленький треугольник.

– У меня есть в запасе бутылочка, – сказала она.