хотя христианином до этого не был.* * *
Агенты Джона, то бишь сектанты нашумевшей в девяносто пятом году Аум Синрикё, тайно снимали тот самый полицейский участок на видеокамеры.
После побега Коси видеозаписи с его эпичным покиданием тюрьмы разлетелись по всем японским телеканалам.
Вскоре по телевизору крутили видео обнажённого мужчины с заблюренным половым органом. Дикторы с упоением обсуждали то, как он выбрался из полицейского участка, и наперебой высказывали свои предположения о том, как он сумел разнести здание. Многие сходились на том, что он умудрился пронести в камеру предварительного заключения взрывчатку. А поскольку он был голым, то вполне естественно с их точки зрения было предположить, что бомбу задержанный наркодилер пронёс в заднем проходе или же ему помогли заминировать участок сообщники.
Эпичный побег не остался без внимания правоохранительных органов. В Осаке был объявлен план по задержанию опасного преступника. Правительство подтянуло силы самообороны и начало масштабную операцию по задержанию. В полицию постоянно поступали звонки от неравнодушных граждан о том, что они видели преступника в том или ином месте.
На деле же Джон отслеживал его через духа и сектантов, которые и выступали в роли тех самых неравнодушных патриотов своей страны, заинтересованных в поимке преступника.
Силы самообороны и полиция пять раз настигали Реми, но он оказывал им активное сопротивление: глушил всех чарами или заключал в барьеры, после чего сбегал.
На второй раз вояки уже не сдерживались — пустили в дело оружие. Но автоматные пули не брали преступника — они останавливались барьером.
На четвёртый раз военные перешли на гранатомёты. А на пятый пригнали к месту задержания бронетехнику и военный вертолёт. Но и это не помогло. Уже где-то раздобывший одежду беглец отбился и от этих нападок.
* * *
Реми был жутко зол и раздосадован. Он не понимал, как полиция и солдаты самообороны его так быстро находят. Это при том, что он пользовался барьерами, искажающими восприятие, и активно скрывался. Но ничто не могло уберечь его от них, будто им кто-то помогал магией. И он подозревал, кто это мог быть, отчего ярость закипала у него в душе. Ему ещё сильнее хотелось добраться до альбиноса и пожать тому шею.
К его сожалению, у него не оставалось времени не то что на поиски противника, но даже на то, чтобы передохнуть и восстановить ману. С каждой схваткой запасы магических сил у него таяли на глазах. И каждый раз расход маны был выше, особенно в последний раз, потому что ему пришлось защищаться от крупнокалиберных пулемётов и пушек бронетранспортеров.
Он и предложить не мог, что силы самообороны дойдут до того, что станут стрелять из такого грозного оружия в черте города. Видимо, они совсем отчаялись его поразить и сильно разозлились. Но, скорее всего, его сил испугались, и не сами военные, а где-то в правительстве. Ведь только оттуда мог поступить приказ открыть стрельбу из пушек в городе.
— Тварь! — гневно сжимал он кулаки. — Мерзкий альбинос, я тебя достану!
Для него стало неожиданностью услышать звонок сотового телефона. Последний обнаружился поблизости — он лежал возле мусорного контейнера в подворотне, в которой скрылся беглец.
Реми даже не думал брать трубку, но телефон продолжал трезвонить с небольшими перерывами на повторный набор номера.
Парень не выдержал и психанул. Он схватил трубку, намереваясь гаркнуть в неё что-то наподобие того, что телефон утерян, кончайте звонить. Но стоило ему принять вызов, как из динамика донёсся знакомый голос альбиноса:
— Привет, Реми-сан. Вижу, ты весело проводишь время.
— ТИКУСЁМО*!!!
— Ну-ну, Реми-сан, давай поговорим как взрослые люди. Ты слышал о том, что войны выигрывают не генералы, а политики?
— Я тебя прикончу, тварь! — закричал в трубку доведённый до белого каления Коси.
— Тебе ещё не хватило войны, Реми-сан? — в голосе Джанго слышались нотки искреннего удивления. — Так вот, вернёмся к предыдущему моему вопросу, генералы воюют до последнего солдата, а политики договариваются, поэтому они и выигрывают войны. Видимо, ты из породы генералов. А жаль. Ты же понимаешь, что я могу продолжать эти игры очень долго?
— Уничтожу… — уже не столь яростно и тише продолжил Коси.
— Реми-сан, против тебя действует целая государственная система, — голос Джона звучал успокаивающе. — Если у тебя есть хоть капелька мозгов, то ты должен осознать и понять, что каким бы сильным магом ты не был, тебя рано или поздно уничтожат. Весь остаток жизни ты будешь метаться подобно крысе в поисках убежища. А ведь тебе, как и любому человеку, нужно спать. Ты настолько уверен в своей защите? Думаешь, никто не додумаемся использовать сонный газ, пока ты дрыхнешь?
— Тварь, — тише и спокойней выдал Коси.
— Заметь, не я это начал. Ты первый на меня напал по надуманной причине и даже не стал слушать правдивых объяснений. Грозился посадить меня в подвал и пытать. Разве не так?
— Ты похититель, — неуверенно заявил Коси.
— Какие ваши доказательства? Я мог бы попросить своих сотрудников записать видео с их рассказами о том, как они живут в другом мире и чем занимаются, но не вижу в этом смысла. Ты же всё равно не поверишь. Я мог бы даже отправить одного из них к тебе для беседы, но не стану этого делать. Я опасаюсь посылать своих людей к сумасшедшим маньякам. Мало ли, что ты с ним сделаешь. Вдруг не поверишь словам моего человека и начнёшь его пытать? Нет, Реми-сан. Я понял после нашей встречи одно — с тобой говорить бесполезно. Но я всё же второй раз пробую с тобой договориться, при этом не вижу встречных шагов с твоей стороны.
— Чего тебе нужно от меня, альбинос? — с раздражением вопросил он.
— Мне⁈ Ничего. Реми-сан, это ты на меня напал и преследовал. Я всего лишь хочу себя обезопасить и попытаться договориться. Ты не трогаешь меня — я тебя. По-моему, честная сделка.
— Нихера подобного! — японец гневно до скрипа стиснул в ладони телефонную трубку. — Я из-за тебя
