только ты и я, Кэт, так и должно быть всегда, — бормочет он.
Господи. Я чувствую, как исчезает всякое сопротивление, когда он облизывает мою шею, посасывает мою кожу, его борода царапает меня. Я хочу знать, каково это — чувствовать его бороду у себя между ног.
— Никто не сможет разлучить меня с тобой, — стонет он, притягивая меня к себе для еще одного глубокого, продолжительного поцелуя, начинает задирать мою юбку, а его возбужденный член прижимается к моему бедру, и от него исходит горячая, темная энергия, как будто меня окутывает живое существо, дышащий торнадо, который хочет уничтожить и…
— Кэт?
От голоса Пола у меня перехватывает дыхание, и я немедленно начинаю действовать, отрываясь от губ Брома и отталкивая его от себя так сильно, как только могу. Он отступает на несколько шагов, выглядя совершенно сбитым с толку, как будто даже он не понял, что произошло.
— Нет, — шепчу я Брому, и вся решимость возвращается ко мне. — Нельзя, и ты точно знаешь почему.
— Даже если ты хочешь? — спрашивает он, его голос слегка срывается, брови ложатся тенью на глаза.
— Даже если я хочу, — признаюсь. По крайней мере, это я могу ему дать.
Затем я проскакиваю мимо него на звук голоса Пола, который доносится из-за угла.
Но Бром идет прямо за мной по пятам и в конце концов оказывается рядом, когда мы видим, что Пол приближается к общежитию.
— Извини, — говорю я Полу, прижимая книги к груди и натягивая улыбку на лицо. — Заболталась с Бромом. Ты ведь знаешь Пола, не так ли, Бром?
Бром просто кивает, а Пол одаривает его слабой улыбкой, граничащей с подозрением. Я полагаю, что энергия торнадо ощутима не мне.
— К счастью, мы все учимся в одном классе, — без выражения говорит Пол, когда мы втроем идем по дорожке к зданию, где находится класс Крейна. Сказать, что это было трудное путешествие, было бы преуменьшением. Я знаю, что Полу известна связь между нами с Крейном, но сейчас он, наверное, задается вопросом о степени моей дружбы с Бромом. Ох, если бы он только знал правду.
Глава 14
Бром
Одиннадцать лет назад
— Где ты хочешь жить, когда мы поженимся? — спрашиваю я Кэт.
Мы сидим на бревне под мостом через Холлоу-Крик и играем в тролля и принцессу, в игру, которая кажется мне слишком глупой, ведь мне только что исполнилось двенадцать, и отец говорит, что я должен начать вести себя как мужчина, но Кэт была настойчива. Как обычно. Мы всегда делаем все, как она скажет.
— Думаю, у меня дома, — говорит она, длинные светлые волосы падают ей на плечи, напоминая шелк, который поднимается с кукурузы во время сбора урожая. — Мой дом больше, — весело добавляет она, бросая камень в ручей.
— Нет, — говорю я ей, подбирая камень побольше и бросая его в стремительный поток. — Я имею в виду, в каком городе? Куда ты хочешь поехать?
Она озадаченно смотрит на меня.
— Зачем нам уезжать? Мои родители живут здесь.
— Мои тоже, — замечаю я, но больше ничего не говорю.
Она просто кивает мне, потому что знает. Она погружается в глубокую задумчивость, при этом поджимая губы.
— Я хотела бы остаться в Сонной Лощине, — в конце концов говорит она. — Мне здесь нравится.
— Ты никогда не была в другом месте.
— Ты тоже, — говорит она, тыча меня в плечо.
— Но я читал о других местах в книгах, — говорю я. — А еще однажды плавал на речном пароходе и был в Тэрритауне.
— В Тэрритауне бывали все, — говорит она, закатывая глаза. — Я не хочу переезжать туда.
— Тогда выбирай место. Любое. Как насчет Лондона? Мне нравится Англия. И какой будет дом? Ты хочешь лошадей?
— Конечно, я хочу лошадей, — взволнованно говорит она. — Я хочу лошадей, и коз, и кур, и свиней, и коров. Во всеми подружусь. Тоже стану мамой, и у нас будет много детей, которые будут бегать вокруг. Будет весело.
— Что ж, я куплю тебе самую красивую карету, в которой ты сможешь кататься, — говорю я. — И все дамы будут смотреть на тебя с завистью. Они будут восхищаться и говорить: «О, это жена Брома Ван Бранта. Он самая счастливая девушка в городе».
— Звучит здорово, — застенчиво говорит она. Затем становится серьезной, надув губки. — Ты обещаешь заботиться обо мне?
— Конечно, я позабочусь о тебе, — умоляюще говорю. — Я буду твоим мужем. Так поступают мужья. Они заботятся о своих женах.
— А ты будешь защищать меня?
Я обнимаю ее и прижимаю к себе, вдыхая запах луговых цветов в ее волосах.
— Я всегда буду защищать тебя, Кэт.
Она кладет голову мне на плечо, и я чувствую, что таю изнутри.
— Потому что папа однажды сказал, что он не всегда будет рядом, чтобы защитить меня, — тихо говорит она. — И мамы тоже не будет.
При упоминании о ее матери я чувствую, как она мрачнеет, словно туча скрывает солнце. Мне никогда не нравилась ее мать, я никогда не доверял ей. Она — одна из причин, по которой я хочу забрать Кэт из Сонной Лощины, хотя и не понимаю почему.
— Я сказала папе, что ты защитишь меня, — добавляет она, и голос ее звучит грусть.
Я сглатываю.
— Он согласился?
Она кивает.
— Я буду защищать тебя, Нарци, — говорю я ей. — Буду оберегать тебя.
Хотя я сам никогда не чувствовал себя в безопасности.
Она поднимает голову, смотрит на меня и широко улыбается.
— Правда?
— Правда.
Я ничего не могу с собой поделать.
Наклоняюсь и прижимаюсь к ее губам.
Я целую ее.
Это странно, и она застывает, и я не уверен, должен ли делать что-то еще, но никогда мне не было так приятно.
Но мне это нравится и пугает одновременно.
С моим телом происходят странные вещи. У меня кружится голова. Кажется, что меня сейчас стошнит, но в
