— И как?
— Девочки! Вы должны найти убийцу Сергея!
— С какой это стати? — изумилась Леся. — Честно тебе скажу, мне этот твой жених совсем не понравился. И кто бы его ни убил, он оказал этому миру огромную услугу!
— Все так! Но ведь могут обвинить Давида!
— Следователь разберется.
Некоторое время Аня молчала, снова глядя в окно. Но потом решилась и, повернувшись к подругам, произнесла:
— Девочки, я вам не сказала самое худшее.
— Что еще?
— Насчет ножа.
— Насчет какого ножа?
— Ну, ножа, который нашли в Сереге.
— И что с ним? Вроде бы все уже обсудили.
— Все, да не все. Это наш нож!
— Ваш нож?
У подруг даже дух перехватило. У Леси закружилась голова, хорошо, что она сидела, а то неизбежно бы упала. А Кира была так поражена этим заявлением, что притормозила. Вцепившись в баранку, она некоторое время сидела, молча таращась на дорогу. Вести машину в таком состоянии было опасно для здоровья и жизни. Ехавший впереди Робин ничего не заметил и продолжал ехать, вскоре скрывшись за поворотом. Но какие бы чувства ни испытывала Кира к этому мужчине, сейчас ей было не до него.
— Это ваш нож? — спросила она у Ани, когда обрела возможность внятно произносить хотя бы самые простые слова.
— Да, наш.
— Ты уверена?
— Еще бы! Я сама пользовалась им каждый день по много раз.
— Может быть, тот нож, который нашли в Сереге, просто похож на ваш домашний?
— Не знаю, — засомневалась Аня. — Вообще-то, у него точно такая же рукоятка, как у нашего.
— Ну, и?..
— А мастер, который делал эти ножи, хвастался, что никогда не делает двух одинаковых.
— Но похожие-то ножи он делал?
— Наверное, — пожала плечами Аня.
— Обязательно делал! Каким бы он там гением и самородком ни был, он не мог каждый раз придумывать совершенно разные рисунки. В чем-то узоры были похожи. Вот тебе и показалось, что нож ваш. А на самом деле он совсем чужой!
— Дай-то бог, — пробормотала Аня.
— Ну, так и нечего волноваться! Приедем домой, и, я уверена, твой нож будет ждать тебя в ящике кухонного стола. Или где он там у вас обычно валяется.
Кира снова повеселела. Снова завела машину. И через несколько минут догнала притормозившего Робина.
— Что у вас случилось? — крикнул мужчина в открытое окно.
— Маленькая катастрофа, — ответила ему Кира.
— Но теперь все в порядке? Едем?
— Да, теперь все уже уладилось. Едем!
И повернувшись к подругам, Кира сказала:
— На всякий случай, пока мы не знаем точно, никому и ничего не говорим. Поняли меня?
— Да.
— Да, поняли.
— Вот и отлично. Первым делом, как приедем, найдем этот нож!
Но сказать оказалось куда легче, чем сделать. Таинственным образом кухонный нож для разделки мяса исчез из дома Давида. Подруги искали его на кухне, перевернув там все вверх тормашками. Нет, ножа не было. Ни среди грязной посуды, ни среди чистой, ни среди ножей, ни среди вилок, ни среди кульков с крупой или сахаром. И даже под мешком с мукой и за сковородками его тоже не оказалось.
На шум, который подняли девушки во время своих поисков, вышла проснувшаяся свекровь. И узнав, что ищут подруги, тоже присоединилась к поискам. При этом она ворчала на девушек и Аньку:
— Приспичило вам с утра пораньше какой-то нож искать. Зачем он вам дался в такую рань? Ну да, был нож. А сейчас нет. Так он старый был совсем. Другими пользуйтесь. Вон, целая коробка стоит. Отличные ножи, стальные, ручки резиновые. А тот совсем старый был, негодный. Лезвие почти до половины сточилось. Только от него и радости, что заточку хорошо держал и рукоятка красивая.
Девушки пока решили не говорить матери Давида, зачем им так срочно понадобился именно этот старый нож с костяной ручкой. И повозившись с ними из солидарности около получаса, женщина ушла. Велев им не слишком шуметь.
— Если вам не спится, то хоть мне дайте вздремнуть. Весь день бедлам. То одно, то другое. Теперь еще и Давид куда-то запропастился. Аня, он куда поехал? Ты не знаешь?
Видимо, Давид не сказал маме, куда отправляется поздно вечером. Поэтому она считала, что ссора между супругами продолжается. Но волноваться по этому поводу уже устала. И теперь хотела просто выспаться.
— Пусть поспит. Огорчить мы ее и утром еще успеем.
Так решили подруги и продолжили поиски ножа по всему дому. Увы, нож словно заколдовали. На все прочие — перочинные, кухонные, слесарные и даже охотничьи ножи Давида подруги натыкались по сотне раз. А вот этот куда-то бесследно запропастился.
Обыскав весь дом и допросив старшего сына Ани, который к этому времени уже проснулся и поклялся всеми известными ему клятвами, что ножа не брал и даже вообще его не трогал, подруги снова встретились внизу на кухне. Отсюда несколько часов назад начались их поиски. Тут же они и завершились. Девушки буквально падали с ног от усталости. Но расходиться не спешили. Глотнув наспех заваренного чайку, они приступили к обсуждению произошедшего.
— Ничего не поделаешь, придется признать очевидный факт: нож пропал.
— Он не пропал, — мрачно поправила Аня подругу. — Он в руках у ментов.
— Пусть так. Но как он туда попал?
— Ты чего, забыла? Они вытащили его из трупа Сереги!
— Да. А в Серегу этот нож как попал?
— Давид…
— Не говори ерунды! Если бы Давид даже и захотел убить Сергея, то выбрал бы более подходящее оружие. Зачем ему хватать нож, который сразу же наведет на его след?
Кира говорила, но сама сомневалась в сказанном. А вдруг Давид был в таком невменяемом состоянии, что уже не понимал, что делает? Он вполне мог схватить первый попавшийся ему под руку нож, ничуть не заботясь о последствиях.
— Пока что они не знают, что нож принадлежал вам, — попыталась утешить подругу Леся.
— Да, но на ноже обязательно должны сохраниться отпечатки пальцев всех нас.
— Кого всех?
— Меня, мамы! И Давида в том числе!
— Не дурак твой Давид. Наверняка, вытер с ножа отпечатки!
Леся сказала и ужаснулась. Что она говорит? Она же этой фразой фактически признала Давида убийцей.
— Нет, нет! — закричала она. — Я совсем другое имею в виду! Наверняка, нож украли, чтобы подставить Давида!
— Тогда и отпечатки убийца не должен был стирать.
— Нет, он их стер. Ведь там были бы тогда и его отпечатки.
— Убийца мог быть в перчатках.
На это Леся не нашлась, что возразить. А Аня буквально простонала:
— Но кто мог это сделать? Кто мог взять у нас в доме нож? Кто мог убить им Сергея и навести подозрения на Давида? Кто? Кто оказался такой сволочью?
Вопрос в самом деле очень интересный. И девушки пошли за помощью снова к свекрови. Было уже утро. Она встала. И заверила, что более или менее выспалась. Так что пришла наконец пора открыть бедной женщине ужасную правду о том, где сейчас находится ее сын. И какого черта девушки ночь напролет перерывали весь дом в поисках старого кухонного ножа.
К счастью, мама Давида оказалась куда крепче, чем ожидали подруги. Она не ударилась в истерику. Не стала падать в обморок. И даже не слегла с приступом гипертонии. Она молча выслушала девушек и кивнула:
— Да, нож взял кто-то из тех людей, кто приходил к нам вчера днем. Причем, случилось это не утром. Утром я еще сама пользовалась тем ножом. Резала овощи для супа. А вот потом он мне на глаза уже не попадался.
И женщина приступила к детальному перечню всех, кто заходил в дом Давида с тех самых пор. Увы, список получился настолько внушительным, что создалось впечатление, будто почти все жители поселка почтили своим вниманием их дом.
— Мы не можем подозревать всех этих людей! — ужаснулась Кира. — Это же больше двадцати человек.
Да, вряд ли это было стоящей идеей. Ведь кроме этих людей, которых удалось вспомнить маме Давида, наверняка приходил еще кто-то. Не говоря уж о том, что нравы в поселке до сих пор были самые простые и двери на замок тут закрывались только в исключительных случаях. Если хозяева уходили куда-то далеко. Или если на дворе наступала ночь, и все в доме ложились спать. А мама Давида, замороченная двумя шумными внуками, могла вообще забыть про пустяк вроде входной двери.
— Кстати о детишках, — оживилась Кира. — Я заметила, что у вас в доме постоянно толкутся дети.
— А как же иначе? Наши мальчишки ведь дружат со многими ребятами.
— Дружба — это прекрасно. Но не мог ли кто-то из этих милых соседских детишек прихватить ножичек? Просто так? Из шалости?
Предположение Киры поставило всех женщин в тупик. Тут уж откровенно спасовала даже всевидящая мама Давида. Упомнить всех соседских ребятишек, побывавших у них во дворе и в доме за вчерашний день, было не под силу даже ей.
— И опросить мы их не можем, — произнесла Аня. — Достаточно пройти даже не слуху, а маленькому слушку, что у нас из дома пропал нож, а мой бывший жених был им убит, как все заподозрят Давида! По селу поползут домыслы и сплетни.
