— Ваш чай, — официантка поставила на стол кружку чая, потом тут же ушла.
Пока бандиты провожали ее взглядами, Косой отпил. Чай был несладкий и едва теплый. Потому Косой отставил его и брезгливо поморщился.
— Ну и дерьмо, — сказал он.
— Короче, на свадьбе еще будет несколько человек, на которых у Михалыча зуб. Хочет и их хлопнуть одним разом. Потому остальные должны будут пострелять и их. Одним залпом, а потом по газам.
— Кто? Кого еще он хочет замочить? — Нахмурился Косой.
— Да точно не помню. Какой-то комерс, и еще, вроде, кто-то из юстиции или следак. Короче, чиновник из МВД. Имен я не знаю.
— Ладно, — Выдохнул Косой. — Хорошо. Это все?
— Ну… Да… Больше я ничего не знаю. План простой как три копейки. Чем проще, тем лучше, не?
— Чем проще, тем лучше, — согласился Косой. — Но смотри. Если ты сбрешишь хоть в чем-то, я найду тебя даже в Москве. Найду и кокну. Понял?
— Зуб даю, — Палец поддел ногтем единственного пальца правой руки свой зуб. — Это все, что я знаю. Сам понимаешь, мне тоже надо, чтобы Михалыч сдох. Иначе он же меня первого замочит.
— А пожить еще хочется, м-м-м? — Хмыкнул Косой.
— Конечно. Если б не хотелось, я бы от этого поехавшего не сбегал. Он всех своих на убой ведет.
— Ладно, — хлопнул по столу Косой и встал. — Пойдем к машине. Получишь свои деньги.
Палец тоже встал.
— Э-э! А заплатить⁈ — Прибежала к ним некрасивая официантка.
Когда они расплатились и вышли на улицу, Косой поежился от холода, закурил. Закурил и Палец.
— Ну че, где зелень?
— Хотя знаешь, — Косой пропустил вопрос Пальца мимо ушей. — Есть у меня еще кое-что спросить.
— Ну… Если знаю, то отвечу.
Косой обратил свое полное усатое лицо к Пальцу, пристально посмотрел на него единственным глазом.
— Скажи, Палец, а кто такой этот Врач?
* * *
День свадьбы.
Пока молодые венчались в старом ЗАГСе Армавира, а гости набились полной толпой в небольшой зал бракосочетания, охрана уже заняла свои места.
Каждый охранник должен был явиться в строгом костюме и с газовым либо, если имелось разрешение, боевым оружием.
Мы с Женей, Фимой и Степанычем прикупили костюмы на рынке, и издали они смотрели вполне сносно. Правда, Фиме не повезло с длиной брюк, подшить их времени не было, и потому он выглядел так, будто носил клеш, прячущий обувь почти по самые носки.
— И-то штанины подвернул, — сетовал Фима.
Остальные из наших пришли в своем. Одетые с иголочки Алексовцы несколько контрастировали с нашей охраной, но если не приглядываться, мы вполне смотрелись как одна команда. А я не думаю, что кто-то приглядывался бы.
У дверей ЗАГСа стояли очень дорогие автомобили гостей. Дорогие не только по меркам Армавира, но даже и Москвы.
Мы же ехали на простеньком авто: девятка и старый пассат возил большую часть нашей охраны, а некоторым предстоит кататься на милицейских машинах. Да-да, свадебный кортеж сопровождало два автомобиля ГАИ: Волга и Жигули. Они вели и замыкали свадебную колонну, и очень скоро я понял, почему так было задумано. Алексовцам, к слову, выделили БМВ, вел которую Сом.
Погода была благоприятная. Ночью по городу гуляли сильные ветра, но к утру распогодилось. К трем часам дня, на которые была назначена регистрация, из-за плотных облаков, заполнявших небо, выглянуло солнце. И хоть в тени было еще холодновато, вне ее вполне можно было согреться.
— Ну че, как настрой? — Подошел ко мне Худяков.
— Неплохо, — пожал я плечами, стоя у Волги ГАИ. — Более-менее боевое.
— Это хорошо. Особенно учитывая, что нам предстоит.
— Кулым сказал, поддержит. Но нам тоже нужно не сплоховать, — сказал я.
— Верно. Это… — Худяков замялся. — Я поблагодарить тебя хотел. Спасибо за помощь тогда, в кафе. Даже не знаю, как так получилось. Козлы подкрались сзади. Стыдно мне, что пропустил.
— Ничего, с каждым бывает.
— Ты, кстати, молодой, а смелый, — заметил Худяков.
— Сами знаете, что без смелости в наше время легко пропасть.
— И с нею легко.
— Но чуть посложнее, — хмыкнул я.
Худяков улыбнулся.
— Где ты едешь? — Спросил он вдруг.
— В замыкающей машине. С гаишниками, — сказал я.
— Я еду в первой. С начальником роты ГАИ. Поехали со мной? У нас есть свободные места.
— Ну, почему бы и нет, — пожал я плечами. — А в замыкающую посадим Жеку.
Когда брачующиеся вышли на ступеньки, и оператор с здоровенной камерой на плечах стал бегать вокруг толпы гостей и снимать торжество, мы уже расселись по машинам. Свадебный кортеж обещал быть просто огромным. Пестрые, наряженные в цветные ленточки машины, готовились отчаливать. Молодые ехали в черном мерсе Кулыма. Сам же авторитет скромно занял место в чьем-то Гелендвагине.
К тому времени мы были уже в автомобилях. Глянув на ступеньки, я увидел, что знаком с женихом и невестой. Это была именно та парочка, которую мы с Женей выручили тогда, в Элладе. Их имена я запамятовал, но девушку хотели утащить с собой бандиты, а я вступился.
— Ну че они там? — Спросил полный мужчина в парадном мундире инспектора ГАИ, сидевший на переднем пассажирском. В руках он держал проводную головку рации.
— Да грузятся, — буркнул водитель-гаишник, глядя в окошко.
— Щас поедем, — сказал Худяков, занявший место на заднем, рядом со мной.
До того, как мы погрузились, инспектор провел всей охране инструктаж:
— Знач так. Знаков для вас больше нет. Ехать только за моей машиной. Кортежу всюду будет обеспечен зеленый свет.
Так и вышло. Когда гости весело загрузились в машины, ГАИшник скомандовал по рации:
— Первая точка — старостаничный мост. Едем.
Машина ГАИ тронулась от ЗАГСа и подождала на перекрестке, пока кортеж не отъедет. Горящие аварийками машины, сигналили, вклинивались в общее движение, забыв о поворотниках.
Потом наша Волга повернула и поехала направо, по Розы Люксембург. Едва доехали мы до пединститута, как главный скомандовал по рации:
— Перекресток Розочки-Кирова. Зеленый свет!
Светофор перед Волгой тут же дал зеленый сигнал, и кортеж проехал, не сбавляя скорости.
Все это время я думал о том, какое необычное сейчас в России идет время. Подумать только: целая государственная структура — ГАИ, по сути, работает сейчас на бандитов за их деньги. Государство работает на ОПГ за деньги! В России нулевых, а тем более двадцатых подобное сложно было даже представить. Сейчас же, сопровождение чужой свадьбы гаишниками, я уверен, было лишь вопросом нескольких звонков и нескольких сотен долларов.
Когда светофор за нами зажегся красным, мы уже мчались дальше. На очень сложном перекрестке, ведущем к мосту, стоял специально выставленный сюда регулировщик. Он жестом перекрыл для свадебной колонны движение с двух сторон, а потом просто застыл, отдавая честь кортежу.
Проезжая, я смотрел, как в большой пробке стоят автобусы и простые граждане на своих машинках, а регулировщик держит равнение на мерседес молодоженов.
— Прием, — через помехи вдруг заговорила рация. — Перекресток Комсомольской и Карла Маркса — Авария. Как слышно, авария. Есть пострадавшие.
— Не засорять эфир! — Гаркнул в рацию главный гаишник.
Мы поехали дальше. На мосту, когда кортеж разместился у въезда в Старую Станицу, молодожены бросили в Кубань букеты цветов. После громоздкая колонна поехала в обратном направлении, в центр. Там, перегородив всю Комсомольскую улицу машинами. Процессия направилась к Вечному огню, возложить цветы. Естественно, все это сопровождал оператор, снимающий каждый шаг молодых на пленку.
Наконец, двинулись к Арарату. Путь наш лежал почти через весь город, к самому его концу, где стоял банкетный зал. И весь путь сопровождался зеленым светом. Кортеж почти не замедлившись, домчал до широкой двухполосной Ефремова. Мы поехали по внутренней полосе.
— Вот дебилы, — буркнул вдруг главный гаишник, глядя в боковое зеркальце заднего вида.
