ВОСПОМИНАНИЯ: «Не могу забыть, как однажды ко мне обратился начальник одного из отделов моего управления. Он неожиданно спросил меня: „Что, мы теперь поменяли плюс на минус?“ Я не показал виду, что понял, о чем идет речь. А он имел в виду то, что вчерашние партийные и советские руководители, активно выступающие против курса на развал страны, вдруг стали объектами нашего внимания, а те, за кем пару лет назад наблюдал КГБ, стали кастой неприкасаемых» (Из воспоминаний Е.М. Бойкова, в 1992–1993 годах — начальника управления Министерства безопасности).
Вахромцев встал из-за стола, сам не зная зачем подошел к книжному шкафу. Его взгляд упал на бронзовую фигурку Дзержинского, которую ему подарили несколько лет назад, когда он уезжал из своего родного коллектива, где проработал более десяти лет, овладевая премудростями чекистской науки.
«Эх, Феликс, Феликс! Куда мы катимся!» — это была мысль, все чаще и чаще приходящая в голову — тоскливая мысль человека, который по своему характеру отнюдь не склонен был к унынию и меланхолии.
20 марта 1993 года, суббота, вечер
Москва. Никитинская улица.
Телефонная будка рядом с магазином «Вино»
— Гриша, ну все в порядке! Успели! Правда, я взял только половину, но… Да не ори ты! Скажи спасибо, что хоть это! Надо же было показать, что все тип-топ… Эти привалились… ну думали, что все — шмон проведут и ксивота ихняя! Но нет! Наша взяла!.. Да… да… Все сделали! Представляешь, они даже… Как это?… Служебное расследование провели! Их бугор распорядился… Ну да!.. Ага!.. Я тащусь! Цирк просто!
Говоривший все это парень боковым зрением заметил, что стоящий рядом с телефонной будкой мужик протягивает руку к двери, намереваясь ее открыть.
— Щас, Гриша!.. Тебе чего, мужик?
От одетого в грязное пальто человека разило водкой. Видно, только что он распил бутылку со своими собутыльниками в ближайшем подъезде или наклюкался еще где-то, дойдя до стадии почти полной невменяемости. На вопрос парня он промычал что-то нечленораздельное и снова потянул дверь на себя.
— Слушай, ты, бухало вонючее! Хиляй отсюда! А то как дам в грызло!
Пьяный попытался еще что-то сказать, но, распознав угрозу в голосе звонившего, отпустил дверь и поплелся в сторону автобусной остановки.
— Не! Ничего! Пьянь гут одна прицепилась… Да!.. В общем, шеф, все на мази!.. Что?… Ну, откуда я знаю? Будем думать! Как ты творишь — «проанализируем»!.. Да, уже знаем. Недавно приняли на работу там одного. Сразу начал землю рыть. Нет, не пёс! Вообще не мент. Из этих, которые приходили… Да, вопроса нет, все узнаем. А если надо будет — прищучим!.. Ну пока!
Парень быстрой походкой направился к автобусной остановке, на которой собралась уже небольшая толпа. Через пару минут со стороны Щелковского шоссе показался автобус тридцать четвертого маршрута. Парень сел в него через заднюю площадку одним из последних, так и не обратив внимания на стоящий поодаль «москвич» синего цвета.
20 марта 1993 года, суббота, вечер
Москва. Рублево-Успенское шоссе.
Бывшая дача ЦК КПСС
— Да, ребятки, что-то у вас не так получается. Как мы договаривались? Все должно быть аккуратно, грамотно, я бы сказал даже, благопристойно. А вы!
— Но Михаил Юрьевич, никто же не мог подумать, что комитетчики пронюхают про это. Позиции у нас там исключительно сильные и мы…
— Григорий, ты ведь достаточно благоразумный молодой человек. Поэтому ты не можешь не понимать, что грубые действия могут только усложнить наши с тобой отношения. Вы же знаете, я — человек серьезный и рисковать своим положением не буду. Я вступил с вами в… Как бы это правильнее выразиться?… Я вступил с вами в диалог для того, чтобы обеспечить взаимные интересы. А ты намереваешься втравить меня в какое-то сомнительное дело! Ты ведь не далее как неделю назад показал мне документы, которые открывают блестящую перспективу нашего сотрудничества. Ради нее, этой перспективы, можно поступиться какими-то своими интересами и привязанностями. А теперь я узнаю, что у вас возникли неприятности с властью…
— Да не с властью, а с гэбэшниками. Да и никакие это не неприятности. Подумаешь, они случайно напоролись на наш типографский заказ! Мы уладили вес в два счета! Больше половины продукции сохранили и вытащили оттуда!
— Григорий, все это выглядит как-то несерьезно! Удостоверения, спецталоны! Зачем все это? Это же детские шалости! На кон поставлены громадные материальные ценности. Полным ходом идет приватизация государственной собственности, которая в самое ближайшее время приведет к власти… Да, да, к власти!..новый тип людей — инициативных, целеустремленных, способных превратить это гигантское пространство с останками разрушенного «совка» в процветающую страну европейского типа! Речь идет об огромных богатствах! А вы, как мальчишки, играетесь в «полицейских и воров»!
— Вы извините, Михаил Юрьевич, но, кроме наших с вами планов, у меня есть еще мое дело, которое я должен развивать.
— Я понимаю это, Гриша. Твой бизнес… это твоя охранная контора, конечно…
— Да причем туг контора! Я говорю о нашей организации, о «Российской национальной акции», о том, что она должна стать в ближайшее время реальной политической силой. А для этого потребуется много денег. Очень много! Вот мы и пытаемся заработать на одном выгодном для нас деле.
— И для этого вы решили отпечатать какие-то липовые документы в Администрации Президента. Другого места не нашлось!
— Да не в этом же дело, Михаил Юрьевич! Просто лучше «крыши», чем Старая площадь, не найдешь! У меня там есть немало своих людей, которые в случае чего прикроют. Но документы нам нужны, конечно, для другого, причем хорошие, подлинные, а не «липовые», как вы говорите. Вот мы и изготовили небольшую партию. Кстати, вам не нужен спецталон на авто?
«Босс» ухмыльнулся, снисходительно посмотрев на молодого человека, и, как бы невзначай, бросил:
— Нет, не нужен. — После некоторой паузы добавил: — Он у меня уже есть.
— Ну вот, видите, даже вы не брезгуете…
— О чем ты говоришь, Гриша! У меня самый что ни на есть настоящий, неподдельный спецталон. И получил я его вполне официально — от высокого должностного лица.
— Бесплатно?
Михаил Юрьевич слегка смутился, едва заметно поморщился и назидательным голосом сказал Григорию:
— Молодой человек, вы ведь знаете — в бизнесе не принято задавать подобные вопросы. Но вам, как человеку мне очень симпатичному, скажу. — Конечно, заплатил определенную сумму. Не очень большую для меня, разумеется. В нашем мире, дорогой Гриша, ничего не делается бескорыстно. И это правильно! Любая услуга, даже самая мелкая, должна быть адекватно оценена. Иначе люди борзеют! В Библии сказано: «Умножается имущество, умножаются и потребляющие его». А мы ведь к этому и стремимся! Чтобы и страна стала богаче, чтобы богатых людей стало больше, да и чтоб нам в ней жилось неплохо, на хлеб с маслом хватало. Правильно?
— И с икрой тоже! — иронично добавил Григорий.
— Конечно, Гришенька, и с икрой. Мы заслужили это! Многие годы жили в стойле и хлебали все из одною корыта. Слава богу, наступили другие времена. Для таких, как ты, Григорий, как я, как многие наши друзья. Так давай действовать! Быстро и энергично. Дележка пирога только началась, и, поверь мне, на всех его все равно не хватит! Громадная государственная собственность бывшего СССР ждет своих хозяев, не пропивающих и проматывающих ее, а способных приумножать богатства. Даже если для этого придется пожертвовать целым поколением. Эта серая масса, разложившаяся от безделья и пьянства толпа, которую именуют народом, пока еще не способна вывести страну на путь, которым идет весь цивилизованный мир. Пройдут многие годы, прежде чем здесь, в России, наступит экономическое возрождение. Но мы уже сейчас должны все делать для того, чтобы на нашей земле появился дух предприимчивости и экономической свободы. А это станет возможным только тоща, когда появится класс собственников, которые будут управлять государственной машиной, держать в узде сомневающихся и жесточайшим образом расправляться с теми, кто мешает становлению нового уклада жизни.
— Михаил Юрьевич, вы так складно говорите, что мне становится все понятно. Вот такие люди, как вы, и должны управлять страной. А мы станем вашей опорой, вашим боевым отрядом, который очистит Россию от всякой нечисти! Мы станем элитой в этой стране! И тогда нация возродится…
— Гриша, умерь свой пыл! А то своими речами ты напугаешь даже тех, кто готов с вами иметь дело. Сначала закрепитесь во власти, докажите на деле, что на вас можно положиться, а уже потом претендуйте на роль российской элиты! Ты меня понял?
— Понял! В этом вы можете не сомневаться! Докажем! Еще как докажем! Россия содрогается!
