здания администрации, выполненного из белого мрамора, – оно скорее напоминает светлый вариант «Олимпа» и бара «Лук и стрелы». Это здание – еще один кусочек головоломки Стерлинг Фолса.
Мы пересекаем площадь и входим в администрацию с черного хода. Здесь все до боли мне знакомо и напоминает, зачем я вообще приехала в этот город и что потеряла. Я следую за Брэдшоу до лифта и останавливаюсь около него. У шерифа странная логика: ведь одно дело находиться с ним в комнате для допросов или в машине, а другое – зайти внутрь этой металлической коробки.
– Университет – одно из последних безопасных мест для встреч городского совета. Обычно они встречаются на верхнем этаже, – вздыхает шериф, смотря на меня.
– И зачем мы туда идем?
– Ну, я собирался просто подвезти тебя, но потом подумал, будет лучше, если мы полностью снимем с тебя статус разыскиваемой беглянки, верно?
– Верно. – Я захожу с ним в лифт и прислоняюсь к задней стенке. – Но я не знаю, могу ли тебе доверять.
Шериф усмехается.
– Ладно, я могу ответить тем же. Неужели ты думаешь, я хочу рисковать своей карьерой ради двадцатилетней девчонки?
– Двадцатиоднолетней, – закатываю глаза. – Я отпраздновала свой день рождения на Райском острове.
– А когда у тебя день рождения? – спрашивает он.
– Четвертого февраля. В этом году день рождения был сплошным разочарованием, – вздыхаю я. – Я отметила двадцать один год в лагере, где был запрещен алкоголь, и все местные жители в барах знали, что нас нельзя обслуживать.
– Значит, ты еще даже не выпила по случаю своего дня рождения? – догадывается он.
– Нет, хотя теперь мне разрешено употреблять алкоголь официально.
– Конечно, – улыбается он.
Лифт со звоном останавливается на шестом этаже, и его двери раздвигаются. Я с любопытством выхожу вслед за шерифом. По большому счету я не так уж много времени проводила в кампусе, и все мои занятия проходили в аудиториях не выше третьего этажа. С удивлением я обнаруживаю, что этот уровень не является копией нижних. Единственной схожей вещью был коридор, но комнаты этого этажа были превращены не в классы, а в кабинеты со стеклянными стенами, позволяющими любому человеку, проходящему в коридоре, видеть, что происходит внутри. Когда мы проходим мимо офиса финансовой помощи, меня осеняет, что я уже была здесь. Почти год назад я стояла в этом кабинете и умоляла вернуть мне стипендию.
– Как они смогли лишить меня стипендии? – спрашиваю я. – Я про ребят. Из-за них также никто в городе не брал меня на работу.
Нейт останавливается, и мне приходится сделать то же самое.
– А что между вами произошло? – В его голосе сквозит неподдельное беспокойство, но потом он поднимает руки. – Знаешь что, лучше не отвечай! Раньше у них было много ниточек, за которые можно потянуть, и людей в карманах, которые были им чем-то обязаны. Но удача отвернулась от них около полугода назад, когда Стерлинг Фолс понял, что ребята, которые все в городе держат под контролем, на самом деле не так уж и сильны. Поэтому, вероятно, чтобы повлиять на тебя, они просто потянули за эти самые ниточки.
Да, я тоже так подумала.
Но интересно, как все могло так резко измениться? Хотя, впрочем, им же пришлось иметь дело с последствиями.
Вульф рассказал мне, что они контролировали дороги и гавань. Они не впускали в город чужие грузовики и корабли с товарами, поэтому и имели такую власть. Должно быть, так продолжалось до тех пор, пока Кронос не начал действовать.
– Сюда, – говорит Нейт, открывая одну из стеклянных дверей, и жестом приглашает меня войти.
Я следую за ним по пятам, а он снова берет инициативу в свои руки. Мы проходим мимо пустой стойки регистрации, сворачиваем и следуем по другому, более узкому коридору, а затем подходим к конференц-залу. Шериф заходит внутрь, предварительно постучав в двери костяшками пальцев. Я сглатываю, увидев, что в комнате, кажется, собрался весь городской совет. За столом сидят восемь человек – я тут же узнаю одного из них, в теории не входящего в этот совет. Мэра города Джеффри Томпсона. Затем я замечаю еще одного мужчину, с которым уже встречалась во время ужина с шерифом. Алекса Стерлинга.
Всего за столом сидят пятеро мужчин и три женщины.
– Извините, что прерываю, – говорит Нейт. Один из мужчин встает.
– Вы поймали беглянку, шериф? – спрашивает он, но Нейт поднимает руки.
– Полегче, Бэрэн.
– Что происходит? – спрашивает одна из женщин с длинными волосами цвета клубничного блонда.
На вид она ровесница шерифа, значит, ей чуть за тридцать. На женщине темно-синий брючный костюм с белой блузкой, а золотые украшения, надетые на шею и в уши, дополняют неподвластную времени красоту, которой обладают кинозвезды.
– Присаживайся, Кора. – Шериф хватает ближайший стул и отодвигает его от стола.
Я медленно сажусь, сжимая подлокотники, и чувствую, как Брэдшоу держится за спинку стула.
– Это Кора Синклер, – объявляет он. – Управление по борьбе с наркотиками Стерлинг Фолса выдвинуло против нее некоторые обвинения.
– Да, мы в курсе, – перебивает его Бэрэн.
– Однако вы не в курсе, что Управление по борьбе с наркотиками – предвзято. Один из агентов, который приехал в наш город, – бывший парень этой девушки.
Я вздрагиваю от его слов, а женщина со светлыми волосами наклоняет голову.
– Была ли у него причина попытаться посадить вас за решетку, мисс Синклер?
– Да, мэм, – сглатываю я. – Это… долгая история, но он определенно из тех мужчин, которые жаждут мести.
– И я полагаю, эта девушка не совершала того, в чем ее обвиняют, шериф? – Взгляд женщины становится еще более серьезным.
– Так точно. – Нейт отходит в сторону, барабаня пальцами по столу. – Мне ужасно жаль прерывать вашу встречу, но поскольку Кора вернулась в Стерлинг Фолс и совершенно не знает выдвинутых против нее обвинений, я счел разумным стереть их из протокола.
Внезапно я слышу, как начинает кашлять Алекс Стерлинг. Не знаю почему, но он очаровывает меня. Возможно, потому, что он Стерлинг и его имя связано с городом? Его кристальный взгляд останавливается на мне, но обращается он к сидящим за столом и шерифу:
– Согласен с тобой, Нейт. Если ее бывший мужчина хочет отомстить, а фактических доказательств совершенных правонарушений нет, наш суд ни за что не поддержит этот арест. Это выставило бы нас всех в плохом свете. – Кажется, он колеблется, обдумывая следующие слова, или просто дает всем время подумать над его предыдущим заявлением. – Кора, ты ведь недавно вернулась в город?
– Да, сэр, – теперь настала моя очередь отвечать.
– «Да, сэр», «да, мэм», – улыбается Алекс. – Не нужно обращаться к
