Пассивная форма гомосексуализма характеризуется тем, что гомосексуалисты не только при интимных контактах, но и в жизни вообще играют женскую роль. По внешнему облику такие женщины—гомосексуалистки ничем не отличаются от женщин своего круга, иногда обращают на себя внимание выраженные вторичные половые признаки (крупная грудь, красивые длинные волосы и т. д.). Мужчины отличаются феминными чертами – имеют изящное телосложение, любят красивую одежду, украшения, следят за собственной внешностью (носят модные стрижки, делают маникюр, посещают косметические салоны) и т. д. По характеру такие лица, как правило, общительные, мягкие, у многих имеются выраженная театральность, демонстративность в поведении.
Последние исследования ученых показывают, что вокруг гомосексуализма сформировалось много мифов и искаженных представлений, обижающих представителей нетрадиционной половой ориентации. Чаще всего взгляды на гомосексуализм отличаются некоторой примитивностью и негативным оттенком. Людям, исповедующим «традиционный» секс, трудно заставить себя объективно относиться к геям, но социальная стабильность требует выработки чувства терпимости и понимания. Нельзя, да и не нужно заставлять себя «любить гомосексуализм», но цивилизованный человек должен признавать за другими личностями право самостоятельно выбирать свой путь в сексе (если, конечно, этот путь не несет насильственного характера и не наносит вреда другим людям).
Лесбийская любовь
Чайки-лесбиянки были недавно обнаружены биологом Джорджем Хантом в колонии чаек на Калифорнийском побережье. Специальное исследование показало, что 14 % чаек-самок селятся в гнездах друг с другом и прекрасно справляются без самцов: защищают гнездо, соблюдают правила ухаживания, характерные для брачного периода, и даже сохраняют прочные длительные отношения.
Возможно, мужских особей просто не хватает, а может, чайкам-лесбиянкам так больше нравится.
Из газеты «Спид-инфо»
Лесбийская любовь – это влечение одной женщины к другой. Такой вид половых отношений называют еще сапфизмом по имени древнегреческой поэтессы Сапфо, жившей на острове Лесбос в VI–VII веках до н. э., которой приписывают воспевание любви двух женщин как самой красивой и духовной формы человеческих взаимоотношений. Еще одно название таких отношений, применяемое у древних римлян – трибадизм (от слова «трибейн» – тереть). Иоган Блох пишет: «Как и теперь, трибады в древности организованы были в тайные клубы, причем эти женские союзы находили себе поддержку в известных религиозных культах, например в культе в честь андрогинической богини Мизе и в честь Деметры. В Афинах образовался даже настоящий «демос женщин», который во время празднеств Деметры выступал против демоса мужчин. Женские религиозные союзы существовали и в других местах. Сюда относятся, между прочим, и музыкальные школы Лесбоса. Во время празднеств в честь Деметры, которые устраивались в Афинах, между женщинами бывали случаи гомосексуальных отношений.
С. Видберг. Усталость
В Риме также уже рано упоминаются трибады. Как велико было их число в Риме во времена империи, видно из общего замечания апостола о женщинах, которые превратили естественные отправления в неестественные, и из эпитета «tribadum tribas», с которым Марциал обращается к Филенис, типичной «женщине-мужчине», которая, подобрав платье, играет в мяч, размахивает гирями, вся испачкана грязью в школе для борцов и пьет за столом несколько кружек вина. Ее необузданная страсть к женщинам ярко описана Марциалом.
Считается, что причины лесбийской любви состоят в том, что женщины, как существа с более тонкой и нежной душевной организацией, не могут полностью удовлетворить свою потребность в любви с мужчинами, которых они считают грубыми и более примитивными. Кроме того, мужчины часто просто не способны понять желания женщины, они неправильно трактуют их слова и поступки, что вызывает недовольство женщин и их неудовлетворенность традиционными формами сексуальных отношений. Тогда они и обращаются к «однополой» любви, которая может (но вовсе не обязательно) дать им недополученные от мужчин нежность и понимание. Впрочем, лесбийская любовь, как и обычная, не лишена и своих темных спутников: измен, ревности, охлаждения и проч.
Чаще всего обе женщины, вступающие в гомосексуальные отношения, занимают равные позиции, без выделения активной («мужской») и пассивной («женской») роли. Более того, некоторые пары сознательно избегают неравенства отношений, предпочитая делать все «по-своему», так, чтобы это не было похоже на привычные гетеросексуальные отношения. Тем не менее встречаются пары, в которых половые роли определеы более четко. Во внешнем облике женщин – активных гомосексуалисток могут присутствовать мужеподобные черты, однако большинство из них имеют вполне нормальную феминную конституцию. С детства такие девушки обнаруживают скорее мальчишеские интересы: любят лазать по деревьям, играть в войну, футбол, хорошо дерутся, в то же время они редко играют в куклы, носят косички, бантики, проявляют интерес к мужской одежде. У большинства активных гомосексуалистов либидо пробуждается рано. В юношеском возрасте у них обнаруживается тенденция к крепкой дружбе, «на всю жизнь» с подростками одноименного пола, переходящая во влюбленность, – появляется смутное желание обнимать и целовать подругу, нередко они объясняются в любви, ухаживают, дарят подарки. В то же время увлечение подростками противоположного пола отмечается крайне редко.
Часто женщины-гомосексуалистки в прошлом имели отношения с мужчинами, были замужем, имели детей, но ни у одной из них брак не был счастливым. Именно из-за чувства одиночества, потребности в нежности, ласке многие из таких женщин начинали сексуальные отношения с близкими подругами. Большинство пассивных гомосексуалисток отмечают, что впервые в жизни испытали оргазм или более сильные переживания именно в сексуальных отношениях с женщинами.
Н. Гумилев, один из наиболее тонких и проницательных лириков «Cеребряного века» русской поэзии, в своем стихотворении «Жестокой» показывает контрастность «мужской» и «женской» любви. Любовь мужчины сравнивается с огнем, она требовательна, эгоистична. Один из символов любви между мужчиной и женщиной – птица Феникс, сжигающая себя и возрождающаяся из пепла, и действительно, в этих отношениях всегда присутствует дух соперничества, неосознанное стремление «подавить», «победить» партнера, один из влюбленных всегда сильнее, другой – слабее. Слабее тот, кто больше любит. Две женщины в своей любви – это, прежде всего, сестры, подруги, здесь нет «борьбы противоположностей» – нежные и страстные, сильные и слабые одновременно, они усиливают, обогащают женственность друг друга, их отношения полны красоты и неизъяснимой тайны.
Однако любовные связи между людьми одного пола во все времена вызывали горячие споры: от преклонения, полного принятия до негодования и отрицания их как недопустимого извращения человеческих взаимоотношений. Так, в романе французского просветителя Д. Дидро «Монахиня» (1796) описание лесбийской любви воспринимается как что-то «грязное» и недопустимое. Впечатление усиливается еще и тем, что события разворачиваются в женском монастыре, где должны царить целомудрие и покаяние. Вот в этой атмосфере подавления плоти и разворачивается «любовная трагедия»: настоятельница монастыря пытается склонить к интимной близости юную, даже в мыслях безгрешную послушницу Сюзанну. Приведем описание этой сцены:
«Однако она не уходила и продолжала на меня смотреть. Две слезы скатились из ее глаз.
– Матушка, – воскликнула я, – что с вами? Вы плачете? Как я жалею, что рассказала вам о моих горестях!..
В ту же минуту она закрыла двери, погасила свечу и бросилась ко мне. Она заключила меня в свои объятия, легла рядом со мной поверх одеяла, прижалась лицом к моему лицу и орошала его слезами. Она вздыхала и говорила жалобным и прерывающимся голосом:
– Дорогой друг, пожалейте меня!..
– Матушка, – спросила я, – что с вами? Вы нездоровы? Что нужно сделать?
– Меня трясет, – прошептала она, – я вся дрожу, смертельный холод пронизывает все мое тело.
– Хотите, я встану и уступлю вам свою постель?
– Нет, – сказала она, – вам не нужно вставать, приподнимите немного одеяло, я лягу с вами, согреюсь, и все пройдет.
– Матушка, но ведь это запрещено. Что скажут, если узнают об этом? Духовник несколько раз меня спрашивал, не предлагал ли мне кто-нибудь ночевать со мной, и строго запретил допускать это. Я рассказала ему о том, как вы ласкали меня, – я ведь ничего дурного в этом не вижу, – но он совсем другого мнения.
– Друг мой, – сказала она, – все спят, и никто не узнает. Я награждаю, и я наказываю, и, что бы ни говорил духовник, я не вижу дурного в том, что подруга пускает к себе подругу, которую охватило беспокойство. Я только минутку погреюсь и уйду. Дайте мне руку.
