Либо они здесь что-то достроили, либо изначально не посвящали во все архитектурные планы. Длинные коридоры уходили в разные стороны. По правую и левую руку располагались отдельные комнаты. Одни из них были совсем крохотные с аккуратно расставленными швабрами, ведрами и другими моющими оборудованием. Другие — громадные залы с напичканной техникой, многочисленными столами, с стоящими на них компьютерами, принтерами и прочим железом. Но самое странное было в том, что нам не попалась ни одна живая душа. Казалось, обитающие люди вымерли или же разом пропали, что ника не могло соответствовать действительности. Обычно здесь трудилось несколько смен оперативников, где-то около сотни в каждой. Ночью, конечно, не было так многолюдно, как днем, но все равно, база походила на неторопливо копошащийся улей, медленно готовящейся ко сну. Представить себе такое, что во всем строении не осталось ни одного человека — было просто не реально.
— Дань, я есть хочу! — прошептала Карина.
Девушка реально тормозила наше передвижение. Еще не оправившаяся от побоев и мучений, она не могла сравниться со мной в скорости. Поэтому приходилось тащиться как черепаха.
— Потерпи еще чуть-чуть. Скоро все будет.
Я оставил тщетные попытки найти Кирилла и выбить у него местонахождение дочерей. В связи с неожиданно свалившейся «ношей» это стало весьма проблематично. Тем более не зная детального плана местности не стоило соваться в осиное гнездо. Видимо вышестоящее руководство, в свое время сообщило не все тонкости своим подчиненным.
Следующие сто метров дались крайне тяжело. Нарастало щемящее чувство опасности. Мы проходили мимо длинных столов, заставленных всевозможными инструментами, металлических шкафов и деревянных ящиков, нагроможденных друг на друга. На стенах висели плакаты со всевозможными видами диаграмм, планов и чертежей неизвестных построек.
Карина все больше бледнела. Ее руки стали трястись и увлажняться. Вполне вероятно, ей вкололи какую-то муть, дабы испробовать на подопытной новую разработку какого-то вещества. «Гады!» Ее состояние менялось на глазах. Девушка остановилась, оперлась о стену и стала медленно оседать на пол. Ее зрачки расширились, тело стало пробивать дрожь, из горла вырывались непонятные хрипы и ее вырвало какой-то серой дрянью.
— Карина, милая, что с тобой?
Меня стала накрывать паника. Неизвестное вещество (а то, что это именно вещество, насильно влитое в организм — не вызывало сомнений) выходящее из ее желудка с водой слизью на время немало смутило меня. Я не знал что делать и ка с этим бороться. Припоганейшая ситуация, не сулящая ничего хорошего. На уроках диверсионной химии мы проходили много веществ, способных спровоцировать подобные явления, но и о противоядиях нам говорилось не мало. Сейчас же, даже имея знания о веществах, находящихся в организме девушки, я бы не сумел ничего предпринять. Чужая среда, отсутствие нужных предметов сводили на ноль ее шансы выжить.
— Держись, только не умирай!
Подняв невесомое тело девушки, я прошел с ней на руках еще сотню метров и тут открылось то, почему вокруг стояла мертвая тишина и не наблюдалось ни одного движения. Двери многих из примыкающих к коридору комнат стали открываться и оттуда выходили люди. Кто-то в штатском, кто-то в форме охраны, бойца СОБР или полиции.
Меня зажали в ловушку. «Десятка три-четыре», — пронеслось в голове. Без девушки на руках еще можно было бы как-нибудь попробовать прорваться, затаиться и по-немногу попытаться пробираться к выходу (еще бы знать, где его искать), вырезая особо ретивых оперативников, но ситуация для меня сложилась патовая. И тут, чтобы попытаться добить мое подсознание, включился динамик:
— Данила Игнатьевич, я рад приветствовать тебя в нашем отделе лабораторных исследований!
Голос принадлежал Кириллу Антоновичу. «Так вот оно что! Значит изначально планировалась подобная шахматная партия, а охрана на входе оказалась разменной монетой. Но для чего они ждали, пока я не заберусь вглубь их муравейника? Неужели и на мне пытаются ставить свои опыты?»
— Данила Игнатьевич, вы оказались весьма скользкой личностью. Мы многих потеряли, пытаясь остановить вас. Нехорошо использовать свое умение против того, кто обучил этому умению. Но нет ничего лучше, чем смотреть на поражение своего противника. Вы потрудились на славу, ища Веронику и Киру и заслуживаете моего восхищения, но все-таки зря старались. Их здесь нет и никогда не было. Жаль расстраивать и говорить о проигрыше, но это так. Вы даже свою подружку не смогли уберечь, что уже говорить о семье…
Последнее произнесенное им слово вырвало меня из окутывающей, подбирающейся к самому горлу, пустоте. «Три десятка? Да хоть сотня!»
Я удобнее перехватил Карину и со всей силы ударил ногой в ближайшую дверь. Ничего! Она даже не шевельнулась. Видимо магнитный замок хорошо ее блокировал. Наугад подошел к другой — такая же ситуация. Только с третьей попытки мне удалось выбить одну из немногих оставшихся и вбежать туда не особо заботясь куда попал.
Складское помещение встретило нас темнотой и нагромождением огромных ящиков, коробок и металлических контейнеров. Ни единой живой души не оказалось. Пробежав его насквозь и выйдя с противоположной стороны, мы вновь попали в очередной коридор. Там уже были люди. Завидев нас, они пошли навстречу.
Голос Кирилла все еще говорил через динамики. Он не возмущался, не кричал, а лишь повествовал о какой-то закономерности «Системы» и человеческих ценностях, расплодившихся гадах, перенаселении земного шара, очищении от слабых и немощных… Слушал я его в пол уха. Меня больше заботило наше собственное выживание. В том, что нас загоняли в ловушку, не было никакого сомнения. Оперативники не нападали, не стреляли, а лишь массовостью давили на подсознание, словно говоря: «все равно вам некуда бежать, так или иначе вы неминуемо попадетесь, выходя отсюда для вас не будет никогда».
Мы проходили различные помещения, порой даже не обращая внимание на внутреннюю обстановку. Карина на моих руках обмякла и я молил Бога, чтобы она выжила.
Щелчок магнитного замка за спиной заставил обернуться. Похоже оперативникам удалось «провести» нас в нужное для них место. Помещение оказалось сравни целого ангара. Прямоугольная площадка в полсотни квадратных метров оканчивалась повалом и тремя металлическими мостами, шириной в метр. Под постами находились многочисленные цистерны с булькающей жидкостью. Она варилась, кипела и в каждой емкости была строго определенного цвета. Что за алхимию здесь развел Кирилл Антонович оставалось неизвестным, да и не интересным для нашей плачевной ситуации.
Бережно положив Карину у края пропасти, я, для убедительности, проверил дверь, дернув за ручку и понял, что услышанный мною звук оказался верным предположением. Тем не менее, как нас здесь заблокировали, так с легкостью могли и ворваться вовнутрь. Пульт управления магнитными замками находился непосредственно в кабинете у
