свадьба, а после нее, по все видимости, медовый месяц.
— Денис, что еще осталось?
— Окружающий мир… там аппликацию клеить надо.
Я тяжело вздыхаю, это просто издевательство над родителями. Не представляю, как бы я справлялась, будь у меня два ребенка, а не один.
— Тащи, будем клеить…
Звонок моего мобильника поднимает меня со стула, на котором я каждый вечер насиживаю себе геморрой. Телефон находится в кармане пальто. Света звонит. Давно мы с ней не разговаривали. У нее закрутился роман с тем самым Артуром, и ей стало, мягко говоря, не до меня.
— Привет, Светик.
— Привет, подруга. Удобно говорить?
— Да… — начало разговора меня немного настораживает, — что — то случилось?
— Да нет, с чего ты взяла?..
— Я уж думала, ты на свадьбу меня пригласить хочешь… — шучу я.
— Возможно… летом… если не поубиваем друг друга до этого… — смеется в ответ.
— Летом? — переспрашиваю я, — он сделал тебе предложение?
— Нет, это только в моих планах… он пока о них ничего не знает, — таинственно произносит она, — У вас как дела? Что с тем бутиком?
— На днях откроемся.
— Да ладно! Поздравляю! — восклицает она, тут же замолкая на несколько секунд, — Кать, я, собственно, чего звоню — то…
— Говори… — значит, интуиция меня не подвела.
Закрываю дверь в комнату Дениса, ощущая, как по спине пробежался еле ощутимый холодок.
— Ты знаешь, как я люблю всякие там модные журнальчики… — начинает она.
Знаю, конечно, как она ревностно следит за светскими новостями и личной жизнью звезд. Знает, кто с кем, где и когда. Какой у кого доход, кто сделал себе грудь, а кто попу… Короче, у меня иногда складывается ощущение, что все эти знаменитости ее близкие родственники, в жизни которых она принимает непосредственное участие. И что, с ней и только с ней они делятся своими секретами.
— Знаю…
— Так вот… — продолжительно выдыхает в трубку, — в одном из журналов я случайно кое — что увидела, вернее, кое — кого… — добавляет она, — я тебе сейчас скрин скину, а ты глянешь…
— Хорошо… — говорю одними губами, не задумываясь, что Света меня не слышит.
— Катя…
— Хорошо, говорю… — громче повторяю я.
— Только пообещай, что не будешь плакать… Окей? — говорит Света встревоженно. А у меня уже руки трясутся, потому что я точно знаю, кого именно она там увидела.
— Обещаю…
Глава 42
Спустя двадцать секунд экран телефона освещается входящим сообщением. Жму трясущимся пальцем и впиваюсь взглядом в открывшееся фото. Осознание того, что я вижу, бьет точным ударом прямо в грудь.
Андрей… Мой Андрей идет по красной дорожке, держа за руку неземной красоты девушку. И подпись под фото — «Миллиардер, владелец DGT company Андрей Орловский с супругой Викторией»
С супругой?! С какой еще супругой?! Как так?! Зажимаю рукой рот, пытаясь остановить рвущееся наружу рыдание. Такой слабости я себе позволить больше не могу — дома сын.
— Мам, пойдем клеить. Я уже все вырезал…
— Сынок, сможешь сам сделать? — улыбаюсь через силу, больно закусив нижнюю губу, чтоб Денис не увидел, как она дрожит.
— Смогу… мама, ты плачешь?.. — смотрит не по-детски проницательно.
— Нет, конечно! С чего мне плакать… — улыбаюсь еще усерднее, — просто немного голова болит… на работе устала…
— Ааа, — кивает он.
— Иди, делай Окружающий, а я мусор вынесу… хорошо?
— Будет сделано, командир! — отдает честь и, громко хлопнув дверью, исчезает в своей комнате.
Вынести мусор — естественно, предлог. Там еще и половины мешка не набралось. Просто захотелось пройтись, хлебнуть холодного воздуха, чтобы унять жжение в груди и остудить лицо.
На улице непривычно тихо и даже тепло. Ни единого дуновения ветра. Как затишье перед бурей. Вспоминаю, что, да… на завтра передали штормовое с усилением ветра и, возможно, снег. Жаль, что не сегодня…
Закидываю мешок в мусорный бак, захожу на детскую площадку и усаживаюсь на качели. Из кармана куртки доносится звук входящего сообщения.
«Ну, как тебе?! Еще одно доказательство того, что все мужики козлы».
«Ага, мудак редкостный» — отвечаю так, чтобы Свете не пришло в голову меня жалеть, ну, и чтобы побыстрее от нее отделаться.
Не могу удержаться, чтобы снова не открыть это злосчастное фото. Приближаю его лицо, всматриваясь в любимые черты. Он все такой же. Жесткий взгляд, ровная линия губ, ни тени улыбки. Смотрит прямо перед собой. Пиджак застегнут по моде на две пуговицы. Одна рука в кармане брюк, в другой — ладонь спутницы. Супруги — поправляю себя, сглатывая болезненный ком.
Перевожу взгляд на нее. Ооо, тут есть на что посмотреть. Яркая брюнетка с длинными волосами (вы, значит, господин Орловский, брюнеток предпочитаете…), золотое платье в пол, бретели — ниточки, экстремально низкое декольте. Такое надо уметь носить. Я не умею.
Приближаю ее лицо… Все сделано, как надо: губы, скулы, брови, ресницы. Шикарно, дорого, красиво, достойно ЕГО. Именно так и должна выглядеть женщина Орловского.
Кто он у нас там? Опускаю взгляд к подписи под фото. Что?! Миллиардер?! Владелец компании?! При первом прочтении мозг выхватил наиболее значимое для меня слово — СУПРУГА, все остальное прошло мимо.
По логике вещей, мне должно быть все равно, но открывшаяся правда сильно ранит мое самолюбие. Если я еще и смогу понять, почему он наврал мне про жену, но про работу… Зачем?! Для чего?! Самое обидное, что я перед ним душу наизнанку вывернула, всю подноготную рассказала, а из него приходилось клещами вытаскивать факты его личной жизни, и те оказались фальшивками.
Тру руками лицо, с удивлением замечая, что оно мокрое. Со злостью растираю влагу перчаткой, наверное, вместе с тушью. Все, не будет больше никаких слез. Хватит, чувствую себя полнейшей дурой. К н и г о е д . нет
Разочарование отодвигает все остальные чувства на задний план. Женатый олигарх приезжает на Ангилью по делам и решает совместить приятное с полезным, цепанув наивную провинциалку. А про миллиарды свои решил не говорить, чтобы подарков дорогих не клянчила. Точно!
Я же на него как на божество смотрела. Чуть ли не молилась. Такой безупречный… А он жене рога наставлял. И Кристина эта… С ней, получается, он тоже жене изменял?
Открываю еще раз фото, вглядываясь в женский силуэт. Как такой можно изменять?! Она же… в общем, мне до нее, как до луны пешком… У них ведь и ребенок, наверное, есть. Он говорил про сына. Хотя, может и соврал…
От тягостных мыслей отвлекает свет фар въезжающего во двор автомобиля. Дышу в замерзшие ладошки и соскакиваю с холодной качели. Пересекаю площадку и останавливаюсь прямо
