финала.
Ночью, впервые за последние дни я не вижу никаких снов.
Просто сплю. Спокойно, будто вернулась в раннее детство, где вокруг все было безопасным и простым.
Не просыпаюсь, чтобы проверить Вику. Не прислушиваюсь сквозь сон к звукам за дверью. Не вздрагиваю.
Объятия Лео действуют на нервы как самое лучшее лекарство от тревог. Его аромат стирает из памяти все проблемы, а тепло сильного мускулистого тела заставляет забыть, почему мне было так одиноко последние пять лет.
В этом маленьком личном раю настолько хорошо, что даже утром не хочется отлипать от бока Рауде.
Закрыв глаза, я наивно пытаюсь представить целую жизнь в таких объятиях. Слушаю биение его сердца. И покрываюсь мурашками от ласковых поцелуев в шею.
— Ты совсем не умеешь притворяться, — хрипит он на ухо, медленно раздвигая мои ноги.
— Тебе это не мешает. — Выгибаюсь ему навстречу.
— Хочу просыпаться в тебе. И засыпать. Каждое утро и каждую ночь.
Лео вставляет в меня два пальца. Размазывает влагу по клитору и плавно проталкивает член на всю глубину.
— Нереальные фантазии для женатого мужчины, — выдыхаю со стоном.
— Это ненадолго.
Второй толчок намного жёстче. Лео буквально впечатывает меня грудью в матрас.
— Вчера один умник уже учил меня не верить всяким продюсерам.
Приподняв бедра, позволяю ему входить ещё глубже.
— Я больше никогда не буду твоим продюсером. Никакой общей работы! — ускоряясь, рычит Лео.
— Значит, только секс?
Двигаюсь навстречу. Насаживаюсь на его член, как равная.
— Только… Все! — уточняет этот нахал и начинает трахать меня с такой скоростью, что вместо слов могу лишь стонать.
***
Словно одной близости нам мало, в душ тоже идём вместе. Расслабленная оргазмом, я позволяю Лео нанести шампунь на мои волосы, вспенить его и растереть мягкой мочалкой все тело.
Небалованная таким спа, я не сопротивляюсь, когда он подхватывает меня под попу и, прижав спиной к стене, опускает на член.
— Ты словно решил наверстать все прошедшие годы. — Бесстыже слизываю теплую каплю с его шеи.
— Пока тебе лучше не знать, что я решил. — Лео улыбается. Дерзко, как мальчишка, задумавший что-то безумное. Позволяет мне привыкнуть к новой позе, прочувствовать каждый его сантиметр.
— А вот пугать не нужно. Хватает специалистов кроме тебя. — Отдаваясь на волю этой безумной стихии, я оплетаю Лео руками и кладу голову на плечо.
— Не буду. Никогда больше! И другим не позволю.
Будто решил окончательно расплавить мои несчастные извилины, Лео включает вместо лейки тропический душ. Закрывает рот своими губами. И под водопадом горячих струй отправляет меня в рай.
***
Второй оргазм за утро делает то, что не смог первый. Я напрочь забываю обо всех проблемах и планах на день. Вымотанная, я зеваю во время завтрака и чуть не пропускаю интервью Гриши.
Когда прихожу в себя, передача уже начинается, и мой бывший агент вот-вот должен появиться на сцене.
— Может, лучше не будем ничего смотреть? — Я трусливо отворачиваясь от телевизора. — Не хочу слышать, как он рассказывает обо мне всякие гадости.
Жестом прошу Марину увести куда-нибудь Вику.
— Как хочешь. А я с удовольствием посмотрю. — Лео как-то подозрительно ухмыляется и хлопает по сиденью дивана рядом с собой.
— О тебе он тоже расскажет! — охлаждаю этого бесстрашного мужчину.
— Обязательно. — Кивает он. — И о тебе, и обо мне, и о Вике.
Рауде даже не пытается изобразить испуг. Спокоен как удав.
— Имей совесть! — Толкаю его в бок. — Не нужно так демонстративно радоваться моему позору.
— Иметь я предпочитаю тебя, — шепчет на ухо этот нахал. — А что касается позора…
Не договоров, Лео добавляет на телевизоре громкость. И я удивлённо раскрываю рот, услышав первые слова Каткова.
Глава 44. Звезда
Ева
— Ева Лаврентьева — настоящий бриллиант шоу-бизнеса. Я очень рад, что мне выпала честь работать с такой звездой. От всей души желаю ей успеха и популярности, — произносит на камеру бледный как мел Гриша.
— А как же ваше прежнее заявление о ее ребенке? — Ведущий с трудом скрывает удивление. На высоком припудренном лбу отчетливо читается: «Какого хрена?» и «Что он несет?»
— Вы… что-то путаете. Я не делал никаких заявлений.
Катков тяжело сглатывает и бледнеет еще сильнее.
— Но совсем недавно в одной из соцсетей вы опубликовали видеозапись, в которой говорили, что Лаврентьева обманула вас при заключении контракта. И в целом совместная работа была… Как бы это помягче выразиться? — Ведущий задумывается. — Сложной.
— А, вы об этом? — Гриша оттягивает ворот рубашки. — Не думал, что те мои слова получат огласку. Я, можно сказать, вообще в тот момент не думал.
— То есть? Такое обвинение, и вы не думали?
Глаза ведущего, кажется, вот-вот выпадут из орбит.
— Перед этим у меня была тяжелая ночь. Много алкоголя, сложных переговоров и прочего. Утром я с трудом соображал и наговорил лишнего.
— Странно… на видео вы не кажетесь пьяным.
— Пить и казаться трезвым это профессиональный навык любого специалиста в сфере шоу-бизнеса. — Катков суетливо поправляет галстук и с такой надеждой смотрит в камеру, словно старается убедить кого-то конкретного.
— В таком случае… сегодня вы здесь, чтобы рассказать о таланте и невероятном голосе своей подопечной?
Будто понял, что его собеседник больше ни на что не годен, ведущий фактически подкидывает ему готовый ответ.
— Да-а… — Гриша выпрямляет спину. — Ева Лаврентьева состоявшаяся отечественная суперзвезда. А в самом ближайшем будущем, я уверен, ее ждет еще большая слава.
Последние фразы он чеканит, как заранее заготовленный текст. Мне даже вспоминаются детские новогодние утренники, где перепуганные мальчишки, заикаясь, читали стихи Деду Морозу.
Не в силах больше смотреть на это самоистязание, я выключаю телевизор и оборачиваюсь к Рауде.
— Ты не досмотрела! — Качает головой Лео.
— Ты? Это все ты?! — Забираюсь к нему на колени и целую в обе щеки.
— Там, кстати, Гриша только начал. Скоро он расскажет, как сильно сожалеет, что ты выбрала другого агента. А потом передаст тебе и Вике приветы.
— Как тебе это удалось? Он даже за деньги не стал бы рассказывать о пьянстве. И уж точно ни за что не признался бы, что кого-то оболгал.
Одних поцелуев в щеки мне мало. Убедившись, что дочь ушла в другую комнату, я целую Лео в губы. Вкладываю в эту ласку весь свой восторг и всю душу. Возбуждаюсь так, будто не было две ночи никакого секса.
— Я бы ни за что не стал платить деньги за опровержение, — сознается Рауде.
— Тогда… как это получилось? Как ты его убедил? Только не говори, что это твой очередной секрет, и мы поговорим об этом
