Он повернулся и, быстро двигаясь, направился вниз по Десятой улице. Он просто должен был выяснить, что его тянуло, словно магнитом, словно сигналом самонаведения.
— Бутч? Ты куда, коп?
Когда Ви схватил его за руку, тот вырвался и перешел на бег, чувствуя себя будто на конце веревки, которую что-то тянуло.
Он смутно осознавал, что Ви бежал вслед за ним, что-то говоря по телефону.
— Рейдж? У меня тут проблема. Десятая улица. Нет, это Бутч.
Бутч бежал на максимальной скорости, кашемировое пальто развивалось за ним. Когда огромное тело Рейджа появилось на его пути из ниоткуда, он резко дернулся чтобы обогнуть его.
Рейдж выпрыгнул прямо на его пути.
— Бутч, куда ты прешь?
Когда Брат схватил его, Бутч отпихнул Рейджа так сильно, что парень отлетел к кирпичной стене.
— Не трогай меня!
Спустя двести ярдов он нашел то, что его манило: трое лессеров выходили из переулка.
Бутч замер. Лессеры остановились. Наступил ошеломляющий момент близости, вызвавшей слезы на глаза Бутча, когда он распознал в них то, что было внутри него.
— Ты новобранец? — спросил один из них.
— Конечно, да, — сказал другой. — Ты пропустил сегодняшнюю проверку, кретин.
Нет… нет… о Боже, нет…
Трое убийц синхронно выглянули из-за его плеча на Рейджа и Ви, выходящих из-за угла. Лессеры приготовились к атаке, принимая боевые стойки, поднимая руки.
Бутч сделал шаг по направлению к тройке. Потом еще один.
— Бутч… — Раздавшийся голос сзади принадлежал Вишесу. — Господи… нет.
Глава 13
Джон обернулся кругом и снова закрыл глаза. Нырнув в потертое, уродливое, зеленое, цвета авокадо кресло, он ощущал Тора каждым своим вдохом. Дизайнерский кошмар был любимой вещью Брата и сиденьем «non grata» Велси. Удаляясь в свой офис в тренировочном центре, Тор часами занимался административной работой, пока Джон упражнялся.
Джон использовал кресло в качестве кровати с самого убийства.
Разозленный, он свернулся так, что рука обхватывала ноги, а голова и плечи уперлись в верхнюю половину кресла. Он зажмурил глаза еще сильнее и молил о малейшем отдыхе. Проблема была в том, что его кровь жужжала в венах, а голова шла кругом от абсолютно незначительной, повседневной ерунды.
Боже, занятия закончились два часа назад, а он продолжил заниматься даже после того, как ушли ученики. Плюс, он плохо спал в течение недели. Можно подумать, сейчас он отрубится.
Опять-таки, он до сих пор бесился из-за Лэша. Вчера этот сукин сын крутился около него перед всем классом. Черт, Джон ненавидел этого парня. На самом деле. Этого заносчивого, богатенького, брезгливого…
— Открой глаза, парень. Я знаю, что ты не спишь.
Джон вздрогнул всем телом и почти приземлился на пол. Когда он вернулся на место, то увидел в дверном проеме Зейдиста, одетого, как обычно, в черную водолазку и свободные штаны.
Выражение на лице Воина было таким же жестким, как и его тело.
— Слушай внимательно, потому что повторять я не собираюсь.
Джон сжал ручки кресла. У него возникло чувство, что он знает, о чем пойдет речь.
— Не хочешь идти к Хэйверсу, отлично. Но прекрати это дерьмо. Ты пропускаешь трапезы, выглядишь так, будто не спал который день, и твое отношение начинает меня, мать твою, раздражать.
Даа, не похоже на беседы в стиле «родитель/учитель», которые с ним раньше проводили. И он плохо воспринимал критику: раздражение нарастало в его груди.
Зед указал пальцем через всю комнату.
— Ты перестанешь замечать Лэша. Ясно? Оставь придурка в покое. И впредь, ты будешь приходить на обед в особняк.
Джон нахмурился, и потянулся за блокнотом, чтобы убедиться, что Зед поймет, что он хочет сказать.
— Забудь об ответах, мальчик. Мне не интересно. — Когда Джон начал откровенно злиться, Зед улыбнулся, обнажая гигантские клыки. — И хорошенько подумай, прежде чем встать на моем пути, ага?
Джон отвел взгляд, осознавая, что Брат сломает его пополам без малейшего усилия. И еще больше взбесился из-за этого.
— Ты прекратишь это с Лэшем, сечешь? Не заставляй меня вмешиваться в ваши разборки. Никому из вас это не понравится. Кивни, и я буду знать, что ты понял.
Джон кивнул, чувствуя стыд. Злость. Истощение.
Подавив всю агрессию внутри себя, он громко выдохнул и потер глаза. Боже, он всегда был таким сдержанным, может, даже скромным. Почему же в последнее время его все раздражает?
— Ты приближаешься к изменению. Вот причина этому.
Джон медленно поднял голову. Он только что это слышал, так?
Я? Показал он жестами.
— Да. Вот почему необходимо, чтобы ты научился себя контролировать. Если ты пройдешь превращение, то перейдешь на другую сторону с телом, способным к таким вещам, что ты не удержишься на ногах. Я говорю сейчас о грубой физической силе. Звериной силе. Такой, что может убивать. Ты думаешь, у тебя сейчас проблемы? Подожди, пока тебе не придется иметь дело с другой ношей. Тебе нужно научиться контролю сейчас.
Зейдист отвернулся, но потом замер и взглянул из-за плеча. Свет упал на его шрам, пробегающий по всему лицу и задевающий верхнюю губу.
— И последнее. Тебе нужно с кем-нибудь поговорить? Насчет… дерьма?
Ага, точно, подумал Джон. Он обратится к Хэйверсу еще раз, только через свой труп.
Вот почему он отказывается ходить на осмотр. В последний раз он повздорил с терапевтом расы, и парень вымогательством заставил его идти на сеанс психотерапии против его воли, и он точно не собирался повторять это час с Доктором Филом. Со всем, что происходит в последнее время, он не станет опять лезть в прошлое, так что единственная причина, по которой он еще раз попадет в клинику — только если будет истекать кровью.
— Джон? Хочешь с кем-нибудь поговорить? — Когда он покачал головой, Зед нахмурился. — Отлично. Но ты усек насчет себя и Лэша, так?
Джон посмотрел вниз и кивнул.
— Хорошо. А сейчас тащи свою задницу прямо в дом. Фритц приготовил тебе ужин, и я посмотрю, как ты его съешь. И ты съешь его целиком. Тебе нужно быть сильным для превращения.
Бутч подошел ближе к убийцам, но они совсем ему не угрожали. Скорее, они были даже раздражены, словно он отлынивал от работы.
— Позади тебя, тупица, — сказал тот, что в середине. — Твоя цель позади тебя. Два Брата.
Он обошел лессеров кругом, инстинктивно считывая их отпечатки. Он почуял, что самый высокий был посвящен в лессеры примерно в прошлом году: в нем до сих пор остался след человека, хотя Бутч понятия не имел, откуда он это знал. Двое других были намного дольше в Обществе, и он был уверен в этом не потому, что их кожа и волосы выцвели.
