Читаем без скачивания Водоворот приключений (СИ) - Петриков Денис Юрьевич

Поразмыслив над ситуацией, он пришёл к выводу, что в целом ничего сверхъестественного не произошло. Машенька, несмотря на некоторую детскость, девушка совершеннолетняя. Мужская часть демонят парни приличные, отчего, к гадалке не ходи, всё происходило по обоюдному согласию. Да и Кара любое непотребство пресекла бы немедленно. А то, что Юру в известность не поставили, так чужие отношения, собственно, не его дело.

Далее же вмешались обстоятельства, из-за которых миг расставания вышел горьким и даже слегка подлым…

Они знали на что шли.

«Вот же засранец членистоногий», - про себя матюгнул Юра демонёнка, прикидывая какие ещё моменты он пропустил, пребывая в круговерти приключений.

А может ну её, ситуацию? Пусть другие разбираются…

Прикинув, что других в общем-то и не осталось, молодой человек одарил Хрюшу страдальческим взглядом, после чего ступил на ведущую в дом короткую лесенку.

Что, спрашивается, за подстава такая? Шуры-муры крутил один мужчина, а гнев брошенной женщины приходится принимать другому. Притом имелось подозрение, что успокаивать ему предстоит вовсе не Машеньку. И в этом, строго говоря, крылась немалая проблема.

***

Когда-то давно, хотя с другой стороны относительно недавно, у Юры была конста. Она, конечно, была у него не одна, но конкретно сейчас он вспоминал последнюю. В той консте с ними бегала девочка Лена. Так уж получилось, что до знакомства с Леной, стоит отметить исключительно виртуального, все женщины делились для Юры на три типа – мама, фигуристые героини порнороликов и странные, завезённые с другой планеты создания противоположного пола, с которыми он учился в школе.

Безусловно, имелось и множество других «видов» женщин, но с ними Юра-задрот соприкасался мало, отчего они для него как бы и не существовали.

На примере же пряморукой хилершы Лены, молодой человек не без удивления обнаружил, что женщины (не считая матери) это не только «говорящие лошадки», но и существа со своим мнением, чувствами и желаниями. Более того, они, о боже мой, местами даже люди…

И уже тогда, в его разум закралось определённое подозрение, что женщины и мужчины мыслят и воспринимают мир сильно по-разному. Ясности в данный вопрос внёс один из мамкиных хахалей, один из немногих «папазаменителей», с которым Юра ладил.

На прозвучавшее из телевизора заявление, что очередной страдающий «не в своём теле мальчик» при помощи хирургов стал девочкой, Станислав Дмитрич, так звали хахаля, посмеялся и заявил, что пока не научатся делать серьёзных операций на мозге, что ты там не подшивай, мальчик останется мальчиком, а девочка девочкой. Ибо нечего дурить природу, ведь мозг, да и гормональная система заодно, работает у противоположного пола сильно по-другому.

Это всё к тому, что даже при своём довольно скромном опыте общения с женщинами, Юра понимал, что взывать к логике и разуму дело малоперспективное. Но тут же, на примере Эриты и своей матери не забывал, что женщина местами существо исключительно практичное и расчётливое.

Итогом имеющегося опыта стало то, что, поднявшись на второй этаж, он несколько минут стоял у двери, дожидаясь, когда грохот за ней утихнет. Наконец с той стороны перестали бить посуду и ломать мебель, а начали посапывать, похлюпывать, после чего откровенно разрыдались.

«Помнится мама говорила, что она не только любила отца, но и он был у неё первым мужчиной», - подумал Юра и осторожно приоткрыл ведущую на мансарду дверь.

Везло. На его счастье, Ашам, разгромив помещение, отправилась на отдых. На полу, среди разбросанной одежды, битой посуды и поломанной мебели, тихо хныкала Машенька.

Зайдя внутрь, Юра встал у стены и, изображая сочувственное безразличие, принялся дожидаться нужного момента. Девушка, получив внешнего наблюдателя своего горя, заревела ещё громче, но как-то неуверенно, словно какая-то её часть была раздосадована, что наблюдатель не льёт на израненную душу утешения, а безучастно стоит словно последний истукан.

Стоило объекту слегка выплакаться, как молодой человек акт утешения начал. И начал, открывая в себе немалый психологический талант, с откровенной лапши:

- Когда фракционное противостояние закончится, вы обязательно встретитесь вновь. Гис очень ответственный молодой человек и то, что он был вынужден вот так вот, без объяснений и прощаний уйти, показывает, насколько ему было тяжело. Находись ты рядом, расстаться скорее всего не вышло бы, а расстаться, к великому сожалению, следовало…

- Правда?.. – хлюпнув носом, поинтересовалась Машенька.

- Ну конечно! – с убедительностью 100 уровня заявил молодой человек, после чего, пользуясь тем, что объект утешений готов проглотить любую дающую надежду информацию, принялся рассказывать девушке о том, что множество демонов присоединились к Серой фракции и что демонята приняли решение со своими не воевать. А так как Гис является членом одобренной Хранителями команды, право голоса у него имелось, но голос этот явно оказался в меньшинстве.

- Он даже записки не оставил, - слегка успокоившись, возмущённо всхлипнула Машенька.

- Да быть такого не может! – театрально всплеснул руками Юра, после чего отправился на первый этаж, который был разделён на пару спален, гостиную с камином и небольшое банное помещение. Записка нашлась на столе в гостиной. И даже не одна, а две. Одна была подписана «Юре», вторая, в заклеенном конверте, «Маше».

Взяв обе, попаданец вернулся на мансарду, торжественно вручил девушке конверт, после чего развернулся и спустившись по лестнице, дом покинул. Заглянет через часок. За это время большую часть работы по утешению должен сделать сам мечтательный женский разум.

- Вы это, - остановившись на улице, обратился Юра к смотрящим на него с благоговением Хрюше и гоблинам, - если истерика продолжится, пошлите за мной. Я к Аринтону.

- А должна продолжиться? – осторожно поинтересовался Хрюша.

- Зависит от литературных способностей одного членистоногого демона, - пожал плечами Юра, добавив: – Но я отчего-то уверен, что всё будет хорошо.

По пути к следующей цели, молодой человек прочитал адресованную ему записку, из которой, по сути, не узнал ничего нового. Аккуратный почерк Они повторил ему всё то, о чём он, собственно, только что рассказал Маше. Вскрылась, однако, одна оправдывающая союзников подробность. Система «пригрозила» выдать им какое-то не сильно доброе задание, как раз связанное с Серой фракцией и с присоединившимися к ней демонами. Как итог, демонята решили валить из зоны фракционного противостояния незамедлительно.

Подойдя к штабу, Юра осознал одну неоднозначную вещь: штаб охранялся. До текущего дня охрана отсутствовала, ведь особой надобности в ней не имелось. Ну а зачем? Здание штаба находится внутри хорошо охраняемого периметра, и, чтобы получить к нему доступ, необходимо пройти несколько постов с далеко неглупыми и толково подобранными гоблинами. И это если отбросить факт, что лично Аринтон – самый сильный монстр фракции.

Так почему дежурившие у входа и шатающиеся вокруг здания небольшими группками гоблины появились именно сейчас?

Боевой опыт и знание ситуации подсказали, что, девять из десяти, охраняющие здание монстры заточены на обнаружение невидимости и скрытого проникновения. И они не столько защита, сколько дополнительное кольцо обнаружения. Мера, призванная заставить возможного врага тратить время и полезные навыки.

«Похоже, скоро если не завертится, то уж точно закрутится», - не очень ясно выразил мысль молодой человек, пусть сам себя при этом прекрасно понял.

Придираться к подошедшему ко входу в здание старшему офицеру в Юрином лице охранники не стали. Оно и понятно, маскироваться необходимо под что-то незаметное, да и подделать системный статус сложно, если вообще возможно.

Отметившись в журнале посещений и узнав у дежурного гремлина, в каком месте находится сейчас Аринтон, молодой человек поднялся на второй этаж, где располагался рабочий кабинет командующего. Утренняя планёрка давно закончилась, поручения были розданы, отчего лидер Зелёной фракции наверняка располагает свободным временем.