— Сзади!
Лелит обернулась, даже не ожидая услышать предупреждение Морганы, и как раз вовремя, чтобы увидеть темную сферу, мчащуюся на нее. Она отскочила в сторону и услышала мучительный, захлебывающийся булькающий крик от клэйвекса, когда обсидиановая сфера взорвалась, попав в его тело. Затем Асдрубаэль Вект настиг ее, его скипетр врезался ей в бок.
Боль была мучительной. Лелит пошатнулась в сторону и упала: каждый нерв в ее теле кричал от боли. Усилием воли ей удалось удержать ножи, и она подняла голову, чтобы увидеть, как Верховный владыка делает шаг к ней с торжествующей усмешкой на лице. Еще шаг…
А Моргана уже летела на него сбоку, обнажив зубы, и ее белые волосы окрасились в розовый цвет крови. Все мечты о том, чтобы стать его королевой, развеялись; Великий суккуб Тринадцатой Ночи услышал, как с мертвых губ Векта сорвался приговор, и она намеревалась в отместку вырезать его лицо. Будь она в полной силе, ей бы это удалось, но она потеряла много крови из раны на шее, и удары, которые она наносила Верховному Владыке, не обладали привычной зыбкой скоростью. Теневое поле Векта замерцало, отбрасывая их в сторону, и он занес Скипетр Темного города, чтобы прихлопнуть ее, как надоедливое летающее насекомое. Моргана вскрикнула и рухнула.
— Нет! — закричала Лелит, вскакивая на ноги. Вект вздрогнул от скорости ее восстановления, а затем исчез, когда его теневое поле активировалось, и Лелит атаковала. Ее ножи отскакивали от тенебристой энергии, словно она пыталась разрезать что-то тугоплавкое, но она продолжала яростно атаковать. Теневые поля не были совершенны, их можно было перегрузить, и Вект знал это не хуже нее. Он ударил по ней, пытаясь повалить ее, прежде чем она успеет сжечь его защиту, но при этом нарушил свою собственную защиту. Лелит молниеносно уклонилась от удара и нанесла удар по его руке.
Вычурные доспехи и бледная плоть расступились перед острием ее клинка, и она перебила Векту запястье. Его теневое поле неуверенно зашипело и распалось, и Лелит на мгновение уловила его удивление — никакой боли, никакого прилива бодрости, он хоть что-то почувствовал? — А потом другой ее клинок оказался у его горла.
Вект поднял подбородок и уставился на нее, не обращая внимания на то, что из его отрубленной конечности на пол течет кровь.
— Лелит.
— Асдрубаэль, — прорычала Лелит, когда острие ее ножа впилось в кожу его шеи. — Было неприятно позволить тебе нанести мне удар, но я должна была как-то отвлечь тебя от твоего трона.
Взгляд Векта на мгновение переместился мимо нее на свое рабочее место, откуда он мог бы выйти в зал, и он фыркнул.
— Понятно. Не так уж ты и невнимательна, оказывается.
— Политика — твое поле боя, Асдрубаэль, — жестко сказала Лелит. — И ты проиграл, как только ступил на мое.
Даже будучи загнанным в угол, Асдрубаэль Вект не выглядел взволнованным. Он смотрел на нее с легким презрением, его мертвенно-черные глаза отражали ее собственное лицо, но не давали ей понять, что происходит за ними.
— Что ж, — сказал он. — Я так рад, что ты не совсем потеряла хватку. — Он поморщился. — Но эта… нежность? Никогда бы не подумал, что Королева ножей может проявить такую слабость. Теперь все знают о твоей уязвимости.
— Слабость? — повторила Лелит. — Да. Да, возможно, так и есть.
Она на мгновение представила, как ее заставляют смотреть, как Моргану расчленяет враг, и тут же отогнала эти мысли. Если обычно такая мысль вызывала легкий интерес, то в данном случае она не вызывала ничего, кроме боли и ярости. Лелит все еще не была до конца уверена, что именно она хочет сделать с Морганой, но, по крайней мере, была уверена, что не потерпит, чтобы ее убили.
— В этом мы с тобой расходимся, — сказала она Векту. — Ты скрываешь свои слабости, чтобы казаться сильным. Я же решила открыть свои, и пусть галактика попробует воспользоваться ими.
— У меня нет слабостей, — заявил Вект, и в его голосе прозвучала такая уверенность, что Лелит на мгновение поверила ему. Она фыркнула и покачала головой.
— К твоему горлу приставлен клинок, а твоя рука лежит на полу. У меня есть к тебе предложение.
Вект приподнял бровь.
— Правда?
— Убери свои когти и не лезь в мои дела, — резко сказала Лелит. — Прекрати эту теневую войну. Если Кабал Черного Сердца захочет взять награду, я уверен, что Культ Раздора с радостью поможет ему за долю трофеев, но я никому не принадлежу. Я прихожу и ухожу, когда мне заблагорассудится, и если я решу помочь Эмиссару в его стремлении пробудить своего бога и уничтожить Ту, Что Жаждет, то это не будет ничьим делом, кроме меня самой.
— Что хочешь сохранить ей жизнь? — насмешливо спросил Вект.
— Вовсе нет, — со злобной улыбкой ответил Лелит. — Если она не может остаться в живых, значит, она плохой вождь, но ее будут защищать мои клинки. А может, и нет. — Выражение ее лица снова стало жестким. — А вот Моргана Натракс… Любое нападение на нее я буду воспринимать как нападение на себя.
Вект вздохнул.
— И с какой стати я должен соглашаться на твои требования?
— Потому что в противном случае я перережу тебе глотку, — резко ответила Лелит. — Я прекрасно понимаю, что это тело может принадлежать не Асдрубаэлю Векту — я знаю, что у тебя есть двойники. Поэтому, как только я перережу это горло, я немедленно отправлюсь на поиски других, которые у тебя могут быть. Я поведу Культ Раздора против Кабала Черного Сердца и не остановлюсь, пока он не будет уничтожен. Я покажу всему Комморрагу, что смею противостоять тебе, и буду публично называть тебя трусом снова и снова, пока ты не встретишься со мной на арене. Друкари любят славу, Асдрубаэль, и я покрываю себя ею каждую ночь, пока ты прячешься в своих тенях и играешь с марионетками. Ты хочешь назвать меня королевой и дать мне пустой титул? Я возьму твою голову и твою корону, стану королевой по правде, и Комморраг примет меня. Он будет поклоняться мне.
Глаза Векта сузились.
— Не говори ерунды. Я знаю, что у тебя нет желания править.
— А если выбор: умереть или жить как твоя игрушка? — спросила Лелит. — Ты загнал меня в угол, Асдрубаэль. Таковы последствия.
Вект несколько долгих мгновений просто смотрел на нее. Затем он поджал губы, и Лелит была уверена, что ей не показалось, что в его глазах мелькнула искра — всего лишь намек.
— Интересно, — произнес Верховный владыка Комморрага, словно ему представили увлекательную головоломку.
— Ты его убьешь или нет? — поинтересовалась Моргана, с трудом поднимаясь на ноги.
Лелит выжидательно подняла брови.
— Ну? Ты все еще можешь играть в эту игру, если отдашь приказ выпустить нас отсюда. Но если я не услышу этого в ближайшие несколько секунд… — Она надавила чуть сильнее. — Я доверюсь своим ножам.
Вект молча смотрел на нее. Лелит услышала тяжелый стук бронированных сапог по мрамору: оставшиеся в зале воины-кабалиты двинулись, чтобы окружить их, и услышала, как Моргана глубоко вздохнула, готовя оружие. Лелит продолжала давить на свой клинок и начала беззвучный обратный отсчет. Она поставила Векту ультиматум, а пустых угроз не бывает.
Три…
Два…
Лицо Векта расплылось в улыбке, широкой и зубастой, такой же непроницаемой, как и все остальные эмоции, которые он когда-либо испытывал. Оно выглядело фальшивым, его лицу нельзя было доверять, а когда все вокруг казалось ложью, любую явную ложь нужно было воспринимать на равных.
— Ах, Лелит! Как хорошо, что ты вернулась. Отставить! — добавил он, повысив голос до характерного хриплого лая, способного уязвить самого высокомерного архонта, и Лелит скорее почувствовал, чем увидел, как приближающиеся фигуры кабалитов опускают оружие.
— Ты приводишь весьма интригующий аргумент, — сказал Вект, как будто они обсуждали вопрос древней философии эльдари, а не то, стоит ли Лелит проливать его кровь. — Я должен как следует обдумать его. А пока… — Он бросил томный взгляд в сторону дверей. Во что бы то ни стало возвращайтесь к своим культам и продолжайте свои игры. Возможно, появится более подходящая кандидатура на роль королевы.
