У него больше не было времени размышлять о состоянии головы француза, ему еще предстоял путь в Каир, и он не был уверен, что не будет новых попыток диверсии. Весь в поту, ненавидя все вокруг — пустыню, жару, солнце, песок — он снова принялся отдавать команды своим людям, в глубине души сочувствуя им: ведь они тоже были вдали от родного сердцу Фатерланда.
А Марион и Инди тем временем притаились за какими-то бочками, наблюдая за арабами, которые в беспорядке носились туда и сюда, и за немцами, грузившими ящик с Ковчегом. Их лица были черные от копоти, но даже под слоем сажи было заметно, что Марион очень бледна и выглядит уставшей.
— Ты провозился с этим фонарем чертову уйму времени, — пожаловалась она.
— Но ведь я все же вытащил тебя оттуда.
— В последний момент, — упрекнула она. — Ты все делаешь в последний момент.
Он взглянул на нее и дотронулся пальцами до ее щеки: пальцы тут же стали черными. Затем снова посмотрел на грузовик.
— Они куда-то увозят Ковчег. Хотел бы я знать — куда.
Мимо них промчалась группа арабов, среди которых, к своему удивлению, Инди заметил Саллу. Он выставил ногу, египтянин споткнулся и упал. Когда он встал, на его губах играла радостная улыбка.
— Инди! Марион! Я уже боялся, что потерял вас.
— Мы тоже, — ответил Инди. — Что случилось?
— Они не обращают на арабов внимания, мой друг, считают, что мы дураки, круглые идиоты; к тому же, я думаю, они с трудом различают нас. Я просто удрал, никто и не заметил.
Тяжело дыша, он скользнул за бочку.
— Уверен, что взрыв— это твоя работа.
— Разумеется.
— Ты, наверное, еще не знаешь, они собираются увезти Ковчег в Каир на грузовике.
— В Каир?
— А из Каира в Берлин.
— Насчет Берлина я не уверен, — сказал Инди. — Не думаю, что Беллок даст им отправить Ковчег в Германию до того, как сам исследует его.
Рядом с грузовиком остановился открытый автомобиль, в который сели Беллок с Дитрихом и вооруженная охрана. Послышался громкий топот— это около десятка солдат забрались в кузов грузовика, где был ящик с Ковчегом.
— Безнадежно, — вздохнула Марион.
Инди не ответил. Смотри и думай, приказал он себе. Думай. Он заметил еще один служебный автомобиль, тоже без верха, на котором сзади был установлен пулемет, там же он увидел стрелка. За рулем этого автомобиля был Гоблер, рядом сидел Арнольд Тохт.
Увидев Тохта, Марион задохнулась от ярости.
— Он — чудовище!
— Остальные не лучше, — возразил Салла.
— Кто бы он ни был, — сказала Марион, — ситуация выглядит все более безнадежной.
Пулемет, вооруженные солдаты, подумал Инди. Но, может быть, все же есть выход, и не стоит пока оставлять надежду.
Машины тронулись с места.
— Мы не должны упустить их.
— И что же нам делать? Бежать за ними вприпрыжку? — спросила Марион.
— Зачем, у меня есть план получше. — Инди поднялся. — Вы, двое, как можно скорее возвращайтесь в Каир и пытайтесь договориться с кем-нибудь, чтобы нас доставили в Англию. Самолетом или кораблем, значения не имеет.
— А почему в Англию? — спросила Марион.
— Там нет фашистов и отсутствует языковой барьер, — ответил Инди и взглянул на Саллу. — Где мы встретимся в Каире?
Салла задумался.
— Ты знаешь, где гараж Омара? — спросил он наконец. — На Змеиной площади.
— Звучит ужасно, зато этого адреса я уж никак не позабуду.
— В старом городе.
— Хорошо, буду там.
Марион встала.
— А ты уверен, что доберешься туда целым и невредимым?
— Не сомневайся, — ответил он, целуя ее.
Она поймала его за руку и спросила:
— Доживу ли я до того времени, когда ты перестанешь наконец бегать от меня?
Но Инди уже умчался, лавируя между бочками.
— Мы можем отправиться на моем грузовике, — предложил Салла. — Доедем медленно, но верно.
Марион не ответила. Она думала об Инди, стараясь понять, что ее привлекает в нем. Нежным любовником его не назовешь, да и вообще, какой он любовник, просто прыгает по ее жизни, словно кузнечик. Так в чем же дело? На некоторые вопросы трудно найти ответ, решила она, лучше и не пытаться.
Когда они с Марион следили за самолетом, Инди обратил внимание, что в одном месте, между взлетно-посадочной полосой и раскопками, к столбам были привязаны несколько лошадей, а две из них — белый арабский скакун и черный — стояли в тени под зеленым тентом. Теперь, расставшись с Марион и Саллой, Инди направился в сторону коней, рассчитывая, что они все еще там. Так и оказалось. Удачный день, решил он.
Осторожно приблизившись к ним, он остановился. Ему уже много лет не приходилось ездить верхом, и сейчас он размышлял о том, верно ли, что если ты научился ездить на лошади, или на велосипеде, то уже никогда не разучишься. Ему хотелось в это верить. Он подошел к черному арабскому жеребцу, тот попятился, фыркая и вздымая копытом песок; белый конь, наоборот, прореагировал на него довольно спокойно. Выбор был сделан, он вскочил на белого жеребца, потянул его за гриву. Конь привстал на дыбы и послушно пошел в ту сторону, куда направил его Инди. Они выехали из-под тента, Инди пришпорил пятками скакуна, и тот понесся через дюны, то опускаясь в ложбины, то переваливая через песчаные хребты. Конь скакал красивым галопом, повинуясь малейшему движению наездника. Инди решил, что нагонит машину на горной дороге, на полпути к Каиру. А потом— потом видно будет.
Неожиданность — великая вещь, решил он и весь отдался погоне.
Караван из машин все выше взбирался по узкой горной дороге, которая петляла среди скал, в отдельных местах подходя к самому краю бездонной пропасти. Не слезая с лошади, Инди сверху наблюдал, как они медленно и упорно ползут вперед. Он старался не забывать об осторожности: у парней в грузовике — этих зомби, одетых в форму — есть винтовки, а с вооруженными людьми всегда необходимо считаться, особенно, если их много, целая маленькая армия, а ты — несмотря на всю свою безрассудную смелость — один, не считая арабского жеребца.
Он направил коня вниз по глинистому склону, покрытому низкорослым кустарником — из-под копыт лошади посыпались камешки, — и выбрался на дорогу как раз за замыкающим колонну автомобилем, очень надеясь, что его не заметят. Пустые надежды.
Его заметили, и сразу же заработал пулемет, пули зарывались в землю прямо у ног его скакуна. Инди направлял коня то в одну, то в другую сторону, издали казалось, что тот исполняет какой-то безумный танец. Горное эхо вторило выстрелам. Инди пришпорил жеребца, заставляя бедное животное идти на пределе возможного, и обогнал автомобиль, успев разглядеть удивленные лица немцев. Стрелок развернул орудие, но пулемет лишь дернулся пару раз и тут же захлебнулся: закончились патроны, а пулеметчик так и не смог попасть во всадника на лошади. Тохт, сидящий рядом с Гоблером, вытащил пистолет, но Инди уже скрылся за едущим впереди грузовиком и скакал рядом с кабиной. Тохт все же выстрелил, и пуля пробила матерчатый верх грузовика.
