отсюда, - заревел вдруг кто-то хриплым голосом.
Огромная волосатая лапища ухватила сразу двух ближайших зэков и отбросила их в сторону. Еще один визгливо хныкая убежал сам.
Толпа продолжала напирать, и тогда волосатый заорал голосом, от которого завибрировали барабанные перепонки.
- Кому сказал стоять?! Я первый!
Зэки поутихли. Только в начале коридора слышался шум драки, вопли и редкие хлопки выстрелов. Там босс и инспектор отбивались от десятка зэков, расстреливая последние патроны.
- Много на себя берешь, Борода, - сказал кто-то гнусаво.
- Сколько могу унести, столько и беру. Не согласен?
Никто не ответил.
Мощные пальцы сомкнулись на горле и подняли ее в воздух.
Валенсия скосила глаза.
На весу ее держал тот самый бородатый из последней камеры. Он снова разглядывал ее, как свою собственность, поворачивая ее в руке то задом, то передом.
- Ох, сука сочная… Вы только поглядите, какая жопа. А дойки? - Он сорвал с нее остатки блузки, поднял повыше и длинно лизнул одну из грудей. Потом до упора всосал сосок, так что Валенсия вскрикнула от боли. – Сладкая.
В толпе на несколько голосов заныли.
- Ша, людоедики. Выебу, отдам. Если, конечно, мой столб ее на куски не разорвет… Хотя тогда тем более отдам. Зачем она мне дохлая? Я ж не вы.
Он шагнул вперед, все также держа ее за горло. Толпа расступилась.
- Пойдем, милая. Будешь мне удовольствие причинять. Если начнешь дрыгаться, я пальчики сожму и у тебя позвоночник лопнет. Так что виси спокойно.
Он подошел к одной из ближайших камер и пинком распахнул решетку.
- Это не твоя камера, Борода, - сказали из толпы. - Это камера Медведя.
- Тебе-то что? Медведя нет. Значит, свободная.
Он задвинул решетку и запер ее согнув толстенный железный прут.
- Ну, что задастая, - поглядел он на Валенсию. – С чего начнем? В ротик завернем иль в жопу запихнем?
Та захрипела, едва дыша от сдавленного пальцами горла.
- Пизда, говоришь? Рисковая девчонка. Пизда так пизда.
Прижавшаяся к решетке толпа заволновалась.
Борода прошел мимо койки вглубь камеры, свернул в полутемный закуток.
- Эй, Борода! – послышалось сзади. – Куда пошел?
- Девочка пи-пи захотела. Ждите, бродяги.
Он опустил ее на пол, и пока она кашляла, пытаясь вздохнуть, кое-как заправил блузку на груди и натянул обратно порванные и спущенные до колен трусы.
- Медведь жив? – шепотом спросил он.
- К-кто? – прохрипела она.
- Медведь. Мужик, которого отправили ваших уродов зачищать, чтобы они тебя не раскрыли.
- Его убили.
Борода помрачнел.
- Жаль, хороший был мужик.
- Кто вы?
- Твоя группа поддержки. Можно сказать, чирлидер. Лезешь ты куда не просят, принцесса. А мы разгребай.
- Я не понимаю!
- А, - хохотнул Борода. – Ты ж ничего не помнишь. Тем лучше для тебя. Хлопай глазами, крути жопкой. Ближе к концу вспомнишь.
- Ваш Медведь меня изнасиловать хотел, - сообщила она.
Он скользнул взглядом по ее фигуре.
- Ну, я его понимаю. Я бы тоже тебя не прочь изнасиловать. Только некогда. Эти упыри скоро догадаются. Так что прыгай живее.
- Куда? – Она обернулась. В полу чернела круглая дыра, откуда явственно несло старым дерьмом. – Туда?!
- Да нет. Глаза разуй.
За дырой на стене виднелась открытая решетка вентиляции.
- Прыгай в вентиляцию. На ближайшей развилке направо. А там увидишь.
Валенсия перепрыгнула дыру, нагнулась, забираясь в вентиляционный короб. Борода уперся ей в ягодицы и протолкнул вперед.
- Эх, жопа у тебя, конечно… Натянуть бы до самых помидоров. Ползи давай, пока не передумал.
Валенсия поползла, упираясь в стенки конечностями.
Борода некоторое время смотрел ей вслед.
Потом взял стоящее рядом ведро и уронил в дыру.
Раздался вязкий тяжелый бултых.
Борода высунул из закутка голову.
- Ого! Бродяги! Вы представляете?! Эта дура, как увидела моего малыша, так сразу в очко сиганула. И с концами. Не знаю, как вы, а я ее из говна доставать не буду. Пусть плавает. Упс! Всё. Утонула.
Глава 12. О пользе вентиляции
Ползти было трудно. На поворотах постоянно застревала задница, а на подъемах приходилось обдирать ногти о шершавую покоробленную жесть.
По сторонам часто встречались работающие вентиляторы. Приходилось прижиматься к стенкам, чтобы под лопасти не засосало последние обрывки одежды.
Первая развилка встретилась минут через десять.
Валенсия впала в ступор, пытаясь вспомнить, что сказал Борода по поводу куда сворачивать. Не вспомнив, решила действовать по логике.
Направо вела узкая грязная шахта, заросшая плесенью и паутиной.
Прямо продолжалась темная покоробленная жесть.
Слева сиял вычищенный до блеска широкий короб и даже был виден свет в конце тоннеля.
Она повернула налево.
Было заметно, что коробом часто пользуются. Поверхность была надраена. Лопасти вентиляторов сверкали, как новые. На подъемы и спуски были наклеены прорезиненные полосы, чтобы не скользить. Валенсия подумала, кому может понадобиться часто ползать по вентиляционному коробу, но в голову ничего не приходило.
Временами в сторону от главной шахты отходили темные ответвления. Валенсия ради любопытства сунулась в один из них и тут же натолкнулась на сеть грибов и лишайников. Серая пена с красными набухшими волдырями покрывала все стенки. Валенсия задела один из волдырей, и он лопнул, выпустив ей в лицо пыльное облако. Она вернулась назад, сдавленно чихая и кашляя.
Через некоторое время вылизанный тоннель перестал быть вылизанным. Стали попадаться какие-то смазанные бурые полосы, вмятины, словно кто-то бился головой о стены.
За очередным поворотом она замерла как вкопанная.
Впереди в ворохе спутанной паутины лежал человеческий череп. Рядом виднелась часть грудной клетки с обломком позвоночника, одна берцовая кость и скелетизированная кисть руки.
Валенсия хотела не глядя обогнуть останки, прижимаясь к противоположной стенке, но ноги сами принесли ее ближе.
Она внимательно рассматривала скудные части скелета, отмечая подробности, которые лучше было не замечать.
Позвоночный столб явно вскрывали, чтобы достать костный мозг. На берцовой кости оставались высохшие ошметки плоти и следы ножа, которым эту плоть срезали. Ребра были обглоданы. В теменной области черепа зияла большая идеально круглая дыра. Видимо, перед смертью голову трепанировали, чтобы было удобно доставать мозги.
Валенсия посмотрела на отрубленную кисть руки и забыла, как дышать.
На костях безымянного пальца тускло светилось кольцо из витого золота.
Это было ее кольцо. Сделанное на заказ и оплаченное деньгами первого клиента.
Она даже подняла левую руку, чтобы убедиться, что кольцо с ней, она его не потеряла.
