Бормоча под нос проклятия, Койпу вышел и вскоре вернулся с белой мышью. Он поместил ее в зажим на длинном металлическом пруте и осторожно переместил мышь через экран. Мышь высвободилась из зажима и плюхнулась на пол. Затем побежала вперед и исчезла.
– Куда она побежала? – спросил я, моргая.
– В параллельный мир, как я уже объяснял.
– Бедняжка испугалась, – сказала Анжелина. – Но, похоже, ничего плохого с ней не произошло.
– Надо сделать необходимые анализы, – сказал Койпу. – Заслать туда еще несколько мышей, затем произвести микроскопическое исследование срезов тканей, спектрографическую детерминацию факторов…
– В нормальных условиях – да, профессор, – сказал я. – Но идет война, и у нас нет времени. Только если мы прямо сейчас…
– Нет! – завопила Анжелина, которая поняла, что я имею в виду, быстрее, чем профессор.
Но она опоздала.
Когда она закричала, я уже проходил через экран.
Глава 18
Я почувствовал всего лишь легкий зуд. Впрочем, это могло быть плодом моего болезненного воображения – ведь я ждал каких-то необычных ощущений. Я осмотрелся. Знакомая обстановка, только, разумеется, отсутствовал параллелолайзер.
– Возвращайся немедленно, Джим ди Гриз, или я пойду за тобой, – сказала Анжелина.
– Подожди минутку. Это исторический момент в науке, и я хочу насладиться им сполна.
Оказавшись на другой стороне, я с грустью заметил, что прежняя лаборатория – с Анжелиной и профессором – исчезла из поля зрения. Спереди само поле было невидимым, но с обратной стороны оно представляло собой черное пятно, висевшее в воздухе. Боковым зрением я заметил какое-то движение – возле шкафа пробежала мышь. Надеюсь, здесь ей понравилось. Прежде чем вернуться, я почувствовал, что должен как-то увековечить это историческое событие. Вытащив авторучку, я написал на стене: «ЗДЕСЬ БЫЛ СКОЛЬЗКИЙ ДЖИМ». Это им на память. В этот момент дверь стала открываться, и я тут же шмыгнул обратно через экран. У меня не было ни малейшего желания встречаться с кем бы то ни было. Возможно, это был мой двойник из параллельного мира.
– Очень интересно, – сказал я.
Анжелина повисла у меня на шее, а Койпу выключил машину.
– Какой величины можно сделать экран? – спросил я.
– Не существует ни физических, ни теоретических пределов, так как его на самом деле нет в природе. Сейчас для удержания поля я использую медную обмотку, но в принципе от нее можно и отказаться. Когда я смогу создать поле без материальных ограничителей, оно будет таким большим, что через него пройдет весь флот чужаков.
– В этом и состоит мой план, профессор. Возвращайтесь за свой кульман и шевелите извилинами. А я пока доложу о новостях нашим хозяевам.
Собрать вместе всех начальников штабов оказалось не так просто. Все они руководили боевыми действиями, хотя от этого не было никакого толку. Пришлось действовать через Инскиппа, который использовал свои полномочия главы Специального Корпуса, чтобы созвать совещание. Так как база использовалась в качестве главного штаба обороны, никто не посмел ответить отказом.
В отутюженной униформе я ждал, когда они усядутся на свои места. На груди у меня блестели несколько медалей, половина из которых были фальшивыми. Адмиралы приветствовали друг друга, раскуривали длинные сигары и бросали в мою сторону неодобрительные взгляды. Когда они все уселись, я попросил слова.
– Джентльмены, в настоящее время мы проигрываем войну.
– Мы собрались здесь не для того, чтобы слушать прописные истины, ди Гриз! – рявкнул Инскипп. – Что у тебя на уме?
– Я собрал вас здесь, чтобы объявить о приближающемся конце войны. Мы победим.
Это заявление поразило присутствовавших. Все седые головы повернулись в мою сторону.
– Это станет возможным при помощи нового изобретения под названием «параллелолайзер». Посредством его мы сможем отправить весь флот чужаков в параллельную Галактику и навсегда забыть об этих тварях.
– Что за чушь порет этот сумасшедший? – проворчал один из адмиралов.
– Я веду речь о таком новом изобретении, что даже моего ума недостаточно, чтобы уяснить его сущность. Что тогда говорить о ваших усохших мозгах? Но я попытаюсь объяснить вам принцип его действия.
Послышались недовольные вздохи, но, по крайней мере, я завладел их вниманием.
– Теоретически все обстоит следующим образом. Мы можем путешествовать в прошлое, но не можем изменить его. Если мы и совершим там какие-нибудь радикальные изменения, они станут частью прошлого того настоящего, в котором мы сейчас живем.
Несколько адмиралов погрузились в дремоту, но я продолжал:
– Впрочем, изменения в прошлом могут привести к образованию другого прошлого для другого настоящего. Только мы не знаем об этом, но это настоящее существует для людей, которые там живут. Эти альтернативные линии времени или параллельные миры были закрыты для нас, пока наш гений – профессор Койпу не изобрел параллелолайзер. Это приспособление позволяет пройти в другие параллельные вселенные, или пролететь туда, или переместиться туда другим способом. Сейчас главное – создать поле достаточных размеров, чтобы через него пролетел весь флот чужаков. Таким образом мы навсегда от них избавимся. Вопросы есть?
Вопросов хватало, но после часа подробных объяснений мне удалось убедить их, что таким образом мы выиграем войну. Им это пришлось по душе. Адмиралы заулыбались, одобрительно закивали, раздались восторженные возгласы. Общее мнение высказал Инскипп:
– Мы сможем это сделать! Мы закончим эту ужасную войну! Мы отправим вражеский флот в другую вселенную!
– Абсолютно правильно, – сказал я.
– Это запрещено!– вдруг раздался чей-то оглушительный голос. Казалось, он звучал прямо с потолка.
Это было настолько необычно, что один адмирал схватился за сердце. Но старого мошенника Инскиппа трудно сбить с толку.
– Кто это сказал? Кто из вас занимается чревовещанием?
Отовсюду послышались протестующие крики, многие стали заглядывать под стол.
– Это запрещено, потому что аморально!
– Кто это говорит? – закричал Инскипп.
– Мы. Моральный Корпус.
На этот раз голос раздался от дверей, а не с потолка. Головы генералов одна за другой стали поворачиваться туда. Все уставились на вошедшего. Выглядел он весьма впечатляюще. Высокий, с длинными седыми волосами и бородой, в белой тунике до пола.
Но Инскипп не растерялся.
– Ты арестован, – заявил он. – Вызовите охрану. Пусть они уведут его. Я никогда не слышал о Моральном Корпусе.
