Не всегда земли, будто бы захваченные мусульманами, были действительно захвачены. Большая или меньшая часть населения Сирии, Палестины, Малоазийского полуострова, Испании, Сицилии исповедовала мусульманство, но все равно это было местное население, а не пришлые захватчики.
С другой стороны, пора, наконец, отказаться от навязанных стереотипов, будто крестоносец — это тупой фанатик в железном панцире, единственная страсть которого убивать и грабить сарацинов.
Грубая сила всегда на виду, поэтому силовое деяние попадает в летопись быстрее, чем тонкая материя духа и просвещения. Сколько было крестоносцев-миссионеров, принесших слово Божие, а заодно и знания о науке, технике, медицине в отдаленнейшие уголки мира! Не зря символ самой гуманной организации планеты — Красный Крест. Можно сказать, что современная цивилизация на планете Земля — это эхо крестовых походов.
Теперь вы можете смело браться за изучение этой интереснейшей эпохи.
А мы вам покажем, как в результате 4-го крестового похода началось создание истории, искусства и мифов Древней Греции.
В 1204 году латиняне Романской империи направили удар крестового похода против Константинополя. Византийская империя была разгромлена. На ее землях итальянские и французские захватчики образовали так называемую Латинскую империю. Ее императору, избираемому из числа западноевропейской знати, отошла четвертая часть завоеванных земель, остальное разделили между рыцарством разных стран и Венецией (в другом произношении — Финикия). На греческом архипелаге были созданы республики венецианского типа. Материковая Греция досталась французам.
И хотя Латинская империя пала уже через 57 лет (15 августа 1261 года, когда сторонники православия вернули себе Константинополь), Греция оставалась протекторатом еще долгое время.
Здесь появились княжества и королевства латинян.
Весь Пелопоннес занимало Ахайское княжество, просуществовавшее под культурным европейским влиянием и протекторатом Западной Европы двести двадцать семь лет. Ахайский князь не был монархом, а только «первым среди равных», подчиняющимся феодальному кодексу (прототип устройства древней Спарты).
Резиденцией герцогов афинских были Эстивы, принимаемые теперь за древние Фивы.
Поэт Гомер. Заключение о его слепоте было сделано только на основе образа «слепого человека из Хиоса» в гимне Аполлону и слепого певца Демодока в Одиссее
Греция очень быстро превратилась в модное и удобное место! Мало того что она как-то вдруг вернула себе «древнее» военно-морское превосходство, так она еще стала курортом, центром притяжения для знатных людей. Многие дамы и кавалеры, высшая знать Европы, принцы и принцессы переселились в Грецию.
Началось бурное строительство частных и общественных зданий, в большой чести были искусство и сцорт, ведь новые жители Греции были не из тех, кому надо гнуть спину на виноградниках, чтобы заработать на жизнь. Это были свободные люди, и свободного времени у них было достаточно. Они ваяли скульптуры, создавали фрески, философствовали, писали поэмы и музыку, устраивали у подножия Олимпа многолюдные спортивные состязания.
В Эстивах стоял прекрасный, покрытый фресками замок, в котором творил граф Сент-Омер (Sent-Homer, Гомер), автор героических поэм о былых войнах и о дальнем, полном приключений плавании крестоносцев под водительством отважного царя Итаки Одиссея… Он писал на старофранцузском языке, но греческий тоже был в ходу. Вспомним, в XI веке на греческом говорила вся знать Рима, а Южная Италия вообще называлась Великой Грецией.
Общедоступный театр Диониса в Афинах в его современном состоянии. Отнесено классиками к глубокой древности, но принадлежит, скорее всего, времени Афинского крестоносного феодального государства (1204–1460 годы н. э.)
Получается, что сначала (в VIII–X веках) Грецию заселили самые деятельные люди Восточной империи, а затем — самые культурные и богатые люди империи Западной.
Ф. Грегоровиус: «Новую историю для Греции открыли именно латины, и новая история эта оказалась почти такой же пестрой, как и древняя… Венецианские нобили, жаждавшие приключений, пустились в греческие моря, изображая из себя аргонавтов XIII века… При дворе Феодора II жил знаменитый византиец Георгий Гемист (Плетон), воскресший античный эллин».
Но вот беда! История франкских крестоносных государств на территории Греции тоже имерт громадные пробелы из-за «недостаточности исторических документов». И это несмотря на то, что «то было время, когда сказки и предания превращались в действительность». По нашему-то мнению, как раз наоборот: историки превратили действительность в сказки и предания, несмотря на то что сохранилось немало архивов той поры.
В. Мюллер: «Эти архивы дают нам лишь скелет той романтической драмы, театром которой была Греция в продолжение 250 лет и в которой играли руководящие роли и живописная толпа бургундской знати, и германские рыцари, и военные авантюристы Каталонии… и флорентийские богачи… и, наконец, принцессы и высокопоставленные дамы из старейших французских родов».
В самом начале колонизации папа издал буллу, согласно которой переселенцы сохраняют имущество на родине и получают с него, находящегося под охраной католической церкви, доход. Правда, реальная жизнь внесла свои коррективы, особенно в части дохода, ведь по прошествии двух столетий переселенцев напрочь забыла родня во Франции и Италии. Их перестали «подкармливать»!
Экономическое разорение привело латинских королей и герцогов к окончательной ассимиляции с местным населением. Тех, кто не мог «стать своим», православная церковь Греции объявила язычниками, и они уехали вместе со своей поэзией, культурой и романтизмом.
Приход к власти в Константинополе турок в 1453 году довершил дело, и Греция надолго выпала из сферы интересов Европы. История ее мифологизировалась, а хронология, составленная Скалигером и Петавиусом, закрепила миф.
Уже в XVI веке всерьез ставился вопрос: существует ли город Афины?
«Только непосредственным знакомством мог быть разрушен упорно державшийся в Европе предрассудок, будто Афины не существуют; это была заслуга французских иезуитов и капуцинов. Первые появились в Афинах в 1645 г.» (Ф. Грегоровиус).
Во второй половине XVII века французские монахи составили первые планы города. Лишь после этого в условиях уже сложившейся исторической хронологии началось научное изучение афинского наследия. Историки, опираясь на эту хронологию, исказили вслед за историей Рима и историю Греции.
Часть VII
БАСУРМАНЫ
Всякая всячина и Китай
Древние ученые были воодушевлены возможностью на любом отдалении узнавать мысли друг друга, которую дало им появление буквенного алфавита. Алфавит казался им шифром для открытия законов всего мироздания. Это видно по идеям, заложенным в каббале. Каббала — еврейское изобретение, в основу которого был положен еврейский алфавит, состоящий из 22 букв, потому в этой науке особое место занимает само число 22. Вот как об этом говорится в книге, приписываемой Аврааму «Сефер Иецира» («Шифр Творения»):
«Двадцать две буквы — это фундаменты. Три из них — матери, семь — двойные (имеющие по-еврейски два произношения) и двенадцать простые. Три матери — это А, М, Ш. Основные свойства буквы А — правота, буквы Ш — виновность и буквы М — закон, устанавливающий между ними равновесие. Буква М немая, Ш — шипящая, и А — воздух посредине между ними!»
С буквы М начинаются в иврите слова «закон» и «вода» (молчащая стихия), Ш — основной звук в словах «вина» и «огонь» (в то время считалась шипящей стихией), а буква А первая в словах «правда» и «воздух». Далее говорится, что все созданное — не более чем сочетание букв, поэтому если для какого-то сочетания нет осмысленного слова, то это название еще неизвестного нам объекта (пророчества). И далее в том же духе. Особый пласт пророчеств связан с числовым значением букв.
В XIV веке часть греческих земель была захвачена «каталонской командой», испанцами. Они были наняты византийским императором Андроником II, но условия контракта их не устроили, и они предпочли самостоятельную деятельность в Греции. Предводителем у них был немец Роджер Блюм («цветок»); в испанской ватаге он получил имя «де Флор» (тоже «цветок»). Как видим, еще и в XIV веке имена переводились. Испанцы мало обогатили культуру полуострова за свое столетнее владычество, став лишь «авторами» многочисленных развалин, которые спустя два-три столетия были сочтены историками за дохристианские. Испанские источники превозносят этих разбойников до небес как благородных рыцарей, а греческие восклицают: «О, если бы Константинополь никогда не видел латинского Роджера!» На острове-Эвбее и теперь еще, осуждая дурной поступок, говорят: «Этого не сделал бы и каталонец».
