он изголодался по мне.
— Да, — стону я, откидывая голову назад.
Пытаюсь приподнять бедра с кровати, но он удерживает меня. Запускаю одну руку в его волосы и хватаюсь за них. Это не займет много времени, так как я уже близко. Разговаривать с ним, пока он голый, и видеть, как он теряет контроль, вполне достаточно, чтобы довести меня до грани.
— Я кончаю! — кричу я, будто он еще не знает. Мои бедра сжимаются вокруг его головы, когда удовольствие захлестывает меня. Я позволяю себе упасть обратно на кровать, чувствуя себя совершенно разбитой.
Джордан еще несколько раз облизывает меня, заставляя меня дернуться к нему, прежде чем возвышается надо мной. Я думаю, что сейчас он собирается войти в меня своим членом, но он этого не делает. Кровать слегка дергается, и я смотрю вниз, чтобы увидеть, как он поглаживает себя. Он отстраняется еще больше, вставая рядом с кроватью.
— Сядь, — приказывает он, и я подчиняюсь. Я протягиваю руку, чтобы дотронуться до него, но он качает головой. Я свирепо смотрю на него, но он одаривает меня строгим взглядом.
— Ты касалась себя и пометила меня. Теперь я помечу тебя. — Он облизывает губы, и я знаю, что пробует меня на вкус. Я знаю, что теперь он будет пахнуть мной. Я смотрю на него, как завороженная.
— Скажи мне пометить тебя.
— Сделай это, — быстро говорю я, мое дыхание учащается, когда он поглаживает себя. — Отметь меня, Джордан. — Его имя вырывается с придыханием, и, клянусь Богом, я могла бы снова кончить, наблюдая, как он дрочит передо мной.
— Джей, — стонет он, начиная кончать. Горячие струи спермы падают мне на грудь и стекают по животу. Боже, это так горячо — наблюдать за ним вот так. Он получает удовольствие, глядя на меня обнаженную, в то время как я все еще выжата удовольствием, которое он мне доставил.
Он наклоняется и втирает свою сперму в мою кожу.
— Не смывай ее. Ты будешь носить ее весь день как напоминание о то, что я собираюсь сделать с тобой, когда мы вернемся домой сегодня вечером.
Я киваю ему. По какой-то безумной причине мне нравится мысль о том, что сегодня он будет под моей одеждой. Никто не узнает.
— Это тебя возбуждает, не так ли? Что никто не подозревает, насколько ты непослушная для меня.
Он настолько прав.
— Мне нравится это. Я люблю тебя, — отвечаю я. Он наклоняется, захватывая мои губы в мягком поцелуе.
— Я тоже тебя люблю, маленькая птичка. А теперь давай собираться. — Он тянет меня вверх, чтобы помочь встать с кровати, прежде чем шлепнуть по заднице и подтолкнуть к шкафу.
Я ничего так не хочу, как остаться здесь с ним.
— Я не хочу идти сегодня на работу, — ворчу я. Это чувство мне чуждо. Я всегда с нетерпением ждала возвращения в офис, вероятно, потому что это было все, что у меня было. Это то, чем была вся моя жизнь. Теперь я знаю, что существуют и другие вещи. Как секс с мужчиной, которого я люблю.
— Почему бы теперь просто не уволиться? — спрашивает Джордан. Я оглядываюсь и вижу, как он натягивает брюки.
— Я не могу просто уволиться, — говорю я, закатывая глаза и надевая пару темно-синих трусиков с подходящим бюстгальтером.
— Да, можешь. Не то чтобы нам нужны были деньги. К тому же, в последнее время я не видел, чтобы ты что-то писала в своих блокнотах. Кстати, я хочу сходить за ними в твою старую квартиру, — говорит он, застегивая рубашку. Затем он бормочет что-то о том, что ему не нравится, что мое сестра находится так близко к ним или что-то в этом роде.
Мне тоже не нравится эта мысль. Что, если она попытается прочитать их? Эта мысль заставляет меня осознать, что я уже несколько дней ничего от нее не слышала. Может быть, она уже уехала из города. Это не так уж и не похоже на нее — просто собрать вещи и уехать, никому не сказав. В последний раз она уехала, когда я была на работе, и я не получала от нее вестей несколько месяцев.
Я пожимаю плечами.
— Может быть, я не писала в них, потому что прямо сейчас живу в своей собственной истории любви. — Я беру пару черных брюк и надеваю их, затем надеваю темно-синий топ, который, я знаю, подойдет к балеткам, которые подарил мне Джордан. Я оборачиваюсь и вижу, что он сидит на кровати с нежным выражением лица.
— Что? — спрашиваю я, подходя к нему.
— Мне нравится слышать, как ты говоришь это.
— Ну, это правда. — Я встаю между его ног и наклоняюсь, чтобы поцеловать его. Я провожу языком по его губам, пока он ласкает мои бедра.
— Не могу дождаться, когда этот день закончится, — вздыхает он, и я отступаю, позволяя ему одеться. Мы оба заканчиваем собираться и направляемся в офис. Он целует меня в последний раз, оставляя меня у моего стола.
Я глубоко вздыхаю и включаю свой компьютер.
Я съеживаюсь, когда вижу вчерашнее письмо в моем почтовом ящике. Мне нужно поговорить с Джорданом об этом, и о другом, что я получила, не говоря уже об этой долбаной мертвой птице. Это приведет его в бешенство. Я ненавижу лопать пузырь счастья, в котором мы находимся, из-за чего-то подобного. Мой телефон издает сигнал, и я вижу, что это Джим снизу.
Джим: Поднимаются.
Я иду в комнату отдыха и беру кофейник на случай, если он захочет кофе, но я почти уверена, что Майлз бросил его пить, так как он не хочет, чтобы его пила Мэллори, потому что она беременна. Я закрываю глаза, но при этом улыбаюсь. Я возвращаюсь к своему столу и сажусь, убедившись, что на моем столе есть все, что мне нужно.
Когда двери лифта открываются, и выходит Майлх, я встаю.
— Майлз, — говорю я, мысленно похлопывая себя по спине за то, что не сказала «сэр».
— Все лучше? — спрашивает он. Я вижу на его лице беспокойство.
— Да, отец Джордана дома. Спасибо, что спросил.
— Я готов, когда ты будешь готова, — говорит он мне с улыбкой.
Я замечаю, что Мэллори с ним нет, но не спрашиваю о ней, потому что не хочу быть любопытной. Но разница в нем с тех пор, как они вместе, просто сумасшедшая. Майлз никогда не был злым или грубым со мной. Мы работали вместе, как хорошо отлаженная машина, но раньше он никогда бы не спросил меня о моей личной жизни.
