него сюрпризом. Первое — что он не имеет возражений о том, что дети будут проживать со мной, подмахнул не читая. Даже не поинтересовался графиком и порядком встреч с детьми. На что Гозман лишь презрительно фыркнул, мол, я так и думал. А вот сумма, с которой муж должен был ежемесячно расставаться в пользу детей, вывала большие дебаты.
— Алиса, ты охренела? Не стесняясь, что мы, вообще-то, не одни, разорался муж.
— Антон Николаевич, держите себя в руках! — повысил голос нотариус. — Вы находитесь в пгиличном месте!
— Извините, — буркнул муж и недовольно уставился на меня. — Ты считаешь, что четверть зарплаты я должен отдавать тебе?
— Не мне, а нашим детям, — поправила я его, — А что ты так нервничаешь? Суд и так бы присудил двадцать пять процентов как минимум.
— Так-то в процентах! А ты сумму указала!
И вот тут я с благодарностью взглянула на дядю Яшу: воистину мудрый и опытный мастер своего дела. Сразу понял, как правильно поступить. А может, хорошо знает свою сотрудницу и понимает, что уж она-то не готова расстаться с лишней копейкой.
— Алиса! — не сдавался супруг. — У нас родится ребенок, ты же понимаешь, какие это траты!
— Конечно, — спокойно кивнула я, — У меня их двое. И чем старше дети, тем траты выше.
Споры наши растянулись на полчаса, муж уперся как баран, не желая подписывать соглашение. Благо на первом уже стояла его подпись. Этот цирк мне порядком надоел, да и очередь в коридоре намекала, пора заканчивать. Я сдалась, уменьшив сумму почти вдвое.
Глава 36
На прощание Яков Моисеевич заверил, что, когда я соберусь замуж, то он подготовит для персональный брачный контракт с большим удовольствием и приятной скидкой. На что я посмеялась: желания еще раз повесить себе хомут на шею у меня нет. От этого бы поскорее избавиться.
Получив все документы, вышла на улицу. Мужа и Марины уже и след простыл. Не то, что бы я переживала, что их встречу, просто видеть их вместе оказалось неожиданно неприятно. Я всегда считала себя сдержанной на эмоции, адекватной и даже весьма холодной женщиной. Но при виде той вертихвостки у меня возникало желание вцепиться ей в волосы. То ли после того, как я увидела воркующего с ней мужа, то ли еще почему-то. И вот сейчас, получив заветную бумажку, боялась не удержаться.
Сделала звонок детям. И убедившись, что у них все в порядке, направилась к Ивану. Сейчас там быстренько с доктором поговорю и домой, отдыхать. Точнее обед, готовка, стирка, и все прочие взрослые развлечения. Потому что завтра понедельник, снова на работу, надзор еще не закончен. И Вадим опять потащит в коттеджный поселок.
* * *
Двери мне открыл Сергей, помог снять пальто и шепотом предупредил, что Иван зол как тысяча чертей.
На что я мысленно фыркнула, подумаешь, зол и зол. Мне нет до этого никакого дела. Небось, бывшая довела. Пока ехала сюда, мое настроение улучшилось, я получила гарантию того, что теперь муж не сможет отобрать детей. И это главное! А квартира? Ну что квартира, это все ерунда.
Раздевшись, прошла в гостиную, где тут же встретилась с Ланой, которая в довольно откровенном кружевном халатике готовила себе кофе.
— Доброе утро, милочка, — поздоровалась она со мной.
Я мельком взглянула на часы — половина второго дня. Ни фига себе утро. А впрочем, когда встал, тогда и утро, — так любит говорить мой сын. А ее распорядок дня не мое дело.
— Доброе, — согласилась я, тем более что у меня-то действительно задалось. — Где Иван?
Шефа в поле зрения не было. Не идти же искать его по всему дому?
— Ванюша в спальне, — томно облизывая с верхней губы пенку от капучино, проворковала она так, словно намекая на что-то, что должно было меня обидеть. Да будь он даже в ее спальне, мне было бы фиолетово. Я бы даже с любопытством взглянула, как он на коляске на второй этаж забирается.
Не отвечая на ее провокации, направилась к двери и постучала.
— Входи, Алиса, — разрешил босс, и я потянула ручку на себя.
— Откуда ты знаешь, что это я? — стало любопытно.
— Потому что ты единственная, кто соблюдает в этом доме приличия. Лана не станет стучать, а с Сергеем мы немного повздорили. Так что он вряд ли сам явится в ближайшие пару часов.
Да уж, я бы тоже добровольно не пошла, — мелькнула мысль в голове.
— Алиса, тебе повезло, что я уже успел успокоиться, — начал шеф тоном, не предвещающим ничего хорошего. И вдруг поняла, что это я стала причиной его бешенства, о котором говорил Сергей. А сам помощник просто попал под горячую руку.
Иван, хоть и сидел на кровати, у противоположной от входа стены, но от его сурового взгляда сразу стало ясно ближе подходить опасно для здоровья. У изголовья кровати я заметила пару костылей. Неужели он собрался на ноги вставать? Врач его убьет.
— Утром мне звонил Арно, догадываешься, что он мне сказал.
Арно, Арно, Арно, — забегали мысли в голове, переключиться на рабочий манер было сложно. Наконец, пазл сложился. Все, конец моей карьере, хотя Вадим обещал к себе забрать. Пока я соображала, Иван продолжил.
— Ты что ему сказала? Ты в своем уме? Отправила его резюме писать! Ты серьезно⁈— по новой заводился шеф.
— Знаешь, что, начальник! — вдруг осмелела я, — Предупреждать надо было. Ты думаешь, легко оказаться на новом месте, когда на тебя все ходят поглазеть, ставки делают, сколько ты продержишься? И вообще, я шла устраиваться не твоей помощницей, если на то пошло!
— Допустим, тебя не предупредили, но ты что не знаешь кто это? Такой величине, как Арно, резюме и общие основания⁈ — взревел Иван.
— Я уволена? — уточнила на всякий случай.
— Что? — растерянно переспросил шеф, до него не сразу дошли мои слова, — Нет! В среду Арно прилетает «на собеседование» — видимо, передразнивая француза, произнес он. — Хочет посмотреть на невежу, которая не слышала про дизайнера мирового уровня.
— Значит, в четверг. — Сделала я для себя вывод о дате увольнения. Покажут меня французу, носом потыкают как нашкодившего котенка и отправят. Не надо было соглашаться на эту должность, сидела бы себе
