Читаем без скачивания Тайна Бреши - Патрик Ли

Пэйдж также изучала лес и открытый участок склона, пытаясь решить ту же задачу.

– У нас около трех минут, прежде чем в городе появятся патрульные машины, – сказала Пэйдж. – После этого любые наши действия будут сильно затруднены. – Она помолчала. – Три минуты. За это время трудно придумать даже плохой план.

Еще мгновение Трэвис смотрел на голый склон, а потом перевел глаза на ближайшие кварталы. Дюжины домов, большинство из них опустели. Взрыв газа может послужить отличным отвлекающим маневром; а если будет гореть пять или шесть домов, они создадут дымовую завесу, которая закроет склон холма. Или им удастся завести какую-нибудь машину, налить внутрь бензин, поджечь и направить ее в сторону озера. Она наверняка куда-нибудь врежется, но даже и сама по себе отвлечет преследователей. И тогда у них появятся неплохие шансы незаметно добежать до деревьев, если сами они будут находиться на окраине города и готовы стартовать в момент взрыва.

Но все это невозможно организовать за три минуты. Никаких шансов.

– Ты права, – сказал Чейз. – У нас нет времени на планирование.

– И что же нам делать? – спросила Пэйдж.

Оставались лишь крайние меры. Ничего даже отдаленно похожего на план. Трэвис не представлял, как все пройдет, – сначала ему требовалось увидеть ближайший «Хамви» и количество людей внутри. Скорее всего, их больше одного, но меньше пяти.

Он уже слышал, как один из них едет по Мейн-стрит на низкой передаче, осматривая переулки, отходящие от главной улицы. Машина окажется рядом с ними через двадцать секунд.

Не имело ни малейшего значения, есть ли у этих людей описание тех, кого они ищут. Уже одно то, что их трое и они без машины, решит все вопросы. Сейчас никто из жителей Рам-Лейк не разгуливает просто так по улицам.

– Держитесь поблизости, – сказал Трэвис, – но оставайтесь в переулке. И будьте готовы убежать, если ничего не получится.

Больше он ничего не стал говорить; повернулся к Мейн-стрит, до которой оставалось двести футов, и стал смотреть в просвет, где должен был появиться «Хамви». Однако Трэвис не сомневался, что успеет оказаться там первым.

Он побежал так быстро, как только мог. Пэйдж и Бетани следовали за ним. Где-то совсем рядом шумел дизельный двигатель «Хамви».

Сто футов до конца переулка. Пятьдесят. Десять.

Трэвис выскочил на улицу, не сбавляя скорости, и сразу увидел огромную машину. До нее оставалось двадцать пять футов. Лучи заходящего солнца почти не отражались от черной матовой поверхности вездехода.

Трэвис ударил о тротуар носком ботинка, упал на руки и покатился по бетону, царапая все части тела, которыми касался жесткого покрытия. Он услышал, как водитель резко ударил по тормозам, и махина в пять тысяч фунтов заскользила вперед на передней подвеске.

Трэвис вскочил на ноги, так и не остановившись, бросил взгляд в сторону машины, и на его лице появилась смесь удивления и облегчения, но он не стал задерживаться, а продолжал на дрожащих ногах двигаться к «Хамви», отчаянно размахивая руками – словно еще не до конца понял, что машина уже остановилась. Он оставался в пятнадцати футах, когда дверца распахнулась, и водитель выскочил наружу. Парень с низким голосом. Почти наверняка это он. Рост шесть футов и три дюйма, вес никак не меньше двухсот пятидесяти фунтов. На плече автомат «Хеклер унд Кох МР5», правая рука на рукояти, но палец еще не лег на спусковой крючок. Трэвис видел левую сторону оружия – такие автоматы использовались два десятилетия назад, – там имелся переключатель на три позиции, обозначенные буквами S, E и F, соответствующими немецким словам: «безопасный», «одиночный выстрел» и «огонь очередями». Сейчас переключатель стоял на предохранителе. Трэвис заглянул сквозь ветровое стекло – один впереди и двое сзади.

Он сделал еще один неуклюжий шаг. Десять футов до водителя, который сделал вдох, собираясь заговорить.

Трэвис вспомнил еще одну деталь из тех времен, когда он работал полицейским, – упражнение называлось «стаканчик против пистолета». Все очень просто. Один человек изображал полицейского, он стоял с разряженным пистолетом на бедре – оружие на предохранителе, кобура застегнута. Второй нападал; он находился в двадцати футах лицом к полицейскому, держа в руке мороженое в стаканчике, которое заменяло нож.

Нападавший с места атаковал полицейского. Какой должна быть дистанция, которая позволяла ему уцелеть?

Многие считали, что десять футов: парень успевал преодолеть только половину дистанции к тому моменту, когда полицейский выхватывал пистолет, наводил его и спускал курок. Трэвис проявил щедрость и назвал пять футов.

А когда нападавший бросился вперед, все пораженно присвистнули.

Мороженое коснулось шеи полицейского прежде, чем тот хотя бы раз успел спустить курок.

Аналогичный результат получился и во второй раз. И в третий. И в десятый. Не имело значения, кто играл роль полицейского. Будь то новичок или закаленный ветеран. Наконец после множества повторений стало очевидно следующее: во-первых, двадцать футов – совсем небольшое расстояние, и его последнюю часть можно преодолеть в прыжке. Тело наклоняется, рука мгновенно выбрасывается вперед. Во-вторых, проблема концентрации внимания. Нужно совершить не самые простые движения – расстегнуть кобуру, снять пистолет с предохранителя, поднять его, прицелиться и выстрелить. Требуется быть сосредоточенным, а это нелегко, когда на тебя, словно тяжелый грузовик, летит вооруженный человек. В такой ситуации тело невольно напрягается. Тебе хочется поднять руку, чтобы защитить лицо, а не опускать ее к бедру. Трудно каждый раз преодолевать инстинкт, даже после того, как ты прошел специальную подготовку. Даже если на тебя нападает приятель со стаканчиком мороженого.

– Не подходить, – сказал водитель.

Его палец бессознательно потянулся к предохранителю.

У Трэвиса не было ножа. Не было даже стаканчика с мороженым. Но и преодолеть ему требовалось не двадцать футов.

Он бросился вперед.

Глава 27

Все произошло менее чем за три секунды, и ему показалось, что прошло именно столько времени. Трэвис не ощутил, что оно замедлилось. В прошлом не раз случалось, что сцены насилия возникали в его сознании с особой четкостью. Простота целей, обстоятельств и средств проносились за несколько биений сердца. Он слышал, как Пэйдж рассказывала о своих впечатлениях почти такими же словами.

Но здесь все случилось иначе.

Движения слились в одно паническое действие; вздрагивающие тела, дергающиеся конечности, зарождающиеся крики. Трэвис пересек оставшееся расстояние по инерции, левая рука легла на дуло МР5, правая со всего размаха врезалась в кадык большого парня. Затем свободная рука метнулась к горлу, правая на рукояти автомата разжалась, и Чейз сразу перестал обращать на него внимание. Внутри машины задвигались люди, потянулись к ручкам дверей. К оружию, которое Трэвис пока не видел. Он сбросил ладонь водителя с рукояти МР5, схватил автомат, перевел селектор на стрельбу очередями и оторвал его от мощного тела. Ремень натянулся, но, к счастью для Чейза, был достаточно длинным. Трэвис направил дуло в приоткрытую дверь, оно оказалось на одном уровне с головами трех мужчин. Так лучник направляет стрелу в бойницу в стене крепости.

Сначала он прицелился в парня, сидевшего впереди, спустил курок и почувствовал отдачу. Увидел, как раскололась голова первого неприятеля, и по часовой стрелке повел дуло к заднему сиденью, всадив в каждую из голов по пять пуль. Затем снял палец со спуска, рванул автомат – его ремень был все еще на спине водителя, который уже начал приходить в себя, – и потянулся к оружию. Снова повернул дуло и выпустил последние четыре пули из обоймы ему под челюсть. Тот сразу обмяк и начал падать, своим весом вырывая автомат из рук Трэвиса.

Тишину нарушало лишь ровное гудение двигателя.

Трэвис оглядел Мейн-стрит. Другие «Хамви» еще не появились.

Он посмотрел в сторону далекого дома Рейнса, который разглядел за фасадами магазинчиков – трое наблюдателей были явно взволнованы. Они хватали друг друга за руки и показывали в сторону остановившегося вездехода. Затем один из них схватил рацию и начал что-то в нее кричать.

Пришла пора двигаться дальше.

Трэвис оглянулся и увидел Пэйдж и Бетани, выскочивших из переулка на улицу. Пэйдж казалась слегка потрясенной, Бетани заметно побледнела.

– Счет пошел на секунды, – сказал Чейз.

Пэйдж кивнула, подтолкнула Бетани вперед и побежала вслед за ней.

Трэвис распахнул заднюю дверцу со стороны водителя, и Бетани запрыгнула внутрь, не обращая внимания на тела; заднее стекло было сильно забрызгано кровью, как и все пространство сзади. Пэйдж села вслед за ней. Трэвис, уже сидя за рулем, захлопнул за собой дверцу. Мгновение он думал о том, чтобы развернуться и скрыться в одной из боковых улиц. Потом вспомнил о наблюдателях, которые держали под контролем весь город, и о рациях. Бесполезно. От других «Хамви» они сбежать не смогут. Он нажал на педаль газа, и машина помчалась по Мейн-стрит в сторону дома Рейнса.