Хонор скривился как от боли.
— Не тебе меня судить, — процедил он сквозь зубы.
— Я и не собирался быть судьей. — Таддеус предпринял еще одну попытку восстановить хоть какое-то подобие мира. — Но сделанного не воротишь, ведь так?
Хонор быстро глянул в сторону подозрительно помалкивающей Зарины.
— Ошибаешься, Ротшильд. — Губы Хонора растянулись в улыбке. Ему только что пришла на ум самая гениальная из всех гениальных идей на свете. — Я лишь подписал договор. Удостоверяющей печати на нем нет. — Хонор снисходительно фыркнул. — По Закону требуется подпись и печать. В то время когда я подписывал договор, у Королевства Водолея не было правителя, другими словами, никто не обладал полномочиями на использование удостоверяющей печати. Так что договор не действителен. Получили, гады?!
Таддеус опустил голову и секунд пять сосредоточенно тер виски.
— Знаешь, Хонор, — осторожно начал говорить капитан Ротшильд. — Ты правильно толкуешь Закон и все такое прочее, но есть одна маленькая деталь, и, я думаю, она тебя чуть-чуть расстроит.
Хонор насторожился.
— Что за деталь?
— Год назад ты вместе с правителем Клементом помог мэру Кромски на выборах. То бишь Кромски стал высокопоставленным лицом на локальном уровне и ему, как бы сказать, тоже полагалась удостоверяющая печать. Ну, ты видел, та, которую у него украла девочка-торговка. Так вот, когда мэр Кромски получил печать, генерал Морель заставил его удостоверить ею твой договор. Ты не волнуйся, мэр Кромски не видел имени, указанного в договоре. Мы его прикрыли, так что он не знает, что это твой договор. Э... Роуланд, ты как?
Лицо Хонора стремительно меняло цвета, а еще юношу сильнейшим образом трясло.
— Ты вообще как? — повторил свой вроде бы невинный вопрос Таддеус.
Хонор обратил к нему выпученные из орбит глаза.
— Я как? Я КАК? Ты еще спрашиваешь?! — заорал Хонор. — ДА КАК У ВАС ДУХУ ХВАТИЛО?!
От его крика в первое мгновение Таддеус отшатнулся, но потом отчего-то разозлился сам.
— Я удивляюсь тебе, Роуланд! Чего ты вообще ждал? На тех дебатах в Академии ты столь сильно опозорил Королевство Водолея, что генерала Мореля чуть инфаркт не хватил! А потом ты с чистой совестью укатил в Королевство Весов! Вот это разве нормально?! Считаешь, порядок, а, друг?!
Хонор опешил.
— Генерал Морель злился? — удивленно спросил он.
— Нет, о, Всевышний, он бабочек на поля ускакал считать! — язвительно ответил Таддеус. — У тебя голова на плечах есть? Вот только попробуй теперь что-нибудь сделать Зарине Эштель, я тебе собственноручно ноги-руки переломаю!
Хонор сделал шаг назад. Со стороны дивана раздался оглушительный смех. Зарина валялась на подушках, чуть ли не задыхаясь от хохота.
— Что-то я резко стала обожать старикана Мореля, — жизнерадостно сообщила она парням. — Как он тебя славненько с печатью уделал. Такой мстительный душка!
Хонор открыл рот и тут же его закрыл. Руки его потянулись к голове, и он обхватил ее, будто она внезапно начала разрываться.
— Святая Земля, за что? — бормотал он вполголоса. — Это какое-то наказание? Чем я заслужил это? За что?! Дьявол!
С омерзением выплюнув последнее слово, Хонор устремился вперед и скрылся за поворотом. Таддеус проводил его взглядом и удрученно покачал головой.
— Не волнуйтесь, он будет ожидать вас в конце коридора. Он не осмелится нарушить приказ.
— Да я как-то не волнуюсь. — Зарина спрыгнула с дивана. — Наоборот: я ощущаю крайнее возбуждение.
— Рад за вас, — удивленно проговорил Таддеус.
— Можно оставить себе? — Зарина помахала договором, который уже успела вновь свернуть в свиток.
— Конечно, он ваш. И если вдруг Хонору придет в голову испортить его, знайте, существует второй экземпляр.
— Чудненько. — У Зарины даже подбородок задрожал — так широко она ухмыльнулась. — Слушай, Капитанчик, а зачем Бюрократишке было заключать этот договор? — Девочка шагнула ближе и доверительно прошептала: — Он что, мазохист?
— На самом деле я плохо понимаю мотивы поступков Хонора, — опечалился Таддеус. — Знаю только, что он считал правителя Королевства Водолея, то есть человека из Пророчества Ксаны, неким идеализированным персонажем и чуть ли не боготворил его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вот оно как, — протянула Зарина.
Таддеус остановил взгляд на лице девочки.
— Извините, если это прозвучит несколько грубо, но я полагаю, что после встречи с вами Хонор окончательно потерял остатки той былой веры.
— Это было грубо, — заметила Зарина.
Таддеус зарделся.
— Но мне фиолетово, так что расслабься, Капитанчик.
Зарина зашагала к повороту, за которым ранее скрылся Хонор.
— К сожалению, не могу вас сопровождать, — крикнул ей вдогонку Таддеус. — Мне нужно проследить, чтобы ваша гарпия вернулась в комнату и не высовывалась, а также запретить солдатам обоих воинств посещать Центральное здание замка.
Зарина остановилась.
— Это еще почему?
— Генерал Морель и правитель Клемент решили, что будет ошибкой объявлять во всеуслышание о появлении нового правителя в Королевстве Водолея.
Зарина заинтересованно моргнула.
— Интересно почему?
— Ну... — Таддеус погрузился в размышления, пытаясь придумать объяснение попонятнее. — В вашем мире, на Земле, есть такое устройство — бомба. Представьте, что эта бомба при взрыве способна уничтожить абсолютно все, а на кнопку детонатора может нажать только один единственный человек. Что бы вы с ним сделали?
— Кокнула, — не задумываясь, ответила Зарина. — Хотя ввиду введения моды на гуманность, заперла бы на сто замков и не выпускала бы.
— Вот именно, — кивнул юноша. — А теперь поразмыслите, кем вы предстанете для жителей Утопии? Единственный человек, не боящийся камней Душ — этой смерти в каменной плоти? А вдруг вы решите использовать их против людей?
Зарина хмыкнула.
— Так я чертов человек с детонатором, да? Или я та самая бомба? Все вместе? Значит, меня или запрут, или убьют. Эх, эта адская штука жизнь.
Девочка не прекращала сварливого бормотания, даже преодолев пару поворотов. Лишь заприметив знакомый силуэт Старшего Советника, замершего у одной из боковых дверей коридора, она прекратила тихую ругань и повеселела.
— Не меня ждешь?
Хонор даже не повернулся в ее сторону. Но Зарину Эштель таким отношением было не уязвить.
— А ты и, правда, накосячил по-страшному, — хмыкнула девочка, почесывая голову свитком. — Генерал Морель почти божий одуванчик, но ты умудрился настолько его взбесить, что он перекрыл тебе все пути отхода. — Зарина подбросила свиток в воздух, и Хонор, раздраженно сомкнув губы, проследил за его полетом. — Заботливо проконтролировал, чтобы твой договор был удостоверен печатью. Ай, молодец! Эй, Бюрократишко, а ты Мореля опозорил сознательно или просто тупанул?
Ответом Зарине было молчание.
— И любопытно было бы узнать, как именно ты опустил старикана ниже плинтуса. — Девочка заглянула в глаза Хонора. — Не поведаешь?
Молчание.
— Ну что ж. Коммуникабельность — не твой жеребчик. — Зарина начала дирижировать невидимым оркестром, используя свиток вместо дирижерской палочки. — Не буду больше трепать тебе нервы. Устала. Тем более что у меня есть вот эта чудная бумажка. Ох, эта волшебная бумажка, самая расчудесная бумажка. Быть может, я ее даже заламинирую и поставлю в рамочке на прикроватной тумбочке. Она здорово повышает мне настроение.
На лицо Хонора набежала тень. Зарина, ухмыльнувшись, подошла к двери и ткнула в нее пальцем.
— Нам сюда?
Хонор неохотно кивнул. Девочка взялась за ручку двери, но в последнее мгновение остановилась и посмотрела через плечо на Старшего Советника.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Когда при первой нашей встрече генерал Морель сказал, что Пророчество Ксаны — твоя кровоточащая рана, он имел в виду твою идеализацию образа правителя, которым должен был стать «человек из ниоткуда»? — спросила она.
Хонор помрачнел сильнее.
— Тебе какое дело?
— Например, такое, что я типа тот самый «человек», — хмыкнула Зарина. — Видимо, я не оправдала твоих ожиданий, потому что тебя не по-детски плющит.
