заверил он таким образом, что разговор закончился.
— Получил свою шестерку. Как всегда, — заявил Майлз, вставая со своего места и резко уходя.
Я обменялся взглядами с Техасом и Холлис, изо всех сил стараясь не спросить: "Что за хрень?"
На всех наших телефонах одновременно появилось сообщение, я прочитал его вслух.
— Следи за своей девушкой. Я слышал, вчера она испытывала физическую боль.
А? Я посмотрел на своих братьев, на лицах которых отразились смесь опасения и озабоченности. Техас упомянул, что он мог бы сказать нам лично, вместо того чтобы убегать, как маленькая сучка, и мы с Холлисом захихикали. Майлз, маленькая сучка? Да, нет.
— Я проверю и сообщу вам новости, — посоветовал я им обоим, уходя, стиснув челюсти от гнева.
Машина выехала с подземной парковки, и я нажал на газ "БМВ", выжимая его до предела на шоссе. Лавируя в пробке и выезжая из нее со взрывами смеха и адреналина, бурлящими во мне, я ехал вперед, не имея в виду пункт назначения. Зазвонил мой телефон; динамики автоматически подключили звонок. Шикарная штука. Меня приветствовал голос Дэниела.
— Да?
— Извини, чувак, не застал тебя сегодня, — это потому, что меня не было в кампусе. — Но хотел уточнить то сообщение, которое я отправил.
— О, — заметил я, снижая скорость машины, чтобы быть более внимательным.
Да, я был одним из таких людей.
— То, что о Милле?
— Да, так что… — он замолчал и оставил меня ждать.
Я в волнении забарабанил пальцами по рулю.
— Выкладывай, — потребовал я.
Он фыркнул:
— Да, конечно, хорошо… послушай, я заметил синяки на ее теле, она поняла, что я их видел, и выдала их за странности, — он недоверчиво рассмеялся. Мои пальцы крепче сжали руль. — Я позволил ей думать, что поверил в это, но она вела себя очень оборонительно, пытаясь отвлечь от этого внимание. Красные флажки, вот и все, — закончил он свой рассказ.
Подтвердив ему это и повесив трубку резким нажатием кнопки, я пересек переулок, не задумываясь направляясь в сторону кампуса, потому что мне нужно было увидеть ее. Нуждаясь в ее объятиях. Черт, что она могла подумать?
Прикусив язык, я попытался успокоить свои мчащиеся мысли, которые шли сами по себе. Мне нужно было потрахаться; я был свернут крепче гадюки, прежде чем она нападала. И это случилось бы, если бы я не сделал что-нибудь, чтобы снять напряжение.
Сделав единственное, что, как я был уверен, помогло бы мне умерить назревающую внутри бурю, я свернул с шоссе, проехав несколько жилых улиц, пока не нашел один из лесных парков, которые окружали большую часть Ист-Бэй. Я маневрировал на ухабистом повороте через ряд разросшихся деревьев, их ветви стучали по моей машине.
Лучше не оставляй гребаных царапин на моем лакокрасочном покрытии.
Я припарковался, быстро выключил фары, не теряя времени, и отстегнул ремень безопасности. Я расстегнул молнию на джинсах, сдвинув боксеры в сторону. Мой член затвердел при мысли о Милле. Я взял себя в руки, агрессивно двигаясь вверх-вниз, проводя пальцем по кончику, отчего влага стекала по моему члену, представляя, как ее рот сосал меня, пока держалась за мои ягодицы. Я сжал руку, стиснув зубы, когда фантазия так реалистично разыгралась в моем сознании. Почти на месте. Я прикусил губу. Да, черт возьми.
Зазвонил телефон и… Черт. Нет, нет, нет. Я зашел слишком далеко. Звонок автоматически соединился, пока я мысленно ругался, делая мысленную пометку отключить эту гребаную опцию для дальнейшего использования, все еще накачивая себя, судорожно дыша со сжатыми челюстями, заглушая звуки.
— Престон? — по машине разнесся гнусавый голос, который я не сразу узнал.
— Да, кто это? — спросил я напряженным голосом.
— Это я, глупыш.
Очень полезно.
Я промычал что-то уклончивое в ответ. Эта таинственная девушка позвонила не просто так, так что ей лучше поторопиться, поскольку я приостановил свои движения и перестал дрочить, вместо этого тратя драгоценное время на то, чтобы слушать эту идиотку и желать, чтобы она просто убиралась восвояси.
— Это Келли, — продолжила она.
Кто?
— Я спускалась к тебе несколько раз, и у нас чуть не было секса на той вечеринке, помнишь? — ее голос, который пытался — и безуспешно — звучать сексуально, просто вызвал у меня желание потереться головой о терку для сыра, чтобы вырваться из ее лап. — Подруга Аннабель, — продолжила она.
— О, Аннабель, — признал я, наконец-то почувствовав, что мы к чему-то пришли.
Она фыркнула, явно расстроенная тем, что я узнал имя ее подруги, а не ее.
Я бы не назвал это положительным моментом. Я узнал имя Аннабель только потому, что она была прилипалой пятой ступени, к которой Техас постоянно прикасался; она была красавицей, без сомнения.
Однако безумие все же началось, особенно после того, как блуждающий взгляд Техаса останавливался на Милле всякий раз, когда она оказывалась поблизости. Глаза Аннабель превращались в узкие щелочки рептилии, а взгляд говорил о том, что она и дальше была бы королевой сук, которой и известна. Держал пари, что в какой-то момент она взорвалась бы, я не мог дождаться, когда смог бы спрятаться за ухмылкой и посмотреть, как Техас справился бы с этой драмой.
— Ты мне звонишь. Зачем? — спросил я, и в голосе прозвучало раздражение.
— О, э-э-э… — она нервно хихикнула, поскольку я все еще со всей серьезностью размышлял о том, чтобы потереть голову о терку для сыра. — Аннабель сказала, что ты захочешь пойти на двойное свидание, и предложила меня.
Я молчал.
— Она устраивает что-то для себя и Техаса, что-то вроде семейного отдыха. Мы бы хорошо подошли друг другу, учитывая, что мы дурачились, и это просто имеет смысл, если она встречается с одним из твоих лучших друзей, потому что тогда мы все были бы вместе и как бы… тусовались, — ее уверенность росла по мере того, как она продолжала болтать.
Я закончил. Она прервала мое времяпрепровождение, к тому же в ужасный момент. Но как бы я ни ругал себя за то, что
